Быть Мэри. Тетрадь смерти или остаться в живых

      С тех пор, как я перевелась в новую школу (а случилось это около четырёх месяцев назад), я неустанно попадаю в какие-нибудь удивительные приключения. Но то, что случилось со мной за последние два дня, выходит за рамки нормальности даже для меня. Поэтому сейчас я расскажу вам историю. Она может содержать тяжёлые моменты и элементы насилия, поэтому слабонервных прошу удалиться. Итак, не будем нарушать традицию:       Всем привет. Меня зовут Адель. Мне всё ещё пятнадцать лет, и я попала по-крупному.       Всё началось тёплым майским утром. Последний учебный день перед моим последним беззаботным летом. Вот-вот должна была начаться алгебра. В воздухе витала лень и предвкушение каникул, никто не собирался учиться сегодня: присутствие — лишь пустая формальность.       Я растянулась на последней парте в ожидании Мисы — она пошла купить воды после физ-ры. Мне уже начало казаться, что подруга решила оставить меня с алгеброй один на один, как вдруг она влетела в класс прямо перед учителем и звонком. Плюхнулась на соседний стул и наклонилась к парте как можно ниже.       — Что-то случилось? — спросила я. Миса была вся взъерошенная и мокрая от пота, даже тушь потекла, а мы ведь всю физ-ру просидели на скамейке…       — Адель, я потеряла её, — прошептала она, чуть не плача. — Потеряла!       — Что?.. Что ты потеряла? — опешила я. Никогда не видела Мису такой напуганной.       — Тетрадь смерти.       Чего?..       Каждый раз, когда мы упоминали тетрадь смерти, я наивно полагала, что мы просто шутили. Видимо, шутила только я.       — Постой, погоди. — Мне нужно было собраться с мыслями. — Бог Смерти. Ты его видела? — мне хотелось как-то успокоить Мису.       — Нет. Не видела, — подруга шмыгнула носом.       — Тогда откуда знаешь, что тетрадь настоящая? Ты же не вписывала в неё чьё-то имя, чтобы проверить?..       — Конечно нет! — возмутилась она, да так, что привлекла внимание учительницы. Та оторвала взгляд от доски и недовольно глянула в нашу сторону. — Я не какая-нибудь тщеславная психопатка, — добавила Миса шёпотом, снова наклонившись к парте. — Я нашла её на улице по дороге из школы неделю назад. Джером сказал, что она настоящая. (Джером был демоном, заключившим сделку с Мисой и завладевшим её телом. Это на тот случай, если вы не в курсе).       — А Джером не знает, где она может быть? — Наверняка демоны чувствуют такие вещи.       — Не знаю. Он со мной не разговаривает, — буркнула она и, увидев вопрос в моих глазах, продолжила: — Мы поругались пару дней назад. Джером хотел пойти на сборище сатанистов и поджарить там парочку забавы ради, а я заперла его в демоническом круге. — Я посмотрела на подругу с сочувствием и восхищением. — Просто мне кажется, что сжигать людей живьём как-то неправильно. Даже если они сатанисты.       Никогда об этом не думала… Но, скорее всего, Миса права.       — Ладно. Забудем о Джероме. Когда ты видела тетрадь в последний раз?       — Утром, перед физ-рой, — вспоминала Миса. — Пропажу заметила в столовой.       — Возможно, тетрадь просто выпала в раздевалке, — предположил Костик, повернувшись к нам вполоборота. Видимо, он слышал весь наш разговор. Хорошо, что он сидел один.       — Но я вернулась в раздевалку ещё до того, как туда пришёл другой класс. И тетради там уже не было.       — Выходит, её взял кто-то из наших, — заметил он. — Почему бы просто не спросить?       — Нельзя, — мотнула головой Миса. — Если тот, кто нашёл тетрадь, прознал, что она такое, мы ни за что не получим её назад и лишь выдадим себя.       — Не думаю, что у нас в классе найдётся так уж много чёрных тетрадок. — Я стала глядеть по сторонам в надежде увидеть у кого-нибудь на парте нечто похожее.       — Она не чёрная. Теперь нет, — вздохнула Миса.       — О чём это ты? — сморгнула я и уставилась на подругу.       — Ты же не думаешь, что я оставила эту дурацкую обложку и инструкцию к убийству? — Я закусила губу. — Да за кого ты меня принимаешь? — обиделась она. — Я вырвала правила пользования тетрадью и поместила её в цветастый переплёт.       — И как нам теперь найти очередную тетрадь в цветочек? — Это казалось безнадёжным. — Зачем ты вообще это сделала?       — Как зачем? Чтобы её спрятать. — Бессмыслица какая-то…       — Но интернет и аниме-магазины пестрят стафом по «Тетради смерти». Никто бы и не подумал, что она настоящая.       — Ага. И сделал бы из неё телефонную книжку. — Миса откинулась на спинке стула, скрестив руки на груди. Я вытаращила на неё глаза. — Что? Я сама хотела так сделать, пока не узнала, что тетрадь подлинная.       Ну да. Логично.       — Но раз ты вырвала правила и заменила обложку, как вообще можно понять, что это за тетрадь? — резонно заметил Костик.       — Вы забываете о боге Смерти, — вздохнула Миса.       Вот тут она была права: о нём я забыла напрочь.       — Но ты же прикасалась к тетради, — осенило меня. — Ты должна его видеть.       — Должна, — согласилась подруга. — Если он здесь.       — Значит, нужно дождаться его появления и тогда мы узнаем, кто новый хозяин тетради, — подытожил Костик. Хорошо, что он тоже смотрел анимаху…       — Лучше бы нам найти тетрадь до того, как это произойдёт, — заметила я, и друзья молча со мной согласились.       Весь оставшийся урок мы вытягивали шеи, как страусы, и вертели головами в надежде найти пропажу. Миса сказала, что новая обложка тетради смерти была с розовыми орхидеями. И мы надеялись, что это значительно сузит круг поисков. Не тут-то было.       Нельзя же устроить обыск и заставить одноклассников вытряхнуть всё из портфелей. Хотя…       — У меня есть идея, — объявила я, как только мы вышли из кабинета алгебры. — Правда, меня несколько беспокоит её моральный аспект.       — Выкладывай, — уверенно кивнул Костик.       — Если заявить в полицию, что у нас пропало что-то ценное, в классе проведут обыск. Тогда мы сможем взглянуть на содержимое всех портфелей.       — И зачем вам это нужно? — Мы все, как один, вздрогнули, услышав голос Эрика. — Плетёте заговор? — Блад пожал Костику руку.       — Именно. Поможешь? — я глянула на него с надеждой.       — Конечно, — улыбнулся он.       Я была готова повиснуть у него на шее.       — В обмен на свидание.       Желание пропало.       — Эрик! — возмутилась я. — У нас, можно сказать, судьба мира решается, а ты тут со своими глупостями!       — Прости, — вздохнул он виновато. — Я подумал, если буду вести себя как Локи, ты дашь мне шанс.       Я вздрогнула, услышав это имя, и почувствовала, как вспыхнули щёки.       — Эрик, — взяла его за плечи и посмотрела прямо в глаза, попыталась прогнать мысли о горе-боге, — обещаю, мы сходим куда-нибудь и всё обсудим. — Надо уже вдолбить в его голову раз и навсегда, что меня не интересуют вампиры! Я не расистка, просто люблю, когда тепло… — Но сейчас нам очень нужна помощь. Одному из учеников попала в руки очень опасная вещь. И если мы не найдём её, может погибнуть много людей.       — Я всё устрою.       Как оказалось, старший брат Эрика работает в полиции (как же удачно!). Мы сидели на уроке литературы, когда Джон Блад (брат Эрика был очень похож на Джона) вошёл в класс и объявил, что у одного из учеников пропала очень ценная и старинная книга. И теперь полиция проверяет класс за классом в поисках этого антиквариата.       Все ученики выложили содержимое своих портфелей на стол. Мы с Костиком и Мисой не были исключениями. Джон знал, что искать, и должен был подать нам сигнал, когда увидит тетрадку с орхидеями. Должна заметить, он был чем-то похож на Эрика помимо бледной кожи. Может, они и в самом деле родственники? Джон был высоким и крепким, на вид лет тридцать, волосы тёмные, скулы высокие. Он неспешно шёл меж рядов, осматривая учебники и тетради и остановившись у очередного стола, закашлял в кулак.       Миса дёрнулась, и я сжала её руку, чтобы она не наделала глупостей — это был стол Иры.       