Забирай меня всю, без остатка

— Кеманкеш? Что происходит? Почему так срочно нужно было увидеться? — настороженно распрашивала Валиде Кёсем Султан, находясь в покоях своего сына Падишаха. — Султанша, я бы не стал вас беспокоить, но дело действительно очень важное. Среди народа пошли слухи, что Султан Мурад умер, — запыхавшись, на одном дыхании ответил командир янычарского корпуса (он недавно получил эту должность, а до этого был кетхюдой, как и в сериале) — О, Аллах, — прошептала женщина, приложив ладонь ко лбу. — Но это ещё не всё, — Кёсем снова посмотрела на него и он продолжил: — Народ собрался у входа во дворец и требует, чтобы к ним вышел Падишах. — Случилось то, чего мы и боялись… Сердце госпожи и так было не на месте. Смерти родных ей людей шли один за другим, а тут ещё и это. Султанша вышла на балкон, чтобы вдохнуть свежего воздуха, сдерживая в себе поток слёз. Она морально устала от всего, что с ней происходит. Сначала умерла её дочь Гевхерхан. Вчера, ранее Хасеки Султана — Айше отравмла себя и двух его детей. Не справившись со своим горем, Мурад кинулся в неизвестном направлении и до сих пор никто не знает где он. — Ух… Всевышний, дай мне терпения, — проговорила она, поднимая к небу глаза. Сзади неё стоял Кеманкеш. Он всегда восхищался ею, её силой духа. Пережить столько потерей и бед в один миг и всё равно твердо стоять на ногах — не каждому дано. — Вы что-нибудь узнали? — Нет, госпожа, — мужчина опустил голову. — Я лишь одного сейчас хочу — услышать, что мой сын жив и невредим, — всё так же шепотом проговорила Кёсем, но Кеманкеш её услышал. — Госпожа, с нашим Повелителем всё хорошо. Я уверен, что в скором времени мы узнаем где он и вы сможете спокойно вздохнуть, — говоря эти слова, ага медленно подошёл к госпоже. — Тем более у вас есть и другие дети, которые так же сильно за вас переживают. — Спасибо тебе, Кеманкеш, — она повернулась к нему лицом и посмотрела прямо в его темные глаза. — Ты всегда меня поддерживаешь и это для меня очень важно. — Госпожа, я всегда буду рядом с вами и, если понадобится — жизнь отдам за вас. — Я знаю, — продолжила Султанша после чего смущённо отвела взгляд в сторону. — Значит, народ собрался у входа? — перевела тему разговора. — Да, госпожа. Мы приняли все меры безопасности. Если будет нужно, мы откроем огонь. — Нет, — возразила Валиде Султан. — Сейчас не время для крови. В столице и так неспокойно. — Тогда, что мы будем делать? — Будем защищать государство так, как я это делала по сей день. (P. S. В этой истории Кёсем впервые выйдет к народу и никакого защитного амулета у неё не будет) Кеманкеш хотел возразить, но взгляд Кёсем был настолько уверенным, что янычар не смог перечить. Через полчаса Валиде Султан приближалась к выходу из дворца. — Султанша, — окликнул её Кеманкеш. Женщина повернулась к нему. — Может, всё-таки не нужно выходить? В этом нет необходимости. — Народ требует Падишаха. Сейчас только я могу их переубедить в том, что Султан Мурад действительно жив. С помощью Аллаха мы и эту беду переживём. Поняв, что Султаншу не переубедить, Кеманкеш крикнул: — Стража! Откройте дверь! Валиде Султан величественно прошлась возле Пашей и других слуг, выходя вперёд. — Внимание! Валиде Кёсем Султан Хазретляри! Народ сразу же утих и поклонился. Выйдя ближе к народу, госпожа остановилась и жестом приказала всем поднятся. Она глубоко вздохнула. — Тот, кто имеет какие-то претензии, пусть выскажет их мне прямо в лицо. С минуту все молчали, но потом среди толпы отозвался один мужчина. — Говорят, что Султан Мурад умер, а