Пересказы темного леса

- Эй! – сильный голос раздался посреди леса, перекрывая пение птиц и стрекот цикад.       По малохоженной тропе шел молодой человек. По его виду нельзя было сказать, он был паломником или путешественником: его поклажа была небольшой – фляга саке за поясом и одна в руке. Выцветшая розоватая рубаха до бедра, да щербатый меч за спиной – никто не скажет, что перед ним ронин, но взглянув на то, как этот парень владеет этой старой катаной, у многих возникали вопросы вместо сомнений. Последние годы жил он в одном поселении, где знали его как мастера на все руки – он брался за любого рода работу, хоть и нехотя, и слава о нем распространилась по соседним деревням, что даже боялись его разбойничьи банды. Мало, кто знал о нем хоть что-нибудь. Одни говорили, что сбежал от хозяина, другие – что дома, которому тот служил и в помине не было, третьи же уверяли, что все это вранье, ведь слыл этот парень ярым выпивохой и лодырем.       В общем, этот самый «ронин» сейчас шел под кронами и напевал какую-то незатейливую песенку, попивая теплое саке, купленное на последние деньги, если даже не в долг. Тем, кого он окликнул, был маленький олененок, который впервые видел кого-то ходящего на двух ногах, но тут же испугался из-за громкого голоса, нарушившую лесную идиллию. Молодой человек слегка чертыхнулся, но продолжил путь. Судя по многодневной щетине он провел в этом лесу не одну ночь, но расслабленность перед ее скорым наступлением давала понять, что спать под открытым небом для него было не впервой.       Он шел несколько часов без привалов, пристально всматриваясь в окружающую его зелень. Лучи солнца уже не бьющие по глазам предзнаменовали приближение темени. Цель путешествия еще не была достигнута, поэтому с досадой путник подумал о том, что ему снова придется ночевать здесь ни с чем. -Ох! Да я знаю, что ты здесь! – обратился он к деревьям. – Я чувствую, что ты здесь и следишь за мной.       Лес не отвечал – он готовился ко сну - цикады уже утихли, а пение птиц стало тише. - В деревне ты слывешь духом-хранителем. А у меня не исчезает ощущение, что мы виделись очень давно. – он размахивал руками, оборачиваясь в движении, обращаясь во все стороны. – Так прости мне мою человечность и позволь же мне увидеть тебя!       Путник шел спиной вперед, не сводя глаз со свода деревьев над пройденной тропой, которая давно перестала быть человеческой и потому заметной. Деревья, ветки и зелень. Эту картину он видел уже много дней. Он не заблудился, так как знал, что для возвращения надо было просто спуститься вниз, где поток реки приведет его к поселению, поэтому спокойно шел по вершине той горы, где по слухам, жил Дух Серебряной Лисицы.       Разворачиваясь, чтобы вновь увидеть куда идти, нога путешественника резко соскользнула с камня, порвав изношенные долгой дорогой крепления на сандалии. Спустя какое-то время обувь была починена и странник еще несколько минут отдыхал от продолжительного похода. На миг ему показалось, что низкие ветки кустарника под дуновением ветра открыли ему кусочек резного камня, к которому он тут же ринулся, чуть ли не на четвереньках. - Да я везунчик! – воскликнул он перед каменным заросшим алтарем, которого найти помогла его подруга - удача.       Он похлопал в ладоши и умолк, мысленно читая молитву, проговаривая то что до этого кричал вслух. - Раз, ты не покажешься мне, то попробуй хотя бы лучшее саке в этой провинции. – на землю глухо опустилась тыквенная фляга.       С нотками разочарования и усталости в выдохе, путник замер, рассматривая камень и узоры на нем. Он медленно развернулся и будто нехотя поплелся обратно – неужели весь этот путь был зря, а местные россказни – лишь выдумки? - Но тут же меньше половины. – внутри у мужчины все похолодело, а сердце пропустило два удара.       Он резко развернулся к алтарю, но обладателя голоса не увидел. Желание увидеть духа было настолько сильно, что слух стал подшучивать над ним. - И зачем ты хотел увидеть меня? – услышал он за спиной, развернулся, но снова никого не было.       Птицы умолкли, ветки зашуршали освещенные последними лучами солнца листьями, приветствуя того, кого путешественник так и не мог рассмотреть. - Мне кажется, ты знаешь ответы на некоторые вопросы. - он снова обратился в никуда. - Какие же? – что-то мягкое, словно мех дотронулось до шеи мужчины, но снова хозяина заметить тот не успел. - Ты спас меня однажды, почему?       