Мака

      Перед зданием собралось довольно большое количество народа. Все старались встать в соответствие с цветом своей мантии. Больше всего было мантий красного цвета, цвета боевого факультета.       Цвет нашего факультета терялся среди остальных, никому не хотелось всю оставшуюся жизнь провести за рабочим столом и изготавливать амулеты, всем хотелось путешествий и громких побед. Поэтому и брали на него не сильно одаренных подростков. Поэтому я не удивился, что, когда все разобрались по факультетам, в темно-бордовых мантиях остались стоять тридцать особей вместе со мной. Единственным крупным парнем оказался тот, которого Санат отправил под лестницу. Были тут и парни, которые нам помогали. Видя нас, они подошли к нам, пытаясь флиртовать с девушками. Если Тания и Нинели охотно с ними общалась, то Линнея неохотно шла на контакт.       Пока они общались между собой, я рассматривал остальных парней. Среди них оказалось десять гномов, в чем я нисколько не удивился, так как они славились как ювелиры. Остальные были люди, причем, только пятеро были представителями аристократии, остальные были из простого сословия. Аристократы стояли обособленно, с презрением глядя на своих сокурсников, даже на нас смотрели свысока, хотя вид хорошеньких мордашек их и заинтересовал, но вскормленное с молоком матери презрение к низшим сословиям сквозила в каждом их взгляде.       Мне даже стало интересно, как они начнут себя вести, когда узнают, что я по сути являюсь хозяйкой этих земель, и только Редол не находится на моей земле, потому как несколько сот лет назад он выкупился у тогдашнего барона. И если город захочет расти вширь, то попадет в зависимость от меня. По крайней мере, так мне объясняла Амилия, а ей я доверяю полностью.       Мои размышления прервал появившийся на ступеньках пожилой маг в окружении более молодых своих коллег, среди которых я увидел Рителу, стоящую к нему наиболее близко. Был там и Санат, который стоял немного обособленно. На фоне всех остальных он выглядел как ребенок. Был среди них и один орк, который в отличие от Саната возвышался над всеми остальными на две головы, и в отличие от всех остальных не был одет в мантию, а в просторную рубаху и куртку без рукавов, и еще он один был вооружен, за его широкой спиной виднелись рукоять двух мечей. Вспомнился Кашен и его рекомендация, и теперь я смотрел на этого здоровяка и думал, стоит ли упоминать его или хватит знаний Кашена.       Началась торжественная речь, ничего необычного, долгий рассказ, в какое прекрасное заведение мы попали и как должны хорошо учиться, чтобы не посрамить честь учебного заведения, в котором учился сам император и его несколько жен. Обыкновенная болтовня, но на народ действовало, лица слушателей светились энтузиазмом, он действовал на них как удав. После его речи выступил Эльф, который мне удлинял мантию, он рассказал, что сегодня мы познакомимся со своим основным преподавателем, а завтра уже начинаются полноценные занятия. Он попросил всех оставаться на местах и не расходиться, сейчас к нам подойдут учителя.       По окончанию «торжественной линейки» к нам направилась Ритела, сегодня она была в мантии нашего факультета, только расписанной рисунками, вышитыми золотой и серебряными нитями. Поздоровавшись со всеми, она направилась вглубь академии. Нашим учебным домом на время обучения стал двухэтажная постройка, стоящая впритык к крепостной стене. Заведя нас в аудиторию, построенную по принципу амфитеатра, она сказала, чтобы мы рассаживались, как нам будет удобно.       Я сел посредине кафедры, возле меня сели девушки, рядом с ними уселись тройка парней. Гномы сели своей компанией, все остальные расселись, как придется.       Ритела опять начала рассказывать, как нам повезло, что мы попали в эту академию и на такой прекрасный факультет. Мастерства старого мага ей, конечно, не хватало, но аудиторию она держала, девушки слушали ее, открыв рот. Ритела рассказывала и частенько посматривала на меня, как я не старался корчить одухотворенное лицо, уподобляясь остальным, судя по ее реакции, она мне не верила. Затем мы прошлись по мастерским и на этом учеба сегодня закончилась.       Все стали расходиться, мы с девушками тоже направились на выход. Хотелось встретиться со своими и узнать их впечатление от первого дня. Хотя судя по моим однокурсницам, которые продолжали находиться под действием речи ректора и Рителы, те просто писали кипятком от восторга.       Я уже был возле входа в аудиторию, когда меня окликнула Ритела. Пришлось задержаться и сказать девушкам, что я сама их найду в общежитии. Или как они тут говорили "Общий дом".       — Я слушаю вас, госпожа Ритела, — подходя к ней, сказал я.       — Рада видеть тебя на моих занятиях, честно сказать, на распределении долго не могли определить, какой факультет тебе предложить.       — Слава богам, я попала на тот, на какой и хотела.       — Обычно все стремятся на боевой факультет или целительский. Все твои подруги другие факультеты выбрали.       — Семье нужны разные специалисты, и один нужен универсал, так почему им не стать мне?       — Я всегда считала тебя умной и нисколько в тебе не разочаровались.       — Постараюсь и впредь вас не разочаровывать. А сейчас, если вы не против, я пойду догонять своих сокурсниц.       — Прежде, чем ты уйдешь, ответь, тебя еще интересует «проклятый металл»?       — Смотря что за него хотят.       — Поверь, самую малость. Неплохо было бы посмотреть на то, что будет предметом разговора.       Договорившись, мы раскланялись, и я пошел к себе, размышляя, что она имела в виду под словом «малость».       Я не знал, оказалось, существует традиция напиваться в первый день учёбы, поэтому и занятий не было.       Меня это не интересовало, да и пить было нечего, я про эту традицию не знал, поэтому и не подготовился. Придя в общежитие, я поднялся на третий этаж и зашёл к девушкам, как договаривался. Они в это время сидели в зале и расспрашивали Линнею, как у неё прошло с Рителой, и почему она такая грустная. Оказалось, все просто, Ритела набрала себе девственниц и устроила конвейер, в котором Линнея оказалась одной из последней. А сам процесс ей кроме боли, которую Ритела, надо отдать ей должное, сразу залечила. Судя по всему, Тания и Нинели рассказали, как у них это было (по тому, как на меня посматривала Линнея), и им это понравилось. Как все это происходило, я не услышал, видно, они это уже раньше обсудили, да и мне не очень было это интересно.       Меня сейчас больше интересовало, как в преддверии гулянки поведут себя мои подруги, никого я насильно держать не собирался, но, зная немного местные нравы, можно было предположить, что кто-то пойдет гулять, и это не будут считаться чем-то неприличным. А гулянки в академии для этого и предназначались, как тут говорят: "Империи нужны магически одаренные дети". Поэтому, поднявшись к себе, я испытал чувство удовлетворения, увидев всех своих подруг у себя перед дверью, ожидающих меня.       — Мака, ожидается большая пьянка, и мы не хотели бы на нее попасть в виде закуски, поэтому к тебе и пришли, — сказала Аниме.       — Если хотите, можем пойти на самое начало, только потом уйдем, как только напьются, — предложил я.       — Если хочешь, можем сходить, — согласилась Смежана, — только ты не надевай ничего короткого.       Мантию на такие мероприятия никто не надевал, чтобы никто не узнал, с какого ты факультета.       Платье мне выбрали самое скромное и самое закрытое. Сами тоже были скромно одеты. Когда все были готовы, мы спустились на улицу. Вечер только вступал в свои права, солнце только стремилось спрятаться за горизонт. Толпы студентов направлялись в сторону парка. Мы тоже с присоединившейся к нам троицей моих сокурсниц направились в парк. Пока все по пару просто прохаживались и присматривались друг к другу. И только в некоторых местах уже сидели небольшие компании и распивали вино.       Когда мы проходили мимо этих компаний, нам предлагали присоединиться, но мы гуляли по парку, не присоединяясь ни к одной. Когда мы проходили мимо одних таких отдыхающих, нас окрикнули парни с нашего факультета, которые нам помогали мебель переносить в компании незнакомцев. Я хотел пройти мимо, но потом решил выяснить вопрос, как так получилось, что ни я, ни одна из девушек не слышали о готовящейся пьянке.       — Все просто, это часть традиции, не посвящают в это девушек, — заявили нам, — странно, что вы о ней не знаете.       — Мы вообще-то из другой страны и многих порядков не знаем, — заявил я.       — Это чтобы они не смогли подготовиться? — спросила их Тания.       — Это чтобы не попрятались в своих комнатах, ведь сейчас все будут стараться вас напоить.       — Зачем? — спросила Смежана. — Мы, что, должны пить с незнакомыми людьми?       — Во-первых, многие платили вчера за свое обучение, — сказал Ванир, как он представился, это один из знакомых нам парней, — а во-вторых, так вы легче с нами и всеми остальными познакомитесь.       — Послушай, Ванир, — проговорил я, — а как вы оплачиваете обучение, если денег не хватает?       — Подписываем контракт на службу на двадцать лет, — ответил один из парней, самый крупный из них, — я подписал пока на год обучения, затем, если не заработаю денег, придется подписываться еще на десять лет.       — Так это к концу полного обучения можно на пятьдесят лет подписаться... — проговорила Шала, уже все подсчитав.       — Если живешь несколько сотен лет, то пятьдесят не так и много, — возразил еще один парень.       — Вам тоже в следующем году предложат. Если денег не насобираете. Или не захотите оставить учебу.       