вы это скрываете от нас! — Да! Да! — послышались другие голоса. — Мы не знаем, что происходит. — Это ложь! — сразу ответила Кёсем. — Султан Мурад Хан жив! Да, его сейчас нет в столице, поскольку у него большой траур! Но убеждаю вас, что в скором времени он вернётся! — Она врет нам! — крикнул тот же мужчина, — Султан Мурад умер! А к вам у нас доверия не осталось! — Эй ты, неверный! Как ты смеешь так обращаться к Валиде Султан? — крикнул Кеманкеш. Большинство людей замолчали. Но ненормальный продолжал выражать свое недовольство. — Вы сами сказали, чтобы мы смело высказывали свое недовольство! Я не намерен молчать! А вы почему молчите? — обратился он к народу. — Нам открыто врут! Султан Мурад пропал! Его нигде нет, а Валиде Султан всё как всегда прикрывает! Да что я буду вам объяснять? — мужчина явно был безумцем, потому что вытащил из-за спины ружье и нацелился на госпожу. Заметив это, Кеманкеш быстро сократил расстояние и отодвинул Султаншу. Ей удалось избежать ранения в сердце, но пуля, всё же попала в руку, чуть ниже плеча. (Сразу предупреждение, что пуля осталась в нескольких сантиметрах от кости и не задела ничего такого, что могло бы угрожать её жизни, поэтому Кёсем ещё оставалась в сознании). От шока женщина начала падать. — Султанша!!! — крикнул Кеманкеш, поймав её. — Валиде Султан! — все не на шутку испугались. Кто-то, кто стоял недалеко от безумца, быстро откинул ружье с его рук в сторону, чтобы тот ещё хуже не сделал. — Стража! Быстро схватить этого пса! — рыком приказал янычар. Его приказ сразу же исполнили. — Кеманкеш… — тихо проговорила она. — Помоги мне подняться. — Вам нужно срочно во дворец, — говорил, смотря ей в глаза. — Делай, что я говорю! — прикрикнула госпожа. Кеманкеш так и сделал. С помощью мужчины, Валиде Султан поднялась на ноги. Операясь на его руку, она громко проговорила. — Пусть эта пуля будет символом того, что я вам не вру! Султан Мурад действительно жив! Жаль, что вы проверили этому сумасшедшому. Я же столько лет делала всё для вас! Никогда не оставляла в беде! Очень жаль, — она тяжело вздохнула, но продолжила говорить. — Я обещаю вам, что в скором времени вы сможете увидеть Падишаха. А сейчас идите в свои дома, к своим семьям! Будьте уверены, что ваши жизни, честь и имущество под моей опекой! — Да простит нас Аллах! Живите долго Кёсем Султан! Долгих лет жизни! — слышалось отовсюду. С помощью Кеманкеша, Кёсем смогла гордой походкой уйти подальше от глаз народа, Пашей и остальных подданных, которые были в шоке от того, что только что увидели. Все ещё больше начали уважать госпожу. И никому сейчас не было дела до того, что Кёсем Султан так близко подпустила к себе обычного янычара. Всё таки он был её кетхюдой и быть рядом с ней и охранять — его главное задание. Когда женщина и мужчина зашли за поворот коридора, Мустафа без разрешения поднял её на руки. Он корил себя за то, что произошло с его любимой. Да, с любимой! Ведь сердце янычара уже давно билось только ради неё. Ещё с тех пор, как он стал её кетхюдой. Кёсем положила голову на плечо воина. — Простите меня, я не защитил вас. — Не кори себя, Кеманкеш. Ты не виноват. — Не сносить мне головы… — Кеманкеш… — тихо проговаривала она, чтобы не потерять сознание по дороге.  — Тише, госпожа моя, всё будет хорошо, — он видел как кровоточит её рана. — Нужно срочно перетянуть вашу руку. Кёсем уже находилась в еле понятном состояние. Кеманкешу пришлось посадить её на пол. Он быстро оторвал от штор кусок ткани и туго перевязал руку Султанши, после чего снова подхватил её на руки и понес в сторону Султанских покоев. Им навстречу выбежал Хаджи ага, который ждал известий о месте пребывания Султана Мурада. Он хотел сообщить радостную новость, но увидев Султаншу в ужасном состоянии, сразу запаниковал. — Госпожа?! О, Аллах, что произошло?! — кричал евнух. — Хаджи ага, не кричи. Госпожу ранили, ей срочно нужен врач, — объяснял Кеманкеш, не прекращая быстро нести женщину. — О, Аллах. — Хаджи, ты что-то узнал? — слабо спросила Кёсем, услышав голос слуги. — Да, госпожа. Султан Мурад нашелся. Сейчас он в охотничьем домике, не далеко от Манисы. — Жив… — тихо прошептала она. — Кеманкеш, ты слышал? Мой сын жив. — продолжила она, слабо улыбнувшись. — Слышал, госпожа. Я же говорил, главное верить. — Только вы ему об этом всем не говорите. Я сама скажу, когда он вернётся, — аги переглянулись и решили, что сделают так, как пожелала Султанша. — Он жив… — прошептала она, после чего окончательно потеряла сознание. — Хаджи, чего ты возле меня крутишься?! Быстро зови лекарей! — крикнул Кеманкеш. — Уже бегу, ага! — Кёсем, держись. Всё будет хорошо, — шептал он. Буквально через минуту возле Валиде Султан уже бегали лекари. Они быстро вытянули пулю и остановили кровотечение. Теперь жизни госпожи ничего не угрожало. — Валиде?! Валиде! — в покои вбежали дети госпожи. — Кеманкеш, что случилось? — спрашивал Касым. — Простите меня, Шехзаде. Я не успел вовремя прикрыть Султаншу, — отчитался ага, склонив голову. — Что значит «не успел вовремя»? — начал кричать Ибрагим. — Успокойтесь. Дайте ему всё спокойно объяснить, — проговорила Атике, успокаивая братьев. — Возле дворца собрался народ. Они требовали Падишаха. Кёсем Султан решила выйти к ним. Я пытался отговорить, но она твердо стояла на своём. — И что дальше? — Касым не мог сдержать свои эмоции. Кеманкеш быстро пересказал всё, что произошло. От одних лишь воспоминаний его трясло, но он держался. Ради неё не выдавал своих настоящих чувств. — Проклятие, — буквально прорычал Касым. — Где сейчас эта тварь? — В темнице, Шехзаде. — Я сейчас ему… — Касым хотел в эту же секунду увидеть собственными глазами того, кто посмел навредить его матери. — Шехзаде, постойте! Не нужно этого делать! — пытался его остановить Кеманкеш. — Почему вы все такие спокойные? В Валиде стреляли! — Да, этот безродный пёс заслуживает самого жестокого наказания, но сейчас вы этим лучше не сделаете, — спокойно начал ага. — Будет лучше, если вы будете сейчас возле своей Валиде. Она вас очень любит и обязательно почувствует вашу поддержку, — на удивление, янычару удалось усмирить Шехзаде. Атике, Ибрагим и Касым подошли к матери. Каждый сейчас погрузился в свои мысли. В покоях была, фактически полная тишина. — Какого состояние госпожи? — поинтересовался Кеманкеш, отведя лекаршу в сторону. — Жизни госпожи ничего не угрожает. Вы правильно сделали, что перетянули рану. Султанша, конечно, потеряла много крови, но не так критически, как могло быть. Пока что мы сделали всё возможное. У госпожи может подняться температура. Нужно чтобы возле неё всегда кто-то был рядом. И если так и будет, то нужно дать ей это лекарство. — Я тебя понял. Прошло несколько часов, наступила ночь. Атике и Ибрагим уже ушли в свои покои, понимая, что ничем не смогут помочь. В покоях остались только Касым и Кеманкеш. — Шехзаде, вы бы тоже пошли отдохнуть, — тихо начал ага. — Я не могу её оставить одну здесь, Кеманкеш. Не могу. — Шехзаде, я буду здесь до того момента, пока ваша Валиде не откроет глаза. Я чувствую себя виноватым за всё, что произошло и пока что только таким способом