Мака

      На тренировку я пришёл вовремя, еще даже не все охранники пришли, эльфийки не было. Подойдя к стойке, я взял мечи, когда за моей спиной раздался ее голос: — Я думала, ты уже не придешь, как я слышала, вы завтра покидаете резиденцию. — Мы еще не решили, когда мы отправляемся. И скажи, откуда у тебя такие сведения? Мы только утром узнали, что то, что мы заказали, для нас изготовили. — Маерк приходил к нашему командиру, и они вас обсуждали, я в это время у него была и все слышала. Да они и не скрывали свой разговор. — Больше ничего они про нас не говорили? — Вроде бы нет. — Тогда пойдем, потренируемся. Вдруг действительно завтра уедем, и я пропущу занятие с тобой, а это будет обидно.       Дальше мы пошли тренироваться, и я всю тренировку провел возле неё и редко пользовался очисткой. Правда, это привело к тому, что мужская половина стала нам мешать своей назойливостью, хотя я их прекрасно понимал, когда Илия, как звали эльфийку, иногда касалась меня и довольно нескромно.       Поэтому, когда мы в конце тренировки пошли к стойке с учебными мечами, двое эльфов стали предлагать свои услуги в проведении досуга. Илия их послала в грубой форме, и они, поворчав, пошли по своим делам. — Мака, может, пойдем, поплаваем в озере. — Предложила она. — Я так часто делаю после тренировки. — Пойдем. — Согласился я. — Я сама пару раз так делала.       Поставив мечи, мы отправились к озеру.       Придя в купальный домик, мы стали поспешно раздеваться. Мы давно были возбуждены и готовы были наброситься друг на друга. Щемящее чувство нетерпения, возникшее внизу живота, еще во время тренировки не давало мне покоя. Не сговариваясь, мы шагнули навстречу друг другу, наши губы слились в поцелуе.       Целоваться Илия не умела, но быстро научилась, и мы стали бороться языками. Ее руки исследовали мое тело, впрочем, как и мои. Скоро ее руки оказались на моей попке и стала ее поглаживать. Я добрался до ее груди, зажав сосок между пальцев, прижав его, стал массировать. Мы продолжали целоваться, ее рука уже давно гладила мою шелку, иногда ненадолго засовывая пальчик вовнутрь. Вспомнив, как мне было хорошо с Амилией, я уложил Илию на пол и лег, чтобы наши писечки соприкасались.       Почувствовав ее тепло у себя между ножек, я шумно выдохнул и первый раз пошевелил бедрами, от смазки, что натекла у меня и нее, наши губки скользили и терлись друг о друга. Мы прижимались все сильнее и сильнее, скоро наши губки настолько близко прижимались, что я чувствовал, как мой бугорок при каждом движении трется о влагалище, мой живот постоянно сводила судорога, я стонал от получаемого удовольствия, не сдерживая себя. Когда Илия застонала от оргазма, я вторил ей, и наши оргазма затопили наши тела.       Я не мог остановиться, продолжая двигаться. Илия уже лежала не в состоянии двигаться и только тихо стонала. Мои судорожные движения отдавались приятной истомой в клиторе, который терся о влагалище эльфийки. Почувствовав приближение оргазма, я чаще задвигал бедрами, а потом мое тело затряслось мелкой дрожью, прижавшись своей писей к писи Илии, я кончил и провалился в темноту.       Очнулся я от ощущения, что меня гладят по голове, Илия положив мою голову на колени, гладила меня. Оказалось, расчесывать волосы, это приятно, а я игнорировал это, пользуясь заклинаниями. Аниме пыталась меня приучить к ухаживанию за волосами, но всегда не хватало времени.       А сейчас я лежал и млел под руками Илии. — Очнулась? — Спросила она меня. — Я даже за тебя испугалась. Когда я очнулась, ты лежала без сознания и мелко дрожала. — Все хорошо, — сказал я и потянулся к ней.       Наши губы встретились, ноцеловаться в этой позе было неудобно. Поэтому мы переместились в воду и там, отмывая друг друга, продолжали целоваться. — Илия, — прервав поцелуй, обратился я к ней, — У меня от моего учителя осталось два кристалла. Он говорил, что он их создал для того, чтобы снимать родовые проклятия. Я хочу тебе подарить их. — Почему мне? — Я не знаю, мне хочется тебе сделать подарок. — Это после того, что между нами произошло? — Если бы это было, как ты говоришь, эти артефакты не были бы сейчас при мне, и я подарил бы тебе их позже. А я хочу подарить их тебе сейчас. — Ты уверена, что они помогают? — с надеждой в голосе спросила она.       