Мака

      Проснувшись, я попытался открыть глаза. Но у меня ничего не получилось, мои веки были, словно склеенными и не хотели открываться. Тогда я попробовал поднять руку и протереть глаза, и снова неудача, мое тело меня не слушалось, оно словно не принадлежало мне. Я не смог пошевелить ни рукой, ни ногой, но когда попытался позвать на помощь, из горла вырвался свистящий звук.       Но, правда, похоже, я всё же смог привлечь к себе внимание, но вместо помощи мне в рот вставили трубку и стали заливать жидкость. Ни вкуса, ни запаха я не почувствовал, и мне пришлось просто глотать ее, чтобы не захлебнуться. Потом почти сразу я почувствовал головокружение и стал проваливаться в темноту.       Так я просыпался еще несколько раз, но только для того, чтобы принять новую порцию жидкости через трубку и потом снова провалиться в сон.       Только потом я догадался, что, если я не пытаюсь пошевелиться, меня не трогают, и я могу хоть прислушаться к окружающей обстановке. И вот я лежу и пытаюсь вспомнить, что произошло до того момента, как я оказался в таком дурацком положении.       В памяти всплывала только попойка в офисе в честь окончания рабочей недели. Нам, как всегда, не хватило, и пришлось бегать за добавкой. Помню, мы ещё все удивились, что Андрей так быстро вернулся с двумя пол-литрами, и еще шутили, что, видать, купил где-то паленку, а он утверждал, что приобрел все в кафе на первом этаже, и там его заверили в исключительном качестве и оригинальности покупаемого продукта. Как бы то ни было, но сейчас я лежал, недвижимый, в больничке и, похоже, что-то произошло и с моим зрением.       Так, пролежав достаточно долгое время, я опять попробовал пошевелиться, но тупая боль во всем теле и неприятные тянущие ощущения в паху ни к чему, кроме моего стона, не привели. На мой стон отреагировали, вставив в меня в который раз трубку, и опять жидкость потекла в меня. Правда, на этот раз я почувствовал ее вкус, и он был просто восхитительный. Хоть я и выпил все с удовольствием, эффект оказался тем же: я отключился.       Только вот второй раз, когда я проснулся, мне удалось приоткрыть веки, видеть отчетливо не получилось, но я различил два силуэта, которые, видимо, посмотрев в мою сторону, задвигались и, приблизившись ко мне, вновь напоили меня, вставив трубку с питательным раствором. На этот раз я не уснул сразу и даже попытался пошевелиться, но, кроме боли во всем теле, ничего не достиг.       На это тот раз я проснулся, и моя попытка открыть глаза увенчалась успехом. Первая радость от осознания того факта, что я вижу, очень быстро улетучилась. Вместо ожидаемого потолка из бетонных перекрытий, как во всех нормальных больницах, я увидел тканевый потолок, и, что самое ужасное, он не был даже брезентовым. Ткань была похожа на мешковину, только покрашенная в коричневый цвет.       Первой моей мыслью было, что я умер и попал в какой-то фэнтези-мир, но потом успокоился и здраво рассудил: скорее всего, это какая-то медицинская палатка и меня перенесли в нее из-за нехватки мест в самой больнице. Понимая, что вторая версия на поверку оказалась ничуть не лучше бредовой первой, я попытался повернуть голову на бок и, как минимум, оглядеться.       Я сразу даже не поверил тому, что видят мои глаза. Чуть в стороне от меня напротив друг друга сидели две девочки. Точнее, я сначала принял их за девочек, пока не увидел, чем они занимаются. Эти две малявки, ростом навскидку с метр с кепкой, сидели с задранными платьями на каком-то топчане и мастурбировали, подложив под расставленные ноги миски, в которые собирали свои выделения. Не знаю, как у той, что закрывала обзор от меня своим бедром, но у ее напарницы пальцы все блестели от смазки, и она периодически обтирала их о край миски. Такое большое количество выделявшейся смазки я видел только в порно.       Зрелище было завораживающее, я лежал не в состоянии отвести свой взгляд. Продолжалось представление недолго, видать, проснулся я уже к кульминации. Сначала одна, а затем и вторая шумно задышали и, чуть отдохнув, начали старательно вычищать свои киски от выделений и собирать это всё в миски. Дальнейшие их действия меня шокировали, они слили все в одну миску, разбавили все это жидкостью из какой-то бутылки зелёного цвета, перемешав деревянной палочкой, и направились ко мне.       