могу исправить свою вину. Касым поднялся на ноги и посмотрел на янычара. Он понимал, что Кеманкешу можно доверять, ведь он не раз клялся в верности Повелителю и доказывал это на своих поступках. А ещё он замечал, как светятся его глаза, когда он видит Валиде Султан. Что ещё больше его удивляло так это то, что глаза Султанши светились так же при виде аги. Шехзаде понимал, что отношение между ними уже давно перешли грань «благодарности и верности». Ухмыльнувшись своим мыслям, Касым проговорил: — Хорошо, я пойду. Но если что-то произойдет… — Я сразу же вам об этом сообщу, Шехзаде. Они переглянулись и Касым вышел из покоев. Дождавшись, пока двери за юношей закроется, ага подошёл к лежащей женщине. Он сел на кровать, взяв её за руку. Кеманкеш смотрел на неё: такую слабую, беззащитную. Он несколько часов вот так просто сидел и смотрел на неё. Ближе к утру, янычар задремал, но сон его длился недолго. У Кёсем поднялся жар от чего она начала трястись, а по её лбу стекали капли пота. — Кёсем? — открыв свои глаза, проговорил мужчина. Он сразу вспомнил о словах лекарши, поэтому, взяв в руки лекарство, аккуратно влил его в рот госпожи. Спустя пять минут, Султанша снова крепко спала, а Кеманкеш приставлял к её лбу холодную, мокрую ткань, чтобы сбить жар быстрее. Убрав ткань в последний раз, он очень медленно и аккуратно наклонился к госпоже и поцеловал её в лоб. — Открой свои прекрасные глаза, госпожа, — после прошептал он. Прошло пять дней. Кёсем Султан уже приходила в себя и даже разговаривала с детьми, но с постели ещё не вставала. Как только Султанше стало лучше, Кеманкеш покинул покои Падишаха. Он не мог смотреть ей в глаза, после того, что произошло. Прошло ещё три дня. Рана госпожи уже затянулась, оставив за собой шрам, да и сама женщина чувствовала себя намного лучше. Султан Мурад всё ещё не вернулся во дворец, чем заставлял Кёсем волноваться. Но она каждый день получала письма, что с ним всё хорошо. Сейчас же Валиде Султан сидела возле камина в своих покоях, читая какую-то книгу, но мысли её были очень далеко. — Хаджи, Кеманкеш ага у себя? — поинтересовалась женщина. — Да, госпожа. Кёсем задумалась. С того момента, как она пришла в себя, Кеманкеш всячески избегал встреч с ней. Каждый день она надеялась встретить его, услышать низкий голос, который так завораживал её, заглянуть в темные глаза. — Госпожа, что-то не так? — поинтересовался Хаджи, вытягивая женщину из мыслей. — Нет-нет, всё хорошо. Вы можете быть свободны. Уже достаточно поздно, я хочу спать, — женщина действительно легла на кровать, но уснуть никак не могла. Она крутилась со стороны в сторону, пытаясь разобраться в чувствах к своему бывшему кетхюде. Поняв, что сон не наступит, Кёсем решилась на, можно сказать, сумасшедший поступок. Женщина решила пойти к мужчине и посмотреть в его глаза. Только тогда она поймет, что на самом деле к нему чувствует. Через десять минут, Валиде Султан стояла возле покоев аги. Как ей доложили, Кеманкеш оставался в своих старых покоях ради безопасности Династии во время отсутствия Повелителя. Слуг возле дверей не было, чему Султанша даже обрадовалась. Легко открыв дверь, она тихо вошла в комнату. Янычар сидел напротив камина, всматриваясь в пламя. — Я же просил меня не беспокоить, — отозвался мужчина. — Кеманкеш… Здравствуй, — тихо проговорила она. По телу аги пробежались мурашки от её голоса. Он резко подорвался с места, поворачиваясь. — Госпожа? Извините, я не ожидал вас здесь увидеть, — оправдывался он. — Ничего, — она улыбнулась. — Простите, но зачем вы пришли в