Мой ужасный босс. Чон Чонгук я люблю тебя.

Бокал розового шампанского как по волшебству растворился из моих рук. Надув губы, я уставилась на своего волшебника. — Тебе хватит. — Прошептал на ушко мне юный Гарри Поттер и чмокнул в щеку. — В следующий раз пойдем с Чимином в погреб, вообще не вернемся. — Поставила я ультиматум, оценивая его как вполне пугающий, своим уже веселеньким мозгом. — Еще раз пойдешь с Хёном в погреб, так зад надеру, на месяц воспоминания останутся. — Все так же на ушко прошипел мне Чон. — Обещаешь? — Я метнула на него хмельной взгляд, слегка наклоняя голову, чтобы разглядеть выражение лица, так как сидела спиной прижатая к его груди. — Дурочка. — Чонгук тихонько засмеялся уловив мое игривое настроение и теснее сжал в объятиях. — Будешь провоцировать, на — ка — жу. — А я может и не против. — Спустя пол минуты до меня наконец дошел смысл произнесенных мною же слов и я почувствовала как становлюсь розовощекой. Чонгук в свою очередь совершенно не прилично ухмылялся. — Блин, кажется в тот раз это и правда могла быть моя инициатива. Мне кажется в это шампанское что то подмешано. Определенно подмешано. — Следи давай за картами, мы и так проигрываем. — Было здорово сидеть на полу у елки полуразвалившись на теплом и до неприличия уютном Чонгуке. Поужинав и встретив Новый Год, мы решили сильно не шуметь и занять себя игрой в карты, так как малышка семейства Ким не так давно заснула. Лиен отпустила Джина посидеть с нами, а сама осталась с дочкой, но того надолго не хватило, спустя пол часа он извинился, пожелал спокойной ночи и убежал на верх. — Чонгук, давай признаем, я играю лучше тебя. Так что не моя вина что мы проигрываем. — Выражение моего лица так и говорило, «Признай это уже наконец!» — Вы, махинаторы! Хватит там шептаться, ваш ход! — В нас прилетела маленькая диванная подушка, запущенная возмущенным Хосоком. — Выкидывай туза. — Шепнула я Чонгуку. Но тот потянул за парных дам. — Ну что ты делаешь, туза я тебе говорю. — Это плохая идея. — Он зажал мою руку которой я тянулась исправить ситуацию и все же выкинул наших дам. — Чонгук! — Но было уже поздно, счастливый Чимин отбился и сходил на Юнги, у которого оставались две карты. И в свою очередь, тот отбился одной и последней пошел под НамДжуна. Который так же в ничью разошелся с Хосоком. — Ну что мелкие, готовы быть зайчиками? Я ведь правильно понимаю у вас остался пиковый туз? — Он довольно гоготнул, крутя в пальцах последних пару карт. — Ходи Хён. — Даже я заметила, что Чонгук признал уже поражение. — Та да да дааааам… — Победный возглас Хосока увенчался выкинутой семёркой треф. Ну и так как нам бить её было нечем то Чонгук скинул свои карты в отбой. — Ну вот почему не послушал, а я говорила тебе. Выкинул бы туза, Чимину нечем было бы биться, а все дамы вышли кроме наших. Мы с легкостью отбились бы одной, а второй сходили… Ай, ай, ай… — Мне пришлось закончить свои причитания так как Чон опрокинув меня принялся щекотать. Только после моих мольб о пощаде надо мною сжалились и снова уютно устроили в своих руках. — Ладно, ладно. Проиграли так проиграли. Завтра я нацеплю эти ваши уши и буду весь день в них ходить. — Нееееет Чонгука, вы будете ходить в них вместе. Проиграли вы вдвоем. — Чимин аж хрюкнул от удовольствия, наверное представив уже нас, в этих аксессуарах. — Милота. — Молчи! — Сразу предупредил мои возмущения Чонгук и склонившись чмокнул в нос. — Ну и буду. — Буркнула я в ответ и стала подниматься и выпутываться из его объятий. — Вообще, пошла я спать. Всем хорошего вечера и спасибо за ужин и за хорошую компанию. Парни пожелали мне так же