Так мы разговаривали, уже присоединившись к их компании. Нам по традиции предложили вино, которое оказалось непривычно поганым, похожее на наш дешёвый портвейн. Мои подруги, пригубив, больше не пили, а сокурсницы, не привыкшие к хорошему, спокойно его употребляли. Так мы просидели до наступления темноты, парни уже напились и пытались приставать. Получалось у них только с моими однокурсницами, и то с переменным успехом. Парни может и более активными были бы, но присутствие Аниме, внимательно наблюдавшей за парнями, охлаждало их пыл. Девушек в нашей компании получилось больше, и поэтому к нам постоянно кто-нибудь подходил и предлагал свое общество. Парни твердо держали бастион и пока всем отказывали.       — Сейчас будет представление, — сказал один из парней.       — Нам сегодня по секрету один преподаватель сказал: "Как зайдет солнце, мы для вас приготовили подарок, и посоветовал пойти в парк". Действительно, через некоторое время в небо полетели фаерболы, которые взрывались в небе. Это был, конечно, не салют, но что-то похожее. Один из парней, как сказала Илия, с их факультета, стал запускать в небо свои фаерболы, они, конечно, уступали тем, что запускали преподаватели, но тоже были красивыми. Насмотревшись на них и под действием алкоголя (как ни было вино невкусным, но я все равно успел его выпить пару кружек), и теперь пытался воспроизвести заклинание фаербола так, чтобы он в небе разлетелся на несколько десятков огней. После отбора предложений я остановился на одном варианте.       Нарисовав мысленно руну слабенького фаербола, я напитал ее силой и послал вертикально вверх, получился маленький фаербол, который, пролетев несколько десятков метров, взорвался, озарив небо желтым цветом.       Увидев мой фаербол, все парни снисходительно на меня посмотрели, а один даже в голос меня успокоил.       — Не переживай, зато у тебя сиси большие и красивые.       Ничего ему не сказав на его слова, я создал пятьдесят таких рун, вложил их в заклинание фаербола и сделал их активацию при разрушении основного. Запитав энергией основной фаербол, я его запустил в небо. Преподавательский салют уже закончился, и теперь в небо запускали свои творения студенты-первогодки. Мой фаербол с шумом ушел в высоту. Первое время ничего не происходило, опять в мою сторону послышались смешки и предложения об индивидуальном обучении. Но их прервал мощный взрыв на большой высоте. Казалось, началась гроза, грохот стоял сильный, даже уши немного заложило, Аниме с ее слухом даже поморщилась. А затем в вышине прозвучал еще один взрыв, и от его эпицентра в разные стороны разлетелись, оставляя разноцветные хвосты, огни фейерверка. Зрелище было завораживающее, все замерли с открытыми ртами. Затем наступила краткая тишина, и в тот момент, когда все решили, что все закончилось, раздалась сотня мелких взрывов, слившихся в один большой. От взрывной волны нас немного даже подбросило, предварительно сжав в землю. В небе родилось небольшое солнышко.       А затем наступила мертвая тишина.       — Мака, что это было? — спросила Илия, первая отошедшая от шока. — Я такого не видела и не слышала ничего о таком.       — Это был амулет моего учителя, он сказал, чтобы я его применила, только если моей жизни будет угрожать смертельная опасность, и у меня ничего больше не останется.       — А зачем ты его сейчас применила? — спросил Ванир.       — Потому, что вы меня вином напоили, и я потеряла над собой контроль.       — Лучше бы ты, потеряв контроль, дала мне свою грудь потрогать, — проговорил парень, запускавший фаерболы.       Пропустив мимо ушей его пожелание, мы продолжили прерванные разговоры. Парни нам попались простые и не избалованные, поэтому мы с ними себя вполне комфортно чувствовали, а то, что пытались флиртовать, так это естественно. Слегка подвыпившие девушки, да и я не ограничивал моедов и себя, стеснять себя я не собирался. Посидев еще немного, несмотря на протесты, мы собрались уходить. Не в силах нас остановить, они предложили нас проводить. Аниме скомандовала всем сегодня отправляться по своим комнатам, закрыться там и не показываться, чтобы потом не разбираться с неприятностями.       — Тогда, может, мы переночуем у Маки? — предложила Ронма.       — Мы еще не знаем здешние порядки. Как узнаем, тогда и будем решать, — закончила разговор Аниме.       Я обратил внимание, что она пользуется авторитетом, ее слова никто не оспорил. Да и мне хотелось побыть одному.       Сначала мы проводили Смежану с другими девушками, которые поступили на факультет лекарей, потом провели боевиков, Аниме пыталась провести сначала меня, но я сказал, что за себя я смогу постоять, на что она ничего не возразила, так как знала мои возможности.       Парни поняли, что им ничего не светит, и поэтому потихоньку и сами покинули нас в поисках приключений. Поэтому к своему общежитию мы с девушками подходили одни. Бечено.