Валентинка

У Брока Рамлоу были свои принципы и правила, которых он придерживался всегда и которые распространял на всех вокруг. Роллинз знал это – потому что на протяжении пятнадцати лет дружбы и почти десяти лет службы под началом Рамлоу тот ни разу еще не поступился ими. Даже если наступал пиздец. И практически все они имели под собой весьма весомое оправдание – и частенько всратую историю, из тех, что принято рассказывать в раскованной компании под бухлишко. Правил было полно, на самом деле. Но самым ярким новички стабильно удивлялись. Не курить при Зимнем – сравнительно новое правило. Все остальные могли хоть легкие выкашлять от дыма, но Брок держался, иначе Зимний сам тянулся забрать у него сигарету и затянуться. За такое бы по голове не погладили… Как и по головке. Брок держался – авторитет, мать его ети. Не таскать сладкое на общие собрания – хватило того случая когда Таузиг обожрался и при высадке его стошнило. Хотя тогда и болтало в вертушке сильно, но… Правило осталось железным, на собрания заказывали только пиццу. Не таскать на миссию секс-игрушки. Грустная история на самом деле, потому что Майк, в разгрузке которого завибровала такая хрень, полег на месте от выстрелов. Как и его дружок, Джейк, оказавшийся рядом. Брок самолично растоптал несчастную игрушку и пульт к ней – когда они сумели отбить точку, и с тех пор появилось такое пусть и тупое и неочевидное – но очередное указание. И это подводило к самому ненавистному Джеку правилу – не заводить отношения на работе. Даже чтобы просто снять напряжение. Рамлоу был весьма категоричен к этому, ему не хотелось снова так глупо потерять бойцов. Холодная голова и максимум – дружеские отношения, не больше. Выпивка по выходным пару раз в месяц в планы Роллинза не входила уже давно, но выбора не было. Он пытался подступить к Броку и так и эдак, по-разному – но всегда Рамлоу вспоминал свое злосчастное правило и отделывался шуточками, сводя все к стебу. Даже когда Джек волок его, никакущего, из такси домой – все равно. Даже поцеловать себя не дал. И наутро успешно делал вид, что ничего не было. Джек тогда ждал перевода в другую группу, но обошлось, разве что Брок стал с ним строже, чем с другими. И почти полностью ограничил их общение, даже не желая идти в бар, если там обещал быть Джек. Он бы сдался, наверное, если бы не тот факт, что с другими Брок довольно легко шел на контакт, зубоскалил и раздавал подзатыльники провинившимся. И черт, легко и просто с удовольствием рассказывал, какую девочку или мальчика снял на выходных. Но всё еще никого постоянного рядом. Все, по сути, решил один простой случай. Группа сопровождения Зимнего, все должно было быть просто и легко – но откуда-то вылезла почти чертова армия весьма мотивированных наемников. Цель Солдат устранил быстро, но вот отойти так просто уже не получилось, пришлось отстреливаться, их довольно плотно окружили в неудобной позиции. Зимний снял метким выстрелом парня, целившегося в Брока, после чего наступило затишье. Тело неизвестного картинно повисло на ограждении, словно в старом вестерне. То ли перегруппировались обороняющиеся, то ли и, правда, люди кончились – но высунуться и проверить никто не хотел, все равно через десять минут должна была подойти помощь. Брок довольно потрепал оружие Гидры по взлохмаченной башке: – Молодец. И черт, явно насмехаясь, чмокнул его в висок. У Джека кровь вскипела от такого – Зимний позволял это, личные прикосновения, только Броку, а тот, пользуясь этим, явно красовался перед всеми. И он сам едва успел метнуть нож еще в одного, краем глаза заметив его – он явно нацелился то ли на Рамлоу, то ли на отвернувшегося от ограды Зимнего, попав по привычке в шею. Тело, булькая кровью, свалилось по их сторону ограждения. Джек подошел ближе, вытаскивая нож из горла, чувствуя как щекотно-тепло чужая кровь заливает ладони. Ну, если и это не поможет… Он был готов на всё, только чтобы разобраться со своей никак не получавшейся личной жизнью. – Роллинз, минута, вертушка прибывает, – Брок привычно скоординировал всех собраться и быть готовыми к отбытию. Джек сосредоточенно склонился над телом, уже разрезав ремни бронежилета и шмотки на нем. Если Рамлоу не понимает по-нормальному, то может, хоть это сработает… Он и правда был готов к такому – потому что после его либо турнут с группы (и хорошо, если не пристрелят), либо Брок поймет, что он серьезен. Он слышал, что Брок скомандовал всем загружаться в вертушку, но ему нужно было еще несколько секунд. Пальцы скользили по крови, но нож был достаточно острым. И, когда все уже почти заняли свои места, он выпрямился, поворачиваясь. Протягивая