спокойной ночи и Чимин тут же плюхнулся на пытающегося подняться вслед за мною Чонгука. — Сладких снов. — Ласково чуть ли не пропел он не давая Чону подняться с места. — Мы тут еще посидим, да Джэй Кэй? Я только усмехнулась с этих копошащихся на полу детей и помахав рукой побрела наверх. С одной стороны так даже лучше, ибо я даже в своих манерах сейчас была не уверена, что уж говорить о подвыпившем Чонгуке. Если он сейчас захочет нежностей, то я позорно признаюсь, отказать — это выше моих сил. Поднявшись я тихонько пробралась в нашу комнату, стараясь не шуметь дверью и вынув из шкафа пижаму быстро стянула с себя штаны и кофту. Мое платье сиротливо висело на спинке кресла, ведь после прогулки я в него так и не успела переодеться, пришлось встречать новый год в спортивном костюме. Ну что я за девушка такая… Стянув с себя носки и отправив их в ту же стопку только что снятых вещей я потянулась расстегнуть бюстгальтер. — Не шевелись. — Я замерла с заведенными за спину руками. — Думала Хён сможет меня удержать? — Даже не надеялась. — Чуть слышно пробормотала я в ответ. — Но думала он продержится немножко подольше. — Почему свет не включила? — Судя по тому что голос прозвучал громче, Чонгук двинулся от двери в мою сторону. — Я могу… — Не шевелись. — Прервал мою попытку дотянуться до прикроватного светильника Чон. — Ты не можешь. Я не разрешаю. Я весь вечер не позволял себе ничего лишнего. Джентльмен был отправлен к черту ровно десять минут назад, когда я сгрузил всех трёх Хёнов на один диван. Благо Юнги и Намджун не поддержали их затею удержать меня как можно дольше. Тихий шелест простыней давал понять что Чонгук сел на кровать. Мое тело начинало покрываться мурашками, но не от холода вовсе, а от самой ситуации. В которой я стояла почти голая на его единоличном обозрении. Слегка повернув голову я посмотрела на него. В полумраке комнаты черты лица немного терялись. Ночного света из полностью стеклянных, дверей-окон, на балкон не было достаточно, чтобы разглядеть лучше. Но все же пристальный взгляд и легкую улыбку я могла различить. — Мне так и стоять? — Мой голос прозвучал на удивление ровно и даже, я бы сказала умиротворенно. — Пожалуйста. Еще немного. — Он откинулся на руки заведенные за спину и рассматривал меня, словно видел впервые. — Я хочу запомнить каждую частичку твоего тела сейчас. А потом я нарисую то что запомню. — Что? — Данное утверждение меня удивило и я почувствовала настигающее меня в конце концов смущение. Поэтому снова отвернулась к окну. — Не думаю, что достаточно хороша для того что бы… — Ты — самое прекрасное, что можно изобразить на картине. — Перебил меня Чонгук и я вновь услышала шелест простыней. А затем теплые ладони коснулись спины. Умелые пальцы разжали крючки моего белья и невесомыми движениями спустили лямки с плеч, оставляя верхнюю часть тела совершенно обнаженной. — Ты даже не можешь себе представить каким везунчиком я себя ощущаю, когда смотрю на тебя. Если мне достался такой подарок, то я с благодарностью принимаю все трудности и потери что случались в моей жизни. — Ты смущаешь меня. — Все что я смогла из себя сейчас выдавить. — Ты сводишь меня с ума. Так что вызывать смущение — это еще благородно с моей стороны. — Ладони скользнули с моей спины и стали медленно спускаться по бокам к бедрам, задевая кружевную ткань последней частички одежды, что еще оставалась на мне. — Гукки я… — Тшш. — Остановил меня он, продолжая стягивать ткань вниз, пока она не упала у моих ног. А затем влажный поцелуй опалил кожу чуть ниже поясницы, срывая с моих губ тихий стон. Чонгук стоял на коленях за моей