От шока я не нашел ничего лучшего, как прикинуться, что ничего не видел. Закрыл глаза и вернул голову на место. Когда мне зажали нос, мне пришлось открыть рот, чтобы не задохнуться, и мне в рот вставили какую-то трубку, и в меня полилась жидкость. Вначале я привычно глотал знакомую мне по вкусу и запаху жидкость, и только в конце до моего замедленного мозга дошло, чем меня сейчас накормили. Я попытался вырваться или хотя бы выплюнуть ее, но трубка из меня исчезла и, прикрыв мне рот и не отпуская нос, меня вынудили все это проглотить. Странно, но рвотных позывов это пойло у меня не вызвало, а когда по телу прокатилась волна тепла, я вообще расслабился, и, если бы мне предложили еще раз выпить то же самое, я, наверное, согласился бы и не пытался бы все это выплюнуть. Эйфория в теле продолжалось до тех пор, пока меня не сморил сон.       Первое, что я увидел, открыв глаза, две любопытные и довольно симпатичные мордашки, которые склонились надо мной. Малявки оказались близняшками, темноволосые, с курносыми носиками, пухленькими губками и карими глазками, вроде и ничего сверхъестественного, но мне они понравились.       — Госпожа что нибудь желает? — обратилась ко мне одна из них.       От слова госпожа я впал в ступор и даже не обратил внимание, что ко мне обратились не на русском, а на хрен знает каком языке, и мне всё было понятно. Все же решив, что мне это показалось, я решил приподняться. Боль во всем теле заставила меня вскрикнуть, и уверенность в моей половой принадлежности резко пошатнулась.       Голос был явно не мой. Не скажу, что мне неприятно было его слышать, но этот голос был девичий, хоть и тихий, но девичий.       Теперь сомнения в неправильности всего происходящего не вызывали у меня сомнения. Я попаданец и не просто попаданец, а попаданец в самую «жопу».       В бабу!       Это что, теперь меня какой-то хмырь будет иметь, а, может быть, и не один. А я еще буду просить добавки и помахивать, и, не дай бог, рожать придется. Полный писец, писец писцу! Лучше сдохнуть не мог! И кто меня так не любит, убил бы гада, оживил и опять убил, и так, пока сам не сдох бы.       Мои мысли метались, я пытался найти хоть какой-то выход, но кроме как сдохнуть еще раз, ничего на ум не приходило.       Со временем я более-менее успокоился и попытался взглянуть на все это с положительной стороны. Но кроме того, что теперь не надо будет бриться, ничего на ум не приходило.       И все же, если не истерить, то госпожа — уже какой-то социальный статус, лежу в отдельном «вигваме» с прислугой, тоже не халам-балам, язык понимаю, может, и говорить смогу. Предыдущий хозяин тела, то есть хозяйка, надеюсь, навыки какие-нибудь, оставила.       Ладно, будем пробовать.       Все эти мысли прилетели за несколько минут, в течение которых девушка стояла и ждала моей реакции.       — Поесть, — хриплю я, и девушки меня понимают. Одна из них срывается с места и выбегает из палатки.       Через несколько минут она вернулась в сопровождении мужичка, чуть выше ее роста, одетого в пёстрый балахон желто-сине-красного цвета, и с усами рыжего цвета фасоном, ну прям, как у Буденного.       По трём представителям, конечно, судить неправильно, но, похоже, рост в полтора метра здесь нормальный рост.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил мужик приятным баритоном. — Уже прошла неделя, как мы провели ритуал. Уже пора приходить в норму.       — Тело все болит, и запахов совсем не ощущаю, — ответил я, неизвестно для чего соврав про запахи.       А сам напрягся — как бы узнать, что за ритуал?       — Боли я сейчас сниму, а запахи не различаешь потому, что здесь защита стоит. Мы ведь возле гнилых болот находимся, и поверь, запахи тут ещё те.       После этих слов он начал водить своими руками вдоль моего тела, и боль действительно прошла, и даже лёгкость появилась.       — Всё. Полежи ещё немного и можешь уже вставать. И как поешь, придёшь ко мне, посмотрим, как всё прижилось.       После этих слов он развернулся и вышел из палатки.       Как только мы с девушками остались одни, я решил не тянуть и начать знакомиться со своим новым телом.       Для начала я попытался сесть на своей постели, и оказалось, что сделать это совсем не просто, не из-за болей, которых не было, а из-за своего веса. Я оказался в теле настоящего бегемота. Блин, во мне веса было килограммов сто-сто сорок, и сиськи, как два астраханских арбуза, согнуться и сесть невозможно из-за живота, и на ноги не посмотришь, мешают сиськи.       Твою мать, как повезло попасть в тело такой красавицы, зато и в этом есть плюс, как предмет сексуальных домогательств, я скорей всего не котируюсь. Хотя у нас в средние века такие пышки считались «самое то», и на современных красавиц, больных анорексией, никто и глаз не положил бы.       