Вчерашняя газета

То утро было удивительно солнечным. Определенно. -Доброе утро, сэр. Мучительно яркий солнечный свет ударил мне по глазам. -Ради всего святого, Дживс! Закрой чертову штору! -Как скажете, сэр. Последствия вчерашнего вечера давали о себе знать. Голова раскалывалась на части, во рту - засуха. Но Дживс уже стоял возле меня со своим фирменным коктейлем. Осушив стакан с волшебной жидкостью, я уже через несколько минут обрел способность четко мыслить. Боль и недомогание ушли. Помнится, именно этот коктейль когда-то побудил меня взять Дживса в камердинеры. -Ты как всегда на высоте!- я довольно улыбнулся, принимая у него из рук поднос с кофе. -Благодарю, сэр. Дживс вышел. Я раскрыл газету и принялся, уже было, за чтение, когда вдруг понял, что газета вчерашняя. Я недоуменно посмотрел на дату. И правда, вчерашняя! Быть не может, чтобы Дживс подал мне несвежую газету. Я хотел его окликнуть, но задумался. Когда Дживс делает что-то не так, он делает это специально. Конечно, можно было бы позвать его и спросить в чем дело, но мне не позволяла гордость. В конце концов, он всегда обо всем догадывался сам, и я не хотел выглядеть глупее своего слуги. А значит, я должен был самостоятельно понять, в чем дело. Пожалуй, дело было во вчерашнем вечере. Я действительно выпил несколько больше, чем обычно. Намного больше. Помнится, даже что-то разбил в клубе. Ну да это ничего, там каждый вечер что-то разбивают. Однако я действительно много выпил. Дживсу пришлось нести меня на руках. Потом мы ехали на машине, и я пел ту великолепную песню о гладиолусах (тетя Агата очень ее не любит и, наверное, поэтому эта мелодия мне так нравится). До комнаты Дживс снова тащил меня на себе. Раздел и уложил спать. Как обычно случается в таких случаях… Я чувствовал, как по одеялу неспешно растекается горячий кофе из опрокинутой чашки. Меня едва ли волновали возможные ожоги. Дело в том, что я вспомнил. Вспомнил, что вчерашний вечер несколько отличался от обычных подобных вечеров. Отличался последней его частью. Когда Дживс укладывал меня спать, я помню, как решил, что он выглядит очень забавным. Вытянул вперед руки, схватил его за шею и … поцеловал?! После этого память обрывалась. Что означало, что либо я внезапно заснул, либо Дживс огрел меня чем-то тяжелым по голове. И почему-то я больше склонялся ко второму варианту. Кружка, наконец, скатилась с кровати и разлетелась на осколки. Я старательно убеждал себя в том, что мне это приснилось. Быть такого не может! Однако я, на свою беду, всегда помнил всё, что делал в состоянии алкогольного опьянения. Это было. Раздался шорох. Я открыл глаза и обнаружил Дживса, собирающего осколки чашки. От неожиданности я издал пронзительный, насколько позволяют мои связки, звук. -Сэр?- Дживс посмотрел на меня, приподняв одну бровь. -Дживс! -Да, сэр? -Ты…здесь? -Как видите, сэр. -… -Я могу идти, сэр? – он поднялся с осколками на подносе. -Аа…да, да, да! Иди, конечно. Осколки на полу - опасная штука!- я нервно рассмеялся. -Верно подмечено, сэр. За завтраком я наблюдал за Дживсом. Он, как ни в чем не бывало, выполнял свои обязанности с обычным каменным выражением лица. -Что-то не так, сэр? Я вздрогнул и чуть не расколошматил еще одну чашку из бесценного фарфора подаренного дражайшей тётей Делией. -У меня такое ощущение, что вас что-то тревожит. В переводе с языка Дживса на мой это означало “Почему ты пялишься на меня все утро?”. И как я должен был ответить на подобный вопрос? “Меня тревожит то, что вчера по пьяни я поцеловал своего камердинера”?! -Сегодня вечером у вас ужин с мисс Басет, сэр. -В самом деле?- искренне изумился я, на секунду вынырнув из своих размышлений. -Мисс Басет позвонила сегодня утром и сказала, что сегодня вы ужинаете вместе. -С мисс Басет опасно спорить,- обреченно покачал я головой. Еще вчера встреча с этой истеричной дамочкой была бы для меня самой большой насущной проблемой. Но теперь… Обычно со всеми проблемами и трудностями в моей жизни мне помогал Дживс. Точнее, он сам их решал, зачастую без моего участия. Поцелуй я какого-нибудь чужого камердинера, я бы рано или поздно рассказал об этом Дживсу, и он бы обязательно придумал, что мне делать. Но сейчас это было совершенно невозможно. Сложившаяся ситуация сильно действовала мне на нервы, однако Дживс вел себя как обычно. Словно ничего не произошло. Его поведение давало повод полагать, что все события прошлой ночи всего лишь дурной сон. И я бы так и решил, если бы не помнил все это в красках и если бы не знал Дживса. Порой мне кажется, что даже окажись мы на необитаемом острове, он каждое утро