Ира была отличницей. Прозвучало как приговор… ну да ладно. Она носила большие очки, кудрявые каштановые волосы, затянутые в хвост, и юбки ниже колена (обязательно ниже колена!).       Вы, скорее всего, не помните, но именно Ира отвечала на литературе в мой первый день в школе. Тогда темой урока была Наташа Ростова, и наши мнения сильно разошлись на её счёт.       Хотела бы я сказать: «На уроке литературы всё началось, на нём всё и закончится», — но нет.       Джон обошёл оставшихся учеников, чтобы не вызывать подозрений и, поблагодарив всех за сотрудничество, покинул класс. А нам с друзьями предстояло решить, как быть дальше.       — Кто-то должен поговорить с ней, — предложила я, пока Галина Андреевна диктовала список литературы на лето.       — Я в третьем классе села на её очки. Правда, случайно, — призналась Миса.       — А я в прошлом году обошёл её на олимпиаде, — заметил Костик.       — Так что из нас троих тебя она должна ненавидеть меньше всех, — подытожила подруга, похлопав меня по плечу.       Я не поняла, почему Ира вообще должна меня ненавидеть, но решила не развивать эту тему.       После литературы намечался русский язык. Когда началась перемена, я велела Мисе и Костику прогуляться, чтобы не вызвать у Иры подозрений, и пошла на разведку.       Ира как раз сидела над тетрадью смерти, и я поняла, что даже не спросила у Мисы, было ли что-то в этой тетради.       — Привет, — улыбнулась я, присев на соседнюю парту.       Ира лишь глянула на меня с недоверием. Я пошла в наступление, не имея чёткого плана, и уже пожалела об этом, но тут опустила глаза на Ирину сумку и заметила в ней корешок манги. Это был «Skip Beat».       — Ты читаешь мангу! — воскликнула я, поражённая своим открытием. — Я тоже её люблю.       Оказывается, у нас с Ирой было что-то общее. Я просто обожала Скип! (Да и сейчас тоже.) Раньше даже фанфики писала. Получалось так себе, но я старалась.       — Ты пришла, чтобы сообщить эту «потрясающую» новость? — огрызнулась она.       — Вообще-то нет. — Видимо, разговора по душам не выйдет. — Ты не одолжишь мне тетрадь? Кажется, я не записала парочку книг, — сказала я и потянулась за тетрадью смерти (хоть бы дотронуться…), но Ира резко отдёрнула её.       — Это не литература, — проворчала она, убирая её от меня как можно дальше. — И вообще, с какой стати ты просишь у меня конспект?       Должна признаться, этот вопрос застал меня врасплох.       — Почему нет? Мы же одноклассницы, — улыбнулась, как можно милее.       — Ага, — буркнула Ира. — Одноклассницы, которые за весь год и словом не обмолвились.       Я задумалась: а ведь и правда! С того дня, как я перевелась в эту школу, мы с Ирой даже ни разу не поздоровались. Не думаю, что это была полностью моя вина, но всё же.       — Навёрстываю упущенное, — постаралась казаться беспечной. — Может, сходим куда-нибудь после школы? Тут неподалёку есть кафешка с классными пирожными.       — Не хочу мешать вам с Эриком, — съязвила она. Чего? — Я слышала, ты наконец-то снизошла до него и согласилась пойти с ним на свидание. Что ж, приятной прогулки! — закончила Ира и уткнулась в тетрадку по русскому языку, которая лежала поверх тетради смерти.       Видимо, я вышла в коридор на автомате. Я никак не могла понять: как мне удалось нажить себе врага и даже не заметить? Я думала, что из всего класса Санёк ненавидит меня больше всех. Но нет, это была Ира! Отличница Ира, староста класса, которая всегда привыкла быть первой, вдруг оказалась не у дел и винила во всём меня.       Мне не пришлось искать друзей, они стояли рядом с классом, подпирая стенку.       — Ну как? — спросил Костик, но стоило ему заметить выражение моего лица, как и его изменилось: — Что случилось?       — Ира ненавидит меня больше, чем вас двоих. Это уж точно, — вздохнула я, облокотившись о стену рядом с Мисой. — Она влюблена в Эрика.       — Во дела… — выдохнула подруга.       — Что будем делать? — озадачился Костик.       Раздался школьный звонок.       — Возвращайтесь в класс, — велела я. — А я поговорю с Эриком. Может быть, он сможет нам чем-то помочь.