Причинно-следственная связь

Две недели. Две чертовы недели прошло с тех пор, как Люциус Малфой скользил глазами по идеальному телу Гарри Поттера. Две гребанные недели Люциус Малфой видел перед собой картину обнаженного тела Гарри Поттера. Две невыносимые недели Люциус Малфой не мог выбросить из головы покрасневшее от горячего душа тело Гарри Поттера. Он не мог понять, что с ним происходит. Не мог выяснить причину, по которой он вообще пошел следом за глупым мальчишкой в раздевалку, а потом в душ. И он тем более никогда не думал, что сможет возбудиться, наблюдая за голым Гарри Поттером. Он вообще не думал о Гарри Поттере в таком ключе! Этот несносный мальчишка только мешал и путался под ногами, но никак не привлекал его как объект недетских фантазий! С тех пор как Люциус прибыл в Мэнор две недели назад, он не мог ни о чем думать, кроме как о мальчишке. Казалось, что мысль о сладком теле Гарри Поттера полностью поглотила его. Он читал книгу, но думал лишь о том, как приятно было бы провести ладонью по гладкой груди парня, и из-за этого приходилось перечитывать одну строчку по пять раз, чтобы хоть немного уловить суть написанного. Он слышал, как Нарцисса что-то рассказывала, но думал лишь о том, как прекрасно было бы схватить Поттера за шею и начать ее целовать, поэтому просто сухо кивал, даже не стараясь делать вид, что внимательно слушает свою жену. Он считал деньги, но думал лишь о том, как было бы чудесно сжать рукой возбужденный член парня и услышать в ответ отчаянный и полный желания стон, из-за этого он сбивался со счета, и приходилось начинать все сначала в третий раз. Нарцисса сразу заметила, что с мужем что-то не так. Он был сам не свой: вечно витал в облаках, а в глазах зажегся огонь желания, который она видела в последний раз лет двадцать назад, когда Люциус стремился получить заветную метку и стать Пожирателем Смерти. Только вот чего или кого он желал теперь, миссис Малфой не имела ни малейшего представления. До одного случая. Нарцисса Малфой проходила мимо спальни своего мужа, когда услышала за дверью достаточно громкие стоны. Женщина резко остановилась от изумления. Люциус никогда не позволял себе издавать такие непотребные звуки, он считал, что это недопустимо в аристократической семье, и тем более Главе Рода. Она никогда не слышала, чтобы ее муж с таким остервенением ублажал себя. Да чего уж таить, она вообще не думала, что он способен таким образом касаться себя. Люциус не раз говорил ей, что подобным занимался только в подростковом возрасте, когда гормоны вовсю шалили, да и тогда он делал это очень редко. И сейчас, стоя у двери спальни и слыша это, ей очень хотелось выяснить, кто же так привлек ее мужа. На самом деле, они с Люциусом никогда не любили друг друга, даже дружба у них завязалась только после года брака. Да у них даже спальни были отдельные. И их обоих вполне устраивала подобная жизнь. Поэтому, услышав горячие стоны, она даже на миг подумала, что в Мэнор кто-то пробрался. Спустя минуту ступора, Нарцисса уже хотела пойти дальше по своим делам, но что-то удерживало ее, не давая сдвинуться ни на шаг. Возможно, она просто все еще не до конца отошла от подобного открытия. А еще, возможно, потому что в ней заиграло огромное любопытство и ей очень захотелось узнать, кто же смог настолько привлечь ее мужа, что тот даже не поставил банальные заглушающие. Люциус же тем временем полулежал, откинувшись на изголовье кровати, и в очередной раз проводил пальцем по головке, даже не пытаясь сдерживать свои стоны. А за несколько минут до этого он просто сидел и читал роман. Маггловский. Про отношения. И очень откровенный. Он – Люциус Абраксас Малфой, Пожиратель Смерти и Правая Рука Темного Лорда читал, как симпатичная длинноволосая блондинка с наслаждением отсасывает темноволосому парню. Когда он дошел до этой сцены, он невольно представил себя на месте этой девицы и чертового Гарри Поттера на месте мужчины. Во всем были виноваты образы героев – не он, не его воображение, не его грязные фантазии. Именно так убеждал себя Люциус, когда изображения его, стоящего на коленях и ласкающего языком горячую плоть мальчишки Поттера, всплыли у него в голове. Он представил, как сначала легонько посасывает головку члена, а потом начинает вбирать