будет подле меня с чашкой кофе и извечным “Доброе утро, сэр”. Собственно, так и вышло в тот раз… Сидя в кресле с сигарой в зубах и наблюдая, как Дживс, вооружась тряпкой, доводил комнату до состояния стерильности, которой позавидует любая операционная, я понял, что в отличие от моего хладнокровного слуги, я не могу проигнорировать то, что произошло. -Дживс! -Да, сэр? -Помнишь ту историю, с Уолессом? -Мистер Уолесс, джентльмен, который жил с нами в одной гостинице в Нью-Йорке, сэр? -Да-да, Дживс, он самый. -Простите, сэр, но мистер Уолесс весьма…активный человек, а потому историй с ним было много. О какой именно вы говорите, сэр? -Ну, помнишь, он еще собирался жениться… -На мисс Рокбэлл? Прелестная девушка. -Да-да, прелестная. Жаль только, они расторгли помолвку… -Да, я слышал, сэр. Но я так и не понял почему. Было удивительно, что есть вещи, о которых Дживс знает не всё. Я даже ощутил некоторую гордость за свою осведомленность, сообщая: -Видишь ли, Уолесс вдруг понял, что ему больше нравятся отношения…Отношения с мужчинами… Крышка от заварника, жалобно звякнув, разлетелась на части. -Прошу прощения, сэр. Дживс невозмутимо принялся собирать осколки. -Теперь еще и заварник,- вздохнул я. -Примите мои извинения, сэр. -Ничего, я никогда не любил этот ужасный фарфор. Ну, так вернемся к той истории,- я нервно потушил сигару,- Я хотел сказать, что, узнав об этом поступке Уолесса, я пришел в недоумение. Это ведь так противоестественно! Такого в природе быть не может. Скорее всего, виной всему его идиотский характер и манера делать всё наперекор общественному мнению и морали. Ведь другого объяснения такому поведению быть не может, не правда ли? -Вы абсолютно правы, сэр. Дживс ушел выбрасывать остатки фарфоровой крышки, а я снова закурил. Он всегда готовил в белом фартуке. Это выглядело очень комично: высокий, под два метра, представительный джентльмен в белоснежной рубашке, черной жилетке и брюках и поверх всего этого – огромный передник. Если бы Дживс был женщиной, я бы, наверное, влюбился. Женщина бы из него получилась некрасивая, высоченная, но я бы всё равно влюбился. Уверен. Таких женщин не бывает. -Что-то не так, сэр?- Дживс чистил картошку. -Просто я думал, как жаль, что ты не женщина,- я запоздало прижал ладонь ко рту. Моя привычка озвучивать свои мысли к месту и не к месту всегда доставляла мне множество неприятностей. -Вот как, сэр?- не отвлекаясь от картошки, сказал камердинер. -Я, имею ввиду…было бы интересно посмотреть на двухметровую леди с баритоном,- пробормотал я. -Я так и подумал, сэр. На ужине с мисс Басет, чувствуя, как от её болтовни начинает болеть голова, я почему-то снова подумал о Дживсе. Вот бы вспомнить, насколько было приятно его целовать. Если терпимо, то я бы, пожалуй, мог последовать примеру Уолесса. А что? На нём не надо жениться. Да и тётя Агата считает его гением, и единственным возражением против нашего с Дживсом союза с её стороны было бы лишь то, что он слишком хорош для такого безответственного кретина как я. -Берти! Я вынырнул из потока бреда. Передо мной восседала мисс Басет, обиженно надувшая губы. -Берти! - капризно повторила она,- Ты совершенно не обращаешь на меня внимания! -Прости, старушка. Кажется, я нездоров. Пожалуй, я пойду домой. Я впервые практически сбежал со встречи. Без достойных объяснений. Мне определенно светит выговор от тёти Агаты за эту выходку. Но почему-то мне было всё равно. Хотелось вернуться домой. Усталость для такого пустого дня была действительно невероятна. Лежа в постели, я размышлял над идиотскими мыслями, навеянными головной болью, которую вызвал омерзительный фальцет мисс Басет. Наблюдая за поведением Дживса, я пришел к выводу, что его произошедшее накануне никак не задело. Но в таком случае, зачем нужен был фокус с газетой? За весь день я так и не разобрался. Пора сдаваться. -Дживс. -Да, сэр? -Ты сегодня утром принёс мне вчерашнюю газету. Дживс удивленно вскинул бровь: -Простите, но этого не может быть, сэр. -Но это так!- возразил я, предъявляя страницу с датой,- Вот, взгляни. Он был действительно удивлен. Я тоже. Впервые Дживс ошибся. Впервые Дживс был сбит с толку. -Прошу прощения, сэр. Больше не повторится. Я задумчиво посмотрел на его лицо и вытянул руки вперёд, сцепив пальцы на его шее. Его брови взлетели вверх. Брови - это, пожалуй, единственная живая часть его лица. Десять секунд. Я расцепил руки и опустился на подушку. -Спокойной ночи, сэр,- он погасил свет. -Спокойной ночи, Дживс. Он вышел. Я уставился в потолок, четко осознавая, что однажды я не сдержусь. И черт его знает, чем все это закончится.