Посмотрев на нее, я не заметил никакого проклятия, хотя до этого у нее было пятно на половину тела. Только меня опять смутило красное двоящееся пятно, как и у Амилии. Решив, что это так и надо, я перестал обращать на него внимание. — Только у меня просьба, — попросил я, — Я хочу их активировать. И тебе придется их носить, пока они сами не разрушатся. — Хорошо, я согласна.       Выйдя из озера, я подошел к своему платью и достал два шарика. — Иди сюда и ложись на лавку, на спину. И ничего не бойся, мне самой так дар восстанавливали. — Приврал я.       Выйдя из воды, она с опаской легла на лавку. Подойдя к ней и присев перед ней, я, погладив ее тело, попросил согнуть ножки и развести их в стороны. — Ты не девственница? — На всякий случай спросил я. — Месяц назад глава забрал ее у меня. — Спокойно сказала она. — Правда, после этого я еще с мужчинами не была. — Тогда это даже хорошо, мне пришлось это носить в попе, а это не очень удобно. — Опять приврал я. — Ты, если хочешь, можешь смотреть, что я делаю.       Оперевшись на локти, она стала наблюдать за мной. Раздвинув её губки, я стал проталкивать шар ей во влагалище, сначала он не проходил, так как был немного великоват для нее, но затем я чуть надавил на него, и он оказался полностью внутри, от этого Илия охнула и слегка повела бедрами. Затем туда отправился и второй шар. — Теперь встань и походи немного, — попросил я.       Выполнив мою просьбу, Илия встала и прошлась по домику, сделав несколько шагов, она схватилась за низ живота. — Они там перекатываются и вызывают во мне желание. — С нотками паники в голосе проговорила она. — Так и должно быть. Но ты ложись, я посмотрю.       Когда она легла на лавку, ее уже не надо было просить раздвинуть ноги, она сидела на лавке с широко расставленными ногами, и ее припухшие губки, блестящие от сока, говорили сами за себя. Приблизившись к ним, я вдохнул их аромат и, шумно выдохнув, стал целоваться с ее киской. Одной рукой я ласкал ее бугорок, пока мой язычок ее вылизывал, а второй рукой я ласкал себя. Наши оргазмы наступили почти одновременно, когда ее тело задрожало, ей ответило и мое. Потом мы еще долго сидели в обнимку, не говоря ни слова, еще раз переживали последние моменты.       Еще раз посмотрев на Илию магическим зрением, я увидел, что ее энергетика восстанавливается очень быстро, и кристаллы, что находятся в ней, долго не выстоят. Я рассчитывал дня на три, а тут похоже к утру с ними будет покончено. — Илия, у тебя практически снято проклятие, и думаю, к утру у тебя начнёт накапливаться энергия. Только, пожалуйста, до нашего отъезда никому не говори об этом. А лучше вообще постарайся не говорить. — Я не могу не сказать отцу и матери, ведь они столько времени потратили, чтобы найти средство для снятия проклятия. — Илия, это последние кристаллы, у меня остались только заготовки, и как их изготавливать, я не знаю. И помогали они только женщинам. Из рассказа учителя. — Спасибо тебе. А нельзя попросить у твоего учителя, чтобы он изготовил еще? — Нет, он убит, а его душа в бубне у шамана. — Жалко. — Всем не поможешь, а ты теперь с магией.       Поговорив с Илией, мы оделись и пошли в сторону дома, она передвигалась медленно, видно, шарики ее сильно возбуждали. Подойдя к дому, я попрощался с ней, еще раз попросил никому не рассказывать и постараться шарики не вынимать, пока они сами не рассыпятся. Как бы она мне не нравилась, еще одну жену я боялся заполучить, лучше все свалю на Баракуза и шарики из кварца. На прощание не удержался и поцеловал Илию, она не хотела меня отпускать, но я, сославшись на дела, отправился в свою комнату. Зайдя в нее, я рассчитывал застать там своих подруг, но она была пуста.       Решив тогда заняться делом и поглотить оставшиеся чешуйки, которые принес с собой, достал их из седельной сумки. Разложив их на кровати, я стал их разряжать, а затем, разложив на теле, закрыл глаза. Видно на этот раз я переоценил свои силы, поглощение за один раз большого количества чешуек прошло не бесследно. Сначала было, как в прошлый раз, я открыл глаза и нигде их не обнаружил. Уже хотел вставать, как неожиданно закружилась голова, и я погрузился в сон.       Сон был странным, я чувствовал, как во мне что-то происходит, и это что-то, как я понимал, очень для меня положительное. Так продолжалось неизвестно, сколько, время в этом сне я не контролировал. Затем все успокоилось, и наступила тишина. Затем сознание потухло. Бечено.