Он и его Волк

             Сначала Стайлз нежился в постельке, постоянно поглаживая довольно сопящего Дерека. Он наглаживал его морду, дёргал ушки, особенно выходило забавно, когда начинал тянуть за усы, и Дерек, тихо ворча, начинал причмокивать, потешно высовывая язык. И так он продолжал до тех пор, пока волк не чихнул от всей души, забрызгав наглого человечишку слюнями и соплями. Смотреть, как тот отплевывается и вытирается, а потом, сделав вид, что рассердился, сводит брови к переносице и грозит пальцем – вот это было действительно весело! Кусь за этот палец, да так, чтобы совсем откусь.       Потом они просто боролись. Дерек усиленно топтался по Стайлзу, пытаясь его раздавить, а тот – нет чтобы умолять о пощаде, ржёт как припадочный, да пытается за шерсть дёргать. Особенно доставалось хвосту, которым волк махал, как метёлкой. В частности, ему это нравилось делать, когда он жопой поворачивался к лицу Стайлза. Добесились до того, что Стайлз нечаянно ущипнул его за яичко. Дерек так взвизгнул от неожиданной боли в столь нежном месте, что брякнулся на кровать и с выпученными глазами лежать и остался. Стайлз ещё полдня потом перед ним козликом прыгал, вымаливая прощение и кормя самым вкусным мясом. Всё равно не простил…       — Хватит на меня сердиться! — Стайлз, погладив волка по голове, смачно чмокнул в нос. — Я же это не со зла. Ты почему такой вредный?       Дерек на слове «вредный» поднял голову и зло зарычал.       — Не, конечно, если бы меня туда ущипнули, я бы тоже обиделся, — Стайлз задумчиво почесал макушку. — Но недолго! — он потрепал морду волка, потом, подскочив, сцапал его за лапы и, кряхтя точно старик, потянул на себя в попытках сдвинуть с места, а впоследствии – и с кровати. — Ну и тяжёлый же ты, — пропыхтел Стайлз, обессилено опускаясь на край кровати.       А Дерек, поняв, что его больше никуда не тянут, широко зевнул и, не переворачиваясь со спины, потянулся, немного растопырив пальцы на лапах. А потом с блаженным выражением морды расслабился, да так и остался лежать кверху пузой.       Внимательно уставившись на живот волка, Стайлз протянул руку и пальцем потыкал его по всей длине. Волк, тихо ворча, пошевелился и собрал лапы, отчего выглядеть стал в разы потешнее. Лежит себе такой на спине, уши к кровати прижались, головой вертит, глазами хлопает, хвостиком стучит. А самое весёлое – как он подобрал передние лапки, чуть прижав их к груди и положив левую лапу поверх правой. А задние немного раздвинулись, когда он подрасслабился, и были как-то по-кошачьи поджаты. Стайлз смотрел на это «безобразие», смотрел, да как начнёт ржать. А Дереку в очередной раз была не понятна причина его дикого хохота.       — Ой… — прохныкал Стайлз, вытирая слёзы. — Что ж ты со мной делаешь?!       Дерек озадаченно повернул голову, не понимая абсолютно ничего.       А Стайлз, отсмеявшись, присел на колени и, взявшись за лапы волка, несильно потянул на себя. Дерек подумал, что тот опять собрался попытаться скинуть его с кровати, но ошибся. Стайлз с детским любопытством уставился на подушечки на лапах, тыкая в них пальцами и массируя. Мягкая плоть оказалась грубовата. И не только «пяточка», но и кожа на пальцах. Что, в принципе, логично.       Стайлз тихо хохотнул и начал перебирать двумя руками пальцы на одной лапе. Он то давил на них, отчего мощные тёмные когти выдвигались чуть дальше. То растягивал их в разные стороны, смотря, как натягивается их шкурка. И делал это до тех пор, пока Дерек не начинал недовольно ворчать из-за появившихся неприятных ощущений.       Баловался так Стайлз, баловался, да как ткнётся носом в место между «пяточкой» и пальцами – и давай опять хохотать. Дерек на всё это смотрел большими глазами и со смешанными чувствами. Отвращения это не вызывало, хотя была толика раздражения, что с ним играются, как с куколкой. Но было в этом что-то невинное.       — Погоди-ка, — Стайлз взобрался на кровать, а после и уселся на Дерека. Прижав свои ладони к передним лапам волка, с интересом посмотрел, сколько места они занимают. — Большие, — констатировал Стайлз под тихий скулёж Дерека.