Подбежавшие девушки, подхватив с двух сторон, помогли мне подняться. Так, рост у меня, как и раньше, в той жизни, 176, и теперь, судя по росту аборигенов, я Гуливер-ша в стране лилипутов. Все-таки, несмотря на махание руками колдуна, чувствуется ещё слабость в организме.       Писец, тут есть магия!       Как оказалось все это время я валялся на каком-то топчане. Сейчас при помощи девушек, я пытался приподнять свое необъятное тело и хотя бы усадить его. После нескольких попыток меня удалось усадить, обложив со всех сторон подушками. Вот только теперь я смог себя хоть немного обозреть. От увиденного захотелось отказаться от еды и как минимум год жить на подкожном жире. Но поставленная передо мной глиняная тарелка литра на три сломила мою волю. В моем животе дико заурчало, и я набросился на еду. Я не ел, я жрал, работая ложкой, как веслом гребец на олимпиаде. Видимо, для этого тела такой аппетит был привычен, потому как стоящие рядом со мной девушки смотрели на меня без всяких эмоций.       Когда я, наконец, насытился, с довольным видом откинулся на подушки. Только полежать и отдохнуть мне не дали, напомнив, что меня ожидает маг, а он по словам одной из сестер не любит ждать.       С большим трудом меня подняли на ноги. Теперь я ощутил все прелести вселения в чужое тело, меня качало, центр тяжести изменился, да еще и сиськи тянули вниз, не давая возможность сделать хоть один шаг. Никакой памяти тела не было и в помине, приходилось самому подстраиваться, а так как чувствовал я себя препаршиво, получалось все не очень. После нескольких неудачных попыток у меня всё же получилось, и с горем пополам я направился на встречу с магом.       По дороге кроме того, что приходилось контролировать каждый свой шаг, пытаясь сохранить равновесие, я ещё и пытался продумать, что мне говорить ему, и как себя с ним вести.       Идти оказалось недалеко, шатер мага оказался совсем рядом. Осмотреться по сторонам я не успел, понял только, что сейчас находимся на небольшой поляне возле заросшего камышом водоема. С остальных сторон лагерь окружал высокий кустарник, за которым возвышались деревья.       Всего на поляне стояло три шатра. Третий стоял чуть в стороне, ближе к кустам, возле него стояли две повозки и одна открытая карета. Только вот ни лошадей, ни людей я не увидел.       Так ничего толком и не придумав, как себя вести и что говорить, просто решил отмалчиваться, как говорится, «война план покажет». Перешагнув порог шатра, я попал в царство роскоши, Такого количества предметов на двух повозках невозможно привезти, явно тут была замешана магия. Хозяин помещения встретил меня, сидя в плетёном кресле, и предложил кивком головы присаживаться в соседнее с ним кресло.       — Я пригласил тебя, чтобы рассказать, что у меня получилось, — произнес он, как только я умостил свой толстый зад в кресло. — Сам призыв прошел хорошо, как и обещал, сущность я подселил тебе сильную, так что магический дар в тебе должен проявиться в течение одного месяца. Но получилось так, что на призыв вместо нижнего демона призвался демон срединной силы, и он попытался прогнать твою сущность. У него это почти получилось, но я вовремя вмешался и вернул тебя обратно.       «Как же, получилось! Вытащил меня и в жиртрест запихал», — подумал я.       — Этот демон, к сожалению, начал перестройку твоего тела, и, если бы я не вмешался, ты превратилась бы в мужчину. Как ты понимаешь, ни мне, ни тебе, ни тем более твоему отцу это не понравится. Поэтому пришлось тебя погрузить в сон и поить лекарством на основе женской сути. Сейчас кризис миновал, если и дальше ты будешь принимать лекарство на основе женской сути, то в течение месяца организм придёт в норму, и о превращении тебя в мужчину можно будет забыть. Но и это не главное, главное надо победить подсаженного к тебе демона, для этого тебе нужно научиться медитировать и смотреть вглубь себя.       — Сейчас я тебя буду учить входить в состояние медитации, — после этих слов он поднялся с кресла. Подошёл к столику и налил кубок из высокого хрустального графина       — Вот, возьми. Выпей и садись, как тебе будет удобно, на пол.       Пришлось перемещаться из удобного кресла на пол. Одет я был по местной моде в длинный сарафан из кого-то мягкого материала коричневого цвета с завязкой под грудью, на ногах плетёные сандалии из светлой кожи. Нижнее бельё на мне было представлено в виде каких-то панталон. По моим наблюдениям у малышек белья вообще не было, скорее всего его здесь ещё не придумали, а панталоны только для богатых.       