все глубже и глубже. Он делает это и наслаждается восхитительными стонами Гарри, которые раззадоривали все больше. Он вообразил, как на секунду отрывается от плоти, а потом начинает ее лизать своим языком, чувствуя, что парень уже на пределе. Представил, как Поттер, хныкая, берет его за волосы и сам начинает толкаться в его рот, смотря на него с неимоверным желанием. От одного такого взгляда Люциус кончает себе в штаны и чуть ли не давится, когда в его рот изливается Гарри. Образы расплываются, и Малфой осознает, что находится сейчас в своей комнате. И от чего-то становится немного горько на душе. Ровно до того момента, как понимает, что фантазия нехило возбудила его. Он ощутил, что брюки с внутренней стороны стали чуть влажными из-за выделившейся смазки. Проклиная себя за то, что он сейчас собирается делать, Малфой расстегнул ширинку брюк и вытащил из-под нижнего белья вставший член. Он сдерживал себя все это время. Не позволял возбуждению и затуманенному разуму взять над собой вверх. Две недели он запрещал себе прикасаться к собственной плоти. Мысль ласкать себя, представляя мальчишку, казалась ужасной, совершенно точно неправильной и даже запретной. Все эти дни он убеждал себя, что не должен этого делать, не должен водить рукой по основанию члена, стонать и думать о том, как было бы приятно будь на месте его руки рука Поттера. Гарри определенно был не лучшей кандидатурой на любовники Люциуса. Даже не так, он определенно был худшей кандидатурой на эту роль. Гарри Поттер, Золотой Мальчик, Надежда Магической Британии… Как только не называли этого мальчишку. И Гарри Поттер совершенно точно никогда не положил бы глаз на Люциуса Малфоя – Пожирателя Смерти. Мужчина на миг погрустнел, но отбросил такие ненужные сейчас мысли и продолжил водить рукой по основанию члена. Смазка выделялась, позволяя свободнее скользить. Люциус очертил пальцами головку, прогибаясь в спине от удовольствия. Он сейчас нисколько не сдерживал себя. Как давно он не занимался подобным. Как давно не позволял себе прикасаться к своему члену. Он будто вернулся сейчас в свои шестнадцать. В подростковом возрасте Люциус иногда запирался в своей комнате и ублажал себя, наплевав на все: на правила, на принципы, на родителей, в частности на отца. Было таким удовольствием чувствовать горячую плоть и не думать ни о чем. Но сейчас все немного не так. В Люциусе на данный момент горели все возможные эмоции и чувства: желание, страсть, неуверенность и даже страх. Страх перед тем, что запал на самого Гарри Поттера. Он не понимал, почему мальчишке удалось пробудить в нем такие подзабытые и никогда не виданные чувства. Когда в последний раз в нем горела такая сильная страсть? Когда в последний раз он чувствовал такое непреодолимое желание? Когда он перестал быть самоуверенным ублюдком? Когда? Когда увидел обнаженного Гарри Поттера. Когда понял, что все еще может чувствовать свое быстро бьющееся сердце. Когда он впервые захотел любить и быть любимым кем-то. Именно тогда все началось. И именно сейчас все продолжается. Именно сейчас он кончает с громким, полным отчаяния и удовольствия, стоном. И даже не замечает, что произнес после оргазма довольно тихое, но достаточно четкое «Гарри». Нарцисса Малфой замирает на месте. Кого угодно она могла предположить, но точно не его - не Золотого Мальчика. Кого угодно, но не Поттера. Она совершенно точно уверена в том, что человек, сумевший завладеть хладнокровным сердцем ее мужа, был именно тот самый Гарри. И от осознания этого, что-то в душе начало давить. Нарцисса искренне переживала за мужа, который стал для нее настоящим и единственным другом. Люциус и Драко были для нее всем. И сейчас, понимая, что ее мужу нравится сам Гарри Поттер, она готова была завыть от отчаяния. То, что мальчик ответит чувствам взаимностью, было невозможным. Кто угодно мог закрасться в душу Люциуса Малфоя, но сделал это чертов мальчишка. Кто угодно мог полюбить ее мужа, но точно не Гарри Поттер. Злясь на судьбу на такое стечение обстоятельств, Нарцисса поспешно удалилась. Она просто обязана сделать что-то для мужа. Она должна вмешаться в это, иначе Люциус просто угробит себя. А Нарцисса не сомневалась, что от отчаяния и невзаимных чувств, ее муж готов на многое, если не на всё.