спиной, покрывая поцелуями поясницу и бедра. Меня начинало слегка штормить от поднимающегося волнами возбуждения вперемешку с невероятным смущением. Затем меня развернули уже к себе лицом не переставая осыпать теперь уже живот такими же горячими и желанными прикосновениями губ. — Если ты не прекратишь, я у па ду. — Последнее слово мне пришлось выговаривать по слогам, так как одна из ладоней спустилась ниже живота и дыхание выходило рваными потоками перемешиваясь с тихими стонами. А дальше, я и правда чуть не рухнула на пол, так как оказалась прижата спиной к тем самым дверям, благо они были полу занавешены тяжелыми шторами и мой зад не был отморожен о холодное стекло. — Что ты… Но осознание того — «Что же он», мгновенно дошло до меня, как только одна нога была закинута на его плечо и крепко удерживалась за бедро рукой, а нетерпеливые губы стали прокладывать дорожку из поцелуев к основанию того самого бедра, где уже хозяйничала вторая, свободная, его ладонь. Всхлипнув от переизбытка ощущений, я ухватилась за его макушку утопая пальцами в густых волосах. Получать ласки в таком мягко говоря откровенном положении было для меня верхом смущения. Но в то же время остановить или как то помешать происходящему, не было никакого желания. — Какая же ты потрясающая. — Бормотал мой искуситель в промежутках между поцелуями. — Совершенно потрясающая. Такая сладкая. — Ахм… Что ты творишь… Я сейчас сгорю от стыда… — Я и в правду почти сгорала. Только вот от чего именно, от стыда или от желания? Думаю от всего сразу, нет я точно в этом была уверенна. Волны наслаждения подкидывали меня словно на американских горках. Жар поднимался от кончиков пальцев и стягивался внизу живота, пульсируя и заставляя почти неметь мои конечности. Стоны вырывающиеся из моего горла грозили каждый раз сорваться в крик. — Тише малыш, ты должна быть хорошей девочкой. У нас за стеною целое семейство. Будет неловко если ты помешаешь им отдыхать. Чтоб вы понимали, всё это он говорил не переставая ласкать меня ни на секунду. Одной рукой я хвасталась то за его волосы то за плечи, вторую же не отнимала от рта. Искусав её почти до синяков, я старалась зажимать ладонью рот когда сдерживать стоны было совершенно невозможно. — Я… Я не могу больше… Гукки… Пожалуйста, я… Оооо… Аамммм… — Мое тело прошило волною наслаждения и я и правда рухнула в его руки, медленно стекая по поверхности занавешенной балконной двери. — Моя хорошая. Моя любимая девочка. — Он поднял меня на руки и отнес в кровать. Уложив на мягкие простыни предварительно откинув в сторону одеяло, он не отрывая от меня взгляда стал снимать с себя рубашку и брюки. Разморенная недавним оргазмом я не могла пошевелиться, и лишь смотрела так же не отрывая взгляда на то как он освобождает себя от одежды. — Я боюсь что не смогу сдерживать себя. — Прошептала я, когда он стянув с себя нижнее белье двинулся ко мне. — Ты должен позаботиться об этом. Потому что я не смогу. — Я всё сделаю, доверься мне. — Разведя широко мои ноги, он притянув меня к себе за бёдра, плотно прижался почти вминая в себя и переплел свои пальцы с моими у изголовья кровати. — Ты доверяешь мне? — Больше всего на свете. — На выдохе произнесла я. А потом мой крик потерялся в почти безумном поцелуе, после первого сильного толчка в меня. Мои губы освобождали лишь в те моменты, когда движения становились плавными, тягуче медленными, в эти моменты мои стоны перемешиваясь с его, были почти не слышны. Руки освобождались, позволяя ласкать широкую раскалённую до красна спину. Тело переставало дрожать от постоянного напряжения и почти полностью расслаблялось. Но в какой-то момент, мой взгляд ловил его, предупреждающий, и я вновь оказывалась сжатой в тисках его сильных рук, а мои крики тонули в глубине его рта. — Пожалуйста… Я… Я больше не могу… — Хрепела я совершенно лишенная каких либо сил. — Я так люблю тебя… Я так тебя люблю… — Тогда я больше не останавливаюсь, я и сам уже еле сдерживаюсь. — После чего ритм толчков в меня стал почти безумным, заставляя захлёбываться в собственных стонах, захваченных его губами. Наши тела подрагивали мелкими судорогами, причем оба это чувствовали, так как Чон ещё не вышел из меня. Я лежала придавленная его слегка дрожащим от напряжения телом и пыталась вернуться в реальность. — Сумасшедший. — Нежно пробормотала я куда-то в его макушку, так как он кажется и не планировал слезать с меня. Негромко хмыкнув, он приподнял бедра освобождая меня от себя и скатился на бок увлекая за собою и укладывая теперь уже на свою грудь меня. — Не возражаю сойти с ума от любви к тебе. — Снова усмехнулся Гук, тихонечко поглаживая одной рукою мою спину. — Завтра сам будешь оправдываться перед соседями, если они что то слышали. — Я слегка хлопнула сжатой в кулачок ладошкой по его груди. — Не думаю. Ты себя хорошо вела сегодня. Наврятли мы их потревожили. К тому же, меня предупредили, сегодня не приставать к тебе. Как бы я посмел? — Довольная улыбка так и сочилась с каждой произнесенной им буквы. — Вот именно! Бессовестный лгун и наглый пофигист. — Фыркнула я привставая на одном локте и смотря на него как я надеялась с укором. — А кто еще я? — Он без стыда отвечал на мой взгляд, понимая что в эти гляделки я точно проиграю. — Ты моя жизнь. — Пробормотала я спустя минуту молчаливых переглядываний. — Чон Чонгук, ты моё всё. Ты хоть понимаешь это? — Это лучшее что я когда либо слышал. — Он протянул руку и погладил меня тыльной стороной ладони о щеку, дав мне самой обхватить её и так же нежно прижаться оставляя легкие поцелуи на каждом пальце. — Потому что ты лучшее, что когда либо случалось в моей жизни. Мой самый ужасный босс на свете, стал моим самым любимым человеком на земле. Все же твой чудовищный метод сработал. Правда говорят, от любви до ненависти и наоборот, один шаг. — Или один поцелуй. — На этой фразе мы оба расплылись в улыбке и обхватив мое лицо руками он притянул меня к себе запечатав поцелуем мои губы. Засыпая у Чонгука под боком я думала, что уже завтра или послезавтра мы вернемся в Корею. Этот наш крохотный мирок, только для двоих, исчезнет, лопнет как мыльный пузырь и придется столкнуться со всеми последствиями таких неожиданных для всех отношений. Все те проблемы от которых мы сбежали на время, МинНа, родители, поклонники, перед всеми нужно будет держать ответ. И если в Чонгуке я была уверенна, то в своих силах, сомневалась. Как было бы здорово, остаться здесь навсегда. Только он и я, без проблем и тревог. Но там наш дом, там наша жизнь. Пусть она и не идеальная, где-то даже сумасшедшая, но она наша. И если когда-нибудь, кто-нибудь, из них спросит меня — «С чего вдруг ты решила, что можешь быть рядом с ним?» Я отвечу — " Так разве может жить человек без души? Так как я могу быть где-то еще, когда моя душа принадлежит моему ужасному и любимому боссу?» Пусть у него не самые лучшие методы перевоспитания, но кажется со мною только они и сработали бы. Так что уже проваливаясь в сон я хорошо для себя понимала, что если уж он не дал мне замерзнуть в том забытым богом лесу, то я не дам ему повода когда бы то ни было, даже на секунду, усомниться в моих чувствах. — Люблю тебя Чонгука… — За секунду до объятий сна. — Люблю тебя малышка… — Тихий шепот в ответ.