Испытательный срок

      — Вы меня теперь в колонию отправите? — нервно поинтересовался мальчик. — Помолчи немного и расслабь руку, — Ричард заматывал бинтом разбитый кулак мальца. — Как можно было ввязаться в неприятности на четвертый же день? Подрался он. Посмотрите, какой крутой. Засранец. Мужчина выдал парню подзатыльник и завязал бинт. — Я не хочу в колонию, — Нэк шмыгнул носом. — А ведешь себя, будто хочешь. Не реви. Сегодня не отправлю, так и быть. — Спасибо, — мальчик улыбнулся. — Только не думай, что я спущу тебе такое с рук. Иди в свою комнату и жди, — приказал майор. Парень, опустив голову, поплелся к себе. Тревожное чувство охватило его. Он был уверен, что военный будет его пороть, но надежда на прощение оставалась. Но когда мужчина зашёл, держа в руках ремень, сердце мальчика ушло в пятки. — Мне стоит объяснять в чем ты виноват? — издевательски спросил Ричард. Нэкфил отрицательно покачал головой.  — Прекрасно. Раздевайся. Полностью. И ложись, — мужчина указал на кровать. Парень снял футболку, положил её на стол и замер. Было страшно и стыдно. Чужой человек все-таки. — Шевелись, — поторопил его опекун. Нэкфил несколько секунд стоял в нерешительности, а потом подошел к кровати и резким движением спустил штаны вместе с трусами до колен. Майор медленно подошел к лежащему  мальчику. — Готов? — спросил он негромко. Мальчик кивнул. Он нервно кусал губы в ожидании первого удара, и тот не заставил себя ждать. Парень дернулся всем телом, но промолчал. За первым ударом последовал второй и третий. — В следующий раз будешь думать, что делаешь, — замах, удар. — Так ведь? — Да, сэр, — на выдохе сказал парень. — Я надеюсь, что мне не придётся наказывать тебя ещё когда нибудь за такой же проступок. — Да, сэр, — выкрикнул Нэк. Майор порол размеренно, не со всей силы, но прикладываясь достаточно ощутимо, с оттяжкой, чтобы ребёнок точно запомнил эту боль и не повторил ошибку. Вскоре Нэк начал мычать и поскуливать. Наконец он не выдержал. Мальчик всхлипнул. Из глаз полились слезы. — Че-е-ерт! Аааа… Больно-о-о! — взвыл он. Ему было уже все равно на то, что он лежит голый и плачет, как ребёнок. Просто хотелось остановить это. Нижняя часть тела горела огнём. — Терпи, это было только одиннадцать, — жестко ответил майор. — Правила нарушал? — Да, сэр, — мальчик откровенно ревел. Военный выдал еще десяток ударов по приобретшей уже ярко-красный цвет заднице, придав ей бордовый оттенок. Пару — тройку дней будет неприятно сидеть, но не более. Мужчина решил, что этого будет достаточно. —  Для первого раза хватит, — сухо сказал  Ричард. Мальчик лежал на кровати, вытирал слезы руками и громко шмыгал носом. Плевать, что он выглядит нелепо, ему больно. Хочется забраться куда нибудь и спрятаться там. Мужчина натянул на парня штаны и укрыл одеялом. — Ты знаешь, что заслужил. Так что успокаивайся. Скоро ужин, — майор вышел из комнаты. Мальчик задремал. Когда Ричард зашёл, чтобы позвать Нэка ужинать, тот спал. Мужчина потрепал его по голове и сказал: — Проснись, еда ждёт. — Я не голоден, — тихим голосом сказал мальчик. Но его урчащий желудок его подставил. — Врать мне — не в твоих интересах. Вставай, — опекун убедился, что ребёнок встал с кровати и ушёл на кухню. В столовой Нэкфила уже ожидала тарелка с горячей и вкусно пахнущей едой и подушка на стуле. Может, майор Цвар и жесток, но хотя бы проявляет сочувствие. Так прошёл ещё один день  испытательного срока.