дымящееся на холодном октябрьском воздухе сердце Броку на ладонях. – Это что, блядь? Лицо Брока сейчас можно было фотографировать в номинацию «Охуение года». – Валентинка. Люблю я тебя, – Джек почти с отчаянием протянул подношение Броку. – Скажи уже что-то, динамишь столько… – Роллинз… – да, черт подери, кажется, он был первым, кому удалось лишить Брока Рамлоу дара речи за последние пятнадцать лет. Хоть какое-то достижение… Пусть и не то, чего хотел Джек. – В вертолет загружайся, тебя ждем только, – Брок все же совладал с собой и почти машинально цапнул сердце с ладоней зама, отбрасывая в сторону. – Опять скажут, что мы головорезы какие. В вертушке все печально молчали, боясь и слово сказать, хотя Джек и чувствовал на себе осторожные взгляды. Многие из постоянной группы знали, что он подкатывает к командиру, но явно не все могли одобрить этот метод. Он грустно сгорбился, неловко поправляя на себе наушники, чтобы не заляпать их подсохшей кровью. Мэй слева протянула початую пачку влажных салфеток, хоть кровь с рук оттер. Мэтт помог, отобрав пачку, вытирая капли крови с лица Джека. Брок напротив старательно отводил взгляд, что просто убивало. Едва они выгрузились, Брок поймал Мэй, не давая ей уйти. – Отчет на тебе, зам ранен. Мэй несколько секунд с недоумением смотрела на командира, перевела взгляд на целого, пусть и окровавленного Роллинза, потом кивнула. – Ранен, ясно. Отчет от медиков будет? Рамлоу хищно оскалился. – Неопасно ранен. Но доложить не сможет. Джек замер на секунду, не вполне понимая, чем ему грозит эта новая информация, пока Рамлоу не махнул рукой, отпуская всех, и его в том числе. – Задержись в душе. Там хоть прослушки нет, – уже от этого одного он был готов как парить на небесах от счастья, так и подозревать худшее. Но ведь про увольнение не говорят в душевых, да? Как оказалось – не про увольнение Брок хотел поговорить, ох не про него. Скользнул под горячую воду, подхватывая мочалку, которую Джек от неожиданности уронил, обнаженный и донельзя довольный. – Валентинка, значит? – уточнил он насмешливо, явно понимая, что раз уж сдержанного Роллинза настолько приперло… – Не февраль, да, – кивнул Джек. – Но заебался я уже третий год тебя ловить и зажимать по углам. Подумал – хоть так. Скажешь «нет» – пойму и переведусь. Брок хищно оскалился. – После того, как ты вырезал для меня сердце? Роллинз… Это ведь весьма серьезно. Джек кивнул, даже не зная что сказать – не тогда, когда рядом было голое, смуглое, тренированное тело командира, которого он хотел так давно. Любые слова пропадали, едва приходя в голову. – Что захочешь, Брок, – решился он признаться. – С ума меня сводишь. – Никто раньше не дарил мне такого. Джек с волнением замер, чувствуя, как небольшая, но сильная ладонь Брока прошлась по груди, и остановилась напротив сердца, словно выжигая метку своим жаром. И это, правда, было приятным ощущением. Брок прижался ближе, с силой пригибая за затылок Джека к себе, целуя. – Я не завожу интрижек на работе, – пробормотал Брок, отрываясь от его губ. Джек уже, правда, очень смутно соображал после такого. – Я не интрижка! – возмутился он. – Я хочу тебя себе! – Это мы еще посмотрим, ты – себе, или я тебя захапаю, – Брок все же с трудом оторвался от него. – Пока еще полно дел. Джек тяжело мотнул головой, сгоняя муть вожделения. – Не вздумай потом игнорить меня. – После того, как ты мне подарил чужое сердце? – Брок жарко притерся к Джеку, засасывая кожу на стыке шеи и плеча, оставляя свою метку. – Даже не думай. Никто и никогда не дарил мне такого. – Ты сумасшедший, – с восторгом признал Джек, со сладким вздохом подставляя шею под жгучие поцелуи. – Но именно это в тебе я люблю. – Подаришь мне еще такое? – Брок все же отстранился, подхватил полотенце, вытираясь. – Если захочешь. По первому твоему слову, – Джек с обожанием проследил за ним, смывая с себя остатки пены. – Заметано, – беспечно отозвался Рамлоу, ухмыляясь. После жаркой ночи Джек даже не ожидал, что Брок на перерыве зазовет его в свой кабинет и удобно устроится рядом, положив на него ноутбук. – Посмотрим сериал? – уточнил он, словно у Джека был выбор, на самом деле. Джек поудобнее устроился на жесткой диванной подушке, чувствуя как Брок упирается весьма острой коленкой в бедро – и так уже за ночь истыкал локтями, явно не привыкнув спать с кем-то рядом. Не то, чтобы он был против. На самом деле, вот так лежать рядом с Броком, смотря Декстера, частично под ним даже, потому что диван был весьма узким, было лучшим из того, о чем Джек мог мечтать. Только с ним Брок остался дольше одной ночи. И он приложит все усилия, чтобы удержать его рядом.