Наступила тишина, жизнь в лесу будто замерла - в этот момент, можно было услышать только дыхание единственного человека посреди деревьев. - Почему? – чужое дыхание защекотало шею и мужчина резко отпрянул, зацепился носком за торчащий корень и свалился на землю, потеряв равновесие.       Подняв глаза он наконец увидел того, кого искал все это время. Взгляд заскользил вверх, по белоснежной шелковой ткани богатого одеяния украшенного лазурными цветами. Она так сияла своей чистотой в темнеющем лесу, что помимо света казалось, излучала и приятную прохладу. Длинные белые волосы заколотые позади обрамляли белоснежное лицо, выражающее гордую надменность. Взгляд замер на двух сияющих полумесяцах – полуприкрытых глазах, которые смотрели сверху вниз на чужака с недоверием, но в тоже время с любопытством. Что-то промелькнуло перед глазами и скрылось за спиной у сияющего существа – огромный пушистый хвост, который обвился вокруг его ног и кончиком возлег на ладони. Все движения существа были полны изящности – будь то объятие хвоста или просто взгляд в сторону - все напоминало грациозность антилопы и благородство оленя, однако перед человеком стоял Дух Серебряной Лисы. Ронин медленно поднялся, не сводя глаз с фарфоровой кожи, боясь, что моргнув видение пропадет, но даже на мгновение прикрыв глаза, марево не исчезло – перед ним был не просто дух этого леса, а настоящее божество. - Ты еще прекрасней, чем о тебе рассказывали. – спустя паузу тот промолвил. – Ты веришь в любовь со второго взгляда, если не с первого? - Не помню, чтобы спасал какого-то пьяницу. – бог поднес рукав к носу и слегка скривился. - Однажды, ты нашел ребенка, прятавшегося в шкафу с татами, и вытащил его из горящего дома. - О? – на шее мужчина ощутил холодное дыхание и дух, до этого паривший перед лицом, оказался снова позади.       С ловкостью тигра грубая рука смяла рукав шелковой церемониальной одежды и обхватила тонкое запястье. Божество, не ожидавшее такой наглости от человека, поспешило освободить руку, но ее крепко держали, что пришлось сдаться, дабы не порвать ткань. Дух отклонился, прикрыв теперь почти все лицо рукавом и отвел взгляд. - Не бойся меня. Да, я могу осязать вас, но я не причиню тебе вреда. – мечник наклонился, но изворотливость Духа не позволила ему приблизиться к своему лицу. - Не умеет цапля бояться жабы. – божество опустило рукав, демонстрируя полное пренебрежение. – Но от тебя воняет кровью моих собратьев. - Я – жаба? – мечник хохотнул. – У этой лисы острый язык, узнать бы на что еще он способен. - А ты смешной. – дух снова прикрылся рукавом и со всех сторон словно ручей эхом покатился звонкий смех. – Хочешь потягаться со мной и вызвать на бой? - Не совсем на бой, но да. А насчет запаха – такова моя работа, за которую платят много. Убивать духов – это то, что я умею делать лучше всех в этой стране, и помимо этого, мне никто не может нанести смертельную рану - сколько раз я был на волоске от смерти, но всегда мог очнуться, даже с пронзенной грудью. Сдается, что меня благословили или прокляли в тот злополучный день, а твое лицо среди огня – единственная ниточка ко всем ответам.       Ронин не заметил, как рука духа незаметно уменьшилась и проскользнула словно белая лента между пальцами. Он зашагал прочь и развернулся: - Тебе повезло, сегодня вторая ночь новой луны и тебе удастся увидеть то, что возможно прольет свет на твои размышления. - И даже про «любовь с первого взгляда»? – дух исчез с легкой улыбкой на лице, а путник так и остался стоять посреди деревьев в полной темноте       Он не заметил, как на небе уже появились первые звезды – Дух Серебряной Лисицы настолько захватил внимание странника, но дождаться следовало появления месяца. Ронин прилег, облокотившись на дерево и стал ждать, слабо борясь со своими заклятым другом – сном. Что-то заставило его очнуться – странник был закален в боях и длительных прибываниях под открытым небом, поэтому не боялся ночного холода, если конечно это была не зима – что-то иное побеспокоило его и ронин резко встал, хватая меч.       