столь позднее время? Вам что-нибудь нужно? — Да, — протянула Султанша и медленно подошла к воину. — Ответь мне на вопрос, Кеманкеш. — Любой, госпожа моя… — Скажи, почему ты меня избегаешь? — это вопрос заставил янычара напрячься. — Госпожа, простите, но я думал, что вы не захотите меня видеть после того, что произошло… — Ты не правильно думал, Кеманкеш, — они смотрели друг другу в глаза. — Ты же всё время был рядом, пока я не очнулась. — Султанша… — Да, я несколько раз приходила в себя. Я чувствовала, как ты беспокоишься за меня, как пытался сбить мне температуру, как поцеловал меня в лоб… Кеманкеш стоял молча, он не мог поверить, что госпожа так открыто говорит с ним. Она подошла почти вплотную к мужчине. — Кеманкеш, я слышала каждое твое слово и я знаю, что ты ко мне чувствуешь. — Султанша, я… — он не успел договорить, потому что Кёсем трепетно поцеловала его в губы. Сначала Кеманкеш растерялся, но потом обхватил талию Султанши и прижал её к себе, углубляя поцелуй. Воздуха стало не хватать, поэтому им пришлось оторваться друг от друга. — Кёсем, — восстанавливая дыхание, обратился янычар. — Что, Мустафа? — как же приятно ему было слышать свое имя с уст любимой женщины. — Я тебя люблю. — И я тебя. Моё сердце полностью твоё, — она положила мужскую ладонь на свою грудь, возле сердца. — Я вся твоя, — сладко прошептала она. Кеманкеш улыбнулся. И снова их соединил безумный поцелуй. Султанша буквально наступала на мужчину, стягивая с него кафтан. Ещё несколько шагов и воин сел на кровать. Кёсем забралась к нему на колени. Они страстно прижимались друг к другу. Женщина растегивала мужскую рубашку и водила своими руками, изучая рельефное тело возлюбленного. Кеманкеш не отставал. Он начал покрывать шею, плечи и ключицы госпожи сладкими поцелуями, одновременно стягивая платье вниз. Кёсем полностью сняла рубашку с аги и отбросила в сторону. Она поцеловала его мужественную грудь, оставляя красноватый след. — Пообещай ещё раз, что всегда будешь рядом, — страстно прошептала она ему на ухо, прикусив мочку. — Обещаю. Теперь я только твой и никогда тебя не брошу. Мои жизнь, душа и сердце принадлежат только тебе, — женщине понравился такой ответ. Она снова искренне улыбнулась и с новой силой поцеловала мужчину. Но Кеманкеш не думал оставлять тело своей госпожи без внимания. Сначала он распустил волосы, которые издавали пьянящий аромат. Он зарылся в них своим носом, словно этот запах — его воздух. В это же время, Мустафа оголил женскую грудь и живот, спустив платье вниз. Он легко поцеловал шрам на руке Султанши. — Я больше никогда не позволю кому-то навредить тебе. — Я знаю, дорогой. Знаю... Его губы сразу начали изучать манящие формы госпожи. Кёсем запрокинута голову от удовольствия. В низу живота уже проснулось давно забытое, но такое сладостное чувство. Кеманкеш провел языком по одному соску, после чего начал легонько его посасывать. Султанша сладко простонала. Чтобы отвлечься, Кёсем водила руками то по телу мужчины, то запускала пальцы в его короткие волосы, прижимая ещё ближе к себе. Воин решил поменять позиции, поэтому, поцеловав госпожу в губы, он уложил её на кровать, нависая над ней. Янычар полностью стянул платье с госпожи и теперь он мог прекрасно рассмотреть её: тонкая талия, привлекательная грудь, не очень широкие бедра, а самое главное — горящие глаза, которые так и кричала о любви. — Ты очень красивая, — прошептал он, улыбнувшись. Кёсем только успокоила в себе наростающую бурю эмоций, как её сразу же снова кинуло в жар. Бывший кетхюда снова целовал её, уже