Луна

Маруся, дрожа от холода и нетерпения, сидела на подоконнике и смотрела на луну. Теперь уже индифферентно смотрела… Бледно-желтый огроменный блин с темными пятнами манил, притягивал взгляд и вводил в транс. В полнолуния так всегда бывало. Обычно — ну висит огрызок сыра в небе, и ладно. Но ближе к этим таинственным дням в крови начинало бурлить меленькими пузыречками теплое ожидание, таинственное волнение охватывало все тело… И вот он — момент, когда она один на один с Луной, Луна в ней, она в Луне. Магическое единение, приятные волны эманации… Но что толку, если обряд опять прервали… Миша неслышно подошел и сел рядом. — Опять не удалось? — взглядом спросил он. По раздраженно дрогнувшему зрачку без слов понял ответ. — На чем сейчас сорвалось? — тихо спросил. — На пентаграмме, — едва слышно ответила Маруся, не шевелясь и не отводя взгляд от Луны. Миша тяжко вздохнул и посмотрел на ночное светило. — Ты ей показывала информацию про Египет? — чуть качнув головой, спросил он, тоже залипнув на желтом шаре взглядом. — Угу. Даже нарыла статью Блаватской о влиянии Луны. Хрен там, закрыла все вкладки, не читая. — Досталось? — с горечью во взгляде скосил на нее глаза. Маруся промолчала, сосредоточившись на связи с ментальными волнами от спутника Земли. — А пробовала символы выкладывать? — еще тише спросил Миша. — И сердечко, и луну, что только в песке не выкладывала, — Маруся не хотела отвлекаться, но Миша ждал ответ и ей пришлось ответить. Наконец, не в силах противиться зову, Маруся тихо запела: — О, Луна, Луна! О, великая Бастет! Богиня радости и веселья! Священная Бастет! — Маша! — оклик, донесшийся с кровати не заставил прервать песнопение, но голос Маруси дрогнул. — Ну что опять?! Катерина поднялась с постели, отшвырнула ногой пластиковую мышь с центра ковра и слепо щурясь в темноте, подошла к окну. — Ну прости, Марусь, прости, что обрызгала! — Катя взяла кошку на руки. — Но ты так выла и металась, что я подумала, в тебя вселился бес! Она взглянула на белого кота, сидящего с другой стороны окна на балконе. — О, прости, опять твой ухажер заявился… Что ж вам не спится по ночам-то? — теплые руки легко поглаживали пеструю мягкую шерсть трехцветной кошки. Все было хорошо у них с Марусей. Но как только наступало полнолуние, так хоть экзорциста вызывай — компьютер как с ума сходил, открывая непонятные вкладки, кошка царапала ковер и металась, издавая вопли, похожие на предсмертный клич волкодлака, сны дурацкие снились про Египет и богиню Бастет с кошачьей головой… — Ну, высохла уже? Пойдем спать? — ласково спросила Катя и Маруся качнула кончиком хвоста раздраженно, прощая ее снова. Все было хорошо у них с хозяйкой. Но как только наступало время призыва богини, так в хозяйку словно бес вселялся — доставала пшикалку, обливала водой, не давая закончить ритуал призыва богини… — Ничего, Марусь, — донеслось со стороны балкона. — В следующий раз снова попробуем… Миша развернулся, махнул на прощание белым пушистым хвостом и исчез в темноте ночи. А они с хозяйкой завалились в теплую постель.