Усевшись на пол, чтобы было удобно, облокотился спиной о какой-то сундук, стоящий посередине помещения. Ноги под себя засунуть не получилось, поэтому просто их вытянул. Мысленно перекрестившись, хоть и неверующий, выпил кубок. Питьё оказалось приятное, с пряным послевкусием. Я закрыл глаза, как мне советовал маг.       Сначала ничего не происходило, затем как-то резко почувствовалась легкость во всём теле, и вот я стою посреди своей комнаты в своём привычном теле, а на моём диване, развалившись, сидит натуральный чёрт. Небольшого роста, весь заросший рыжей шерстью, с вполне человеческим лицом и небольшими рожками. Единственное, что выбивалось из привычного представления о чертях, это человеческие ноги и огромный член, который свисал с края дивана.       — Ну и что ты будешь делать? Может, сразу отсосешь, как эта сучка, и признаешь меня своим хозяином? Или сначала для приличия поломаешься? — с ехидцей спросил чёрт и начал подниматься.       Я понимаю, надо что-то делать, но не могу пошевелиться. А этот гад подходит, надрачивая член и пристально глядя мне в глаза. Подойдя ко мне вплотную, он положил мне руки на плечи и начал на них давить, заставляя встать на колени. На меня навалилось какое-то наваждение, мое тело мне не подчинялось, сопротивляться я не мог и встал на колени. Только, когда он убрал одну руку с моего плеча, чтобы обхватить свой член, я почувствовал, что давление на меня ослабло. Воспользовавшись этим, я схватил его левой рукой за яйцо, сдавив его со всей возможной силой. Не зря я ходил в течение 15 лет в качалку, чёрт взвыл, как оперная певица, у меня появилась возможность встать на ноги.       Пока он не восстановил надо мной контроль, большим пальцем правой руки ударил ему в глаз. Тело противника стало податливым, как пластилин. Протолкнул руку вглубь черепа, и моя рука дошла до мозга. Вместо неприятных ощущений копания во внутренностях черепа я просто почувствовал, как в меня заструилась энергия, разливаясь по телу теплом.       Когда поток иссяк, я стал соединять руки, погрузив левую руку, не выпуская яйца, в пах, правой смял всю голову через всё его тело. Замкнув руки, я прижал остатки тела, вдавливая их в себя. Не было ни вспышек, ни свечений, просто состояние эйфории. Когда поток энергии закончился, от тела черта ничего не осталось, моя комната исчезла, а я очнулся на полу в шатре.       Картина, которую я увидел, открыв глаза, напомнила ту, которую я только что видел в своем воображении. Я сидел, как и сидел, только мужик стянул мне платье с плеч, оголив мою грудь, ворот платья затянут верёвкой, и теперь с упоением трахал меня, зажав свой член моими сиськами.       Сиськи у меня, конечно, огромные, но это не значит, что меня можно использовать как мастурбатор. Я попытался отстраниться от этого извращенца, но не успел, он совершил ещё две фрикции и начал кончать, в течение нескольких секунд моя грудь была буквально залита спермой, весь подбородок был в его кончине. И все это медленно стекало на живот. Такого количества просто не могло быть у человека.       Когда поток семени, наконец, иссяк, я смог оттолкнуть его от себя. Поднявшись, стал искать, чем бы вытереться. Каково же было моё удивление, когда, найдя, чем вытереться, не обнаружил на себе абсолютно ничего. У меня была абсолютно чистая кожа. Только несколько пятен на платье не дали мне усомниться, что это не глюк. В порыве праведного гнева я попытался запинать ногами ёбыря, но мои удары не достигали цели, натыкаясь на силовой барьер, и оставалось только матюгаться и обещать добраться до него в будущем.       Мои крики произвели на мага сильное впечатление, судя по его реакции, он действительно испугался. Пришлось мне в расстроенных чувствах и с ущемленной гордостью возвращаться в свою палатку, пообещав магу оторвать ему всё, что болтается, при первом удобном случае.       Уже в своей палатке, чуть успокоившись, я осознал, что в гневе я кричал на мага по-русски. Вот я и прокололся. Сев на постель, начал думать, что теперь, когда я сам себя раскрыл перед магом, мне делать.       Во-первых, надо выяснить, кто я теперь, и можно ли поменять пол, всё-таки это мир магии, вдруг есть такое заклинание. Во-вторых, надо делать ноги от мага, так как он, скорее всего, понял, что я не тот, кто должен быть в этом теле, точнее, не та. Надо поговорить со своими служанками, или кто там они мне.       Все еще шатаясь, я как можно быстрее направился назад в свой шатер.       Сейчас в палатке никого не было, поэтому я пока решил порыться в сундуке, который стоял в дальней части палатки и найти замену обконченного платья.