спускаясь к низу живота, иногда вырисовая незамысловатые узоры своим языком. Жаркие поцелуи стали покрывать внутреннюю сторону бедра. — Мустафа… — простонала Кёсем, почувствовав его теплый язык в своем лоне. Мужчина начал умело ублажать свое сокровище. Султанша сжимала всё, что попадалось ей под руки. Она извивалась, кусала свои губы, чтобы заглушить непрерывные стоны. — Кеманкеш, я уже не могу… Ага отстранился от неё, понимая, что совсем скоро Кёсем могла достичь пика удовольствия без него. Скинув с себя последнюю деталь одежды, он снова навис над ней. — Ты точно этого хочешь? — переспросил, еле касаясь её губ. — Даже больше, чем ты мог себе подумать, — страстно прошептала Султанша и поцеловала янычара, притянув ещё ближе к себе. Кеманкеш одним аккуратным, но резким движением вошёл в самый таинственный уголок его любимой. Она блаженно простонала сквозь поцелуй. Мустафа начал двигаться, унося и себя и её далеко за пределы дворца, куда-то далеко, в мир запретных и сладких ощущений. Кёсем двигала бедрами в такт движений возлюбленного. Через довольно-таки большой промежуток времени их накрыла волна запретного, но такого желанного оргазма. Валиде Султан откинулась на кровать, а Кеманкеш лег рядом. Сейчас его взору открылась очень красивая картина: дрожащее от удовольствия прекрасное тело, согнутая в колене одна нога, разбросанные волосы и лёгкая улыбка на лице любимой. — Это было… незабываемо, — немного успокоив дыхание, проговорила госпожа. — Да… — довольно согласился Кеманкеш. — Но не достаточно, — не успел мужчина повернуть голову, как над ним нависла женщина. Она сладко поцеловала его в губы, потому опустилась к шее, плечам, накачанной груди. Султанша села сверху, раздвинув свои стройные ножки, позволяя снова войти в себя. Новый всплеск эмоций, чувств, ощущений. Они оба отправлялись в мир экстаза, чувствуя как воссоединяются не только их тела, но и души. Их стоны терялись в жарких поцелуях. Кеманкеш притягивал Кёсем к себе, прижимая стройное тело к своему торсу. Почувствовав приближающейся конец, Султанша выпрямилась и ускорилась. — Кёсем! - буквально прорычал Мустафа. Новая волна оргазма прокатилась по их телам. Женщина обессиленно упала на простыни, пытаясь восстановить своё дыхание. Она медленно приподнялась, насколько позволяло уставшее тело, и поцеловала любимого в губы, после чего положила голову на его грудь. Мужчина прижал к себе Султаншу, целуя её в щёку. — Кёсем... — Что дорогой? — А что же будет дальше? — Давай пока что об этом не думать. Сейчас есть только ты, я и наша любовь. — Хорошо, любимая, как хочешь. — Кеманкеш, а ты давно понял, что любишь меня? — поинтересовалась Кёсем, посмотрев а его глаза. — Давно... Очень давно. С первой нашей встречи моё сердце начало биться только ради тебя. — А я только сегодня поняла, что люблю тебя. — И сразу же решила мне это доказать? - смеясь, спросил ага. — Кеманкеш... - она улыбнулась и легко ударила его в грудь. - Ещё скажи, что тебе не понравилось, - возмутилась Кёсем. — Конечно понравилось, любимая. Ты самое лучшее, что было, есть и будет в моей жизни, - ответил он и легко поцеловал её в губы. Довольная таким ответом, Султанша снова легла на плече аги. Они ещё с час разговаривали абсолютно обо всем. Смеялись, шутили, радовались, наслаждались друг другом. Целовались, обнимались, согревали друг друга своей любовью. Жизнь подготовила им ещё много испытаний, но с этого момента они всегда были вместе. Даже если не физически, то душевно точно. Их сердца сплелись в одну мелодию любви. В одно целое. Навсегда.