Имя, которое не вспомнить

отец!Стивен Стрэндж | Марвел Мучительные кошмары будущего не отпускают меня. Здесь мой отец. Его любимое лицо искажено от ран и боли. — Донна, — шепчет… Он почти никогда не называл меня вторым именем. Просто [имя]. Его [имя]. И только когда в голосе не слышалось радости, в глазах темнела злость, раздражение или, как в этом сне, бессилие. — Донна, — повторяет отец — я ничего не смог поделать. Хотел бы, но не смог. Моя девочка — для тебя это будет ужасно тяжело. И станет еще тяжелее. Но ты должна быть сильной. Постарайся. Скоро все станет как прежде. Он улыбался и казался сейчас такими реальными, осязаемыми, что можно протянуть руки! Но стал таять, а потом совсем исчез.

***

Я вовсе не собирался заводить детей. Когда узнал, что моя интрижка с ночных смен в больнице беременна, первые чувства — оторопь и паника — быстро сменились расчётливостью. Разумеется, мы могли всё уладить. Женщина, попавшая в такое положение, сама предложила аборт. Ребенок в начале карьеры — непозволительная роскошь для мужчины, не обремененного желанием родительской ответственности. Но я боялся. Боялся того, как вытравливающий и нежеланный плод будет преследовать меня в воспоминаниях всю жизнь.

***

— Не учи меня жить! — сквозь зубы процедила ты. Вырываться ты не пыталась. Где-то в коридоре раздался щелчок. Любопытная соседка опять решила посмотреть, чем закончится ссора отца и дочери. Вырвешься и побежишь из квартиры — так скажет своё слово тебе вслед. Отца всегда беспокоили твои дела, ему было не всё равно, что носишь, ешь и с кем дружишь. И хуже этого — именно он должен всё за тебя решать… Всё твоё будущее принадлежит ему. Но ты не всем делишься с отцом. