I'm your problem from now on

Pov Артем       Как только девчонки показали записку, нам с Максом пришла одна и та же мысль. Кирилл как-то рассказывал про одного парня, который может подогнать оружие, собственно у него Кирилл и взял пару пистолетов, лежащие у нас в карманах.       Хоть и его дом в центре города, но в скудном месте, где он особо не выделяется, его бюджет позволяет жить ему на последнем этаже, вроде как одним из дорогих квартир этого дома.       Стоянки поблизости не было, поэтому Макс оставил машину на обочине, рядом с каким-то поршем, и мы зашли в дом, благо входная дверь, почему-то, была на распашку.       Пока мы поднимались на лифте, до нас доносились звуки ударов о что-то твердое и крики мужчин, когда лифт остановился на последнем этаже было ясно, что это тут мужчины орут. Мы оглядели коридор в поисках нужной квартиры, вроде двухсот пятой, не обращая внимания на мужиков, а зря, как оказалось, они долбили именно по этой квартире. Когда те уставились на нас, я заметил кое-что подозрительное. У одного из них были ярко-голубые глаза, а на одном из них огромный шрам, чуть ли не на пол лица. Этот шрам я видел на видеозаписи, который снимала Ирина, в день своей пропажи. Я отступил назад, одной рукой я потянулся к пистолету, другой схватил Макса, он меня понял.       Мы быстро достали оружие, я выстрелил в ногу голубоглазому, Макс в его напарника, куда я не заметил, но вроде не убил. Те схватились за места ранения, а мы рванули к лифту. Без задержки мы сели в машину и поехали в школу. И что нам делать дальше? Pov Ася       По окончанию уроков мне пришла СМСка от Макса, тот написал, что они у школьных ворот и нам, а именно мне и Ире, нужно спешить. Мы быстро скинули все в рюкзаки и выбежали из здания школы. Парни стояли возле машины и нервно курили, как я поняла, что неровно? Потому что они смотрели в пустоту стеклянными взглядом, а Максим еще и ногой дергал. - Что-то случилось? - спросила я, подходя к парню. Тебе молча указали на машину, мол садитесь, позже скажем, нам ничего не оставалось как сесть. Пока мы ехали стояла гробовая тишина. Парни были в напряжении, а мы боялись что-либо сказать или спросить, захотят - сами расскажут. Куда едем, мы тоже не знали, по крайней мере, мы с Ирой.       Вскоре мы подъехали к какому-то универу, из него выбежал Кирилл, запрыгнул на свой байк и поехал за нами. Нас привезли на какой-то заброшенный дом, почти на окраине города. Выглядело мрачно, но не жутко, хотя у Ирины побежали мурашки. - Это наш... штаб, - пояснил Артем, повернувшись к нам, - пока что, будем кантоваться тут, возражения есть? Возражений нет. В общем, Кирилл, твоему другу пиздец. - Кирилл в недоумении смотрел на Тему, но может и понимал к чему он ведет. - Мы были у него, но Белые нас опередили... - Вас не ранили? - перебила его Ира, та больше обращалась к Максу, чем к ним обоим. Макс кратко ответил. - Нет. - Мы их задержали, чтоб уйти. Они ломились в дом того парня, но того либо там не было, либо было и, возможно, до него добрались. - Кирилл мотнул головой. - Арчи хитрый, просто так не попадаются. Уверен он сейчас за городом, могу позвонить? - Кирилл уже потянулся к телефону. - Не стоит, если он у них, они могут нас отследить. Кстати, - Тема повернулся ко мне, - твой телефон. Его надо выбросить или сменить симку. - Зачем это? - возмутилась я. - У них был твой телефон, они могут отслеживать твою симку, а может и сам телефон, допустим, с помощью маячка. - я кивнула и со всей силы бросила телефон о землю. Жалко конечно, но он был не новым, я с ним около трех лет ходила, пора бы и сменить. - Отлично, теперь пошлите внутрь, надо многое обсудить.       Мы пошли все за Артемом, Ира сжимала руку Макса, а тот был и не против, а мою Кирилл, мне было собственно все равно.       Внутри дома было уютно, не так как в жилых домах, но для нескольких ночевок сойдет. Крыша целая, без дыр и трещин, несколько чистых матрасов, стоящих вдоль стены у книжных полок. Два дивана, один из которых слегка разваливался, а второй, вроде он раскладной, был вполне целый, хоть и слегка грязный. Стена, которая должна была выходить на лес, отсутствовала, вместо нее большая дыра, но даже она придавала уют, была вместо картинок.       Я села на целый диван, сперва отряхнув с него пыль и грязь, а рядом села Ира. На развалившемся сел Кирилл и Макс, а Артем встал перед нами. Он навалился на стену и начал пялиться на лес. Мне стало холодно, я изредка вздрагивала от ветра, который напоминал об осени, зря я не взяла с собой куртку, а прогноз предупреждал. Мои вздрагивания заметил Кирилл, который встал с другого дивана и сел рядом со мной, вначале отдав свою ветровку, а после приобняв за плечи. Стало теплее. Я его поблагодарила, а когда повернулась к Артему, тот презрительно смотрел на Кирилла, стало неловко.       Тишина затягивалась, а на улице потихоньку смеркалось. - Какими будут наши действия? - спросила Ира, как будто в пустоту. Все повернулись к ней, - Они объявили о войне, а мы ее приняли. Отступать они не будут и мы, явно, тоже? Так, что будем делать? - Предлагаю, сообщить в полицию. - сказал Артем, продолжая пялиться на меня с Кириллом. Из-за чего я отодвинулась от последнего, Артем же сразу отвернулся. - Костя же сказал, что им лучше не доверять... - А кому нам доверять? - вдруг крикнул Артем, - мы дети, на нас начали охоту, а мы даже сказать никому не можем! - Я что ли в этом виновата? - заорала на него Ирина. Только ссоры не хватало. - Ну не я же! - это стало последней каплей. Ира вскочила с дивана и выбежала из дома в слезах, Максим следом за ней. - Не надо было так. - тихим и спокойным голосом сказала я Артему, на что тот взорвался еще больше. - Тебя вообще, блять, здесь быть не должно. Пиздуй обратно в свою Америку!       Теперь уже в слезах убегала я. Мне было невыносимо, а ведь я даже не понимала почему. Его оскорбления никогда меня так не затрагивали, но сейчас... Что изменилось? Почему мне так больно?       Максим с Ирой уже уехали на машине. Я почувствовала шаги за спиной, это был Кирилл. Он молча подошел к своему байку и протянул мне шлем. Я так же молча взяла его и села позади Кирилла. Тот завел двигатель, и мы поехали. Чем дальше мы уезжали от того дома, тем больнее мне становилось. Появлялось странное чувство, которое мне вовсе не нравилось.