Развернувшись он не поверил своим глазам – заснул возле дерева, а проснулся около сгоревшего столба. Он отполз и увидел, что в округе стояло еще несколько обломленных почерневших балок, а сам он находился в центре, на поваленных, также измазанных сажей, бревнах.       Взгляд заметил свет, мечник развернулся и увидел белую лису, восседающую на одном из обломков. - Да постигнет меня кара Гуаньинь, но я точно ощущал твое дыхание перед лицом пока я спал. - мужчина подумал, что даже если бы тот не парил над этой балкой, то сажа все равно не смогла бы запачкать этих прекрасных лап.       Лис не ответил, а лишь махнул хвостом и свет исходящий от духа, стал усиливаться, освещая все вокруг дневным светом. Балки сначала очистились, затем соединились с другими сломанными, а места стыка заполнялись свежей сочной древесиной, которая тут же темнела, сливаясь единым целым с собирающимся домом, в центре которого сидел мечник - свидетель удивительного чуда. Он наблюдал, как васи собирались по маленьким кусочкам, заделывая дыры в перегородках, его поднимало на восстанавливающихся половицах, тут же полирующихся и отражающих свет Лисы, он сидел посреди разрушающегося дома, время которого пошло вспять. Когда все закончилось, а свечи зажглись во всех фонарях, мужчина оказался посреди огромного богато украшенного зала, в конце которого стоял алтарь и три фигуры белых лисиц - две маленьких и одна большая. - Давным давно здесь был храм инари, но как видишь, от него остался лишь один камень, и то принесенный одним человеком. За храмом следила единственная жрица, которую полюбил Девятихвостый Лис, от их союза родились два кристалла любви, но в одну лунную ночь храм сожгли, а духи исчезли. Женщина так и сгорела у алтаря - она до последней минуты оставалась жрицей, но тела ее так и не нашли. Так что, ты возможно, вернулся домой, дорогой брат. На слове "брат" мечника передернуло. - Я обычный человек и не могу быть кем-то подобным. Ты вероятно ошибся. - Скольких людей ты знаешь, кто может касаться кого-то из мира духов? Ты сам пришел ко мне с вопросами - вот и ответы на них. Ты забыл о своем происхождении, о силе, что таится у тебя внутри. - Но, я не хочу быть твоим "братом". Мне этого недостаточно! - у мечника забилось быстрее сердце, когда Лис перевоплотился в человеческую форму.       Дух плыл над полом - будто спускался по лестнице, его нога легко опустилась на половицу прямо перед мужчиной, так они и стояли молча друг напротив друга. Серебряный Лис почувствовал на своей щеке легкое прикосновение, опустил глаза на протянутую к нему руку и нахмурился. В следующее мгновение изо рта мечника раздался хриплый стон, а с губ потекла кровь. Мужчина посмотрел вниз, белоснежная рука оттягивала рукав другой, которая ушла на длину кисти в его грудную клетку. Спустя мгновение она достала от туда вздрагивающий орган, проливая кровь на пол. Как тот и предполагал - ничто не могло испортить чистоту этого существа. - Посмотри, ты даже можешь видеть свое сердце. - Дух склонился к его уху. - Почему ты не хочешь принять себя и свою силу?       Рука человека легла на Лисью и направила обратно ее в грудь. Мужчина закашлял, брызгая на вышитые цветы, но капли тут же впитывались, не оставляя и следа. Лис сжал свою ладонь.       Человек рухнул на колени и взглянул вверх, прикладывая последние усилия, чтобы не закрыть глаза, а как можно дольше насладиться прямыми чертами лица, но все же веки медленно опустились, а ронин свалился на спину. Дух стоял над ним, ожидая, что как и обещал, тот очнется, но мечник не двигался. Тогда Лис наклонился, будто прощаясь, провел пальцами по щеке, рассматривая закаленное многочисленными боями лицо воина. "Интересно, найдет ли его кто-нибудь здесь или его съедят дикие звери?" - он хотел выпрямиться, но его руку резко схватили. - Я согласен, если ты будешь называть меня "любимым братом", можно без "брата". - рот мечника растянулся в измазанной кровью улыбке. - Если тебе конечно хватит ума пробудить свою истинную мощь. - Лис развернулся и пошел прочь из монастыря, но мечник был готов поспорить на что угодно, что видел на его лице улыбку. - Я уже рассказывал, что однажды бился одновременно с десятками, нет, с сотнями злых духов? - мужчина встал держа руку на заживающей груди, чтобы оттуда не выскочило сердце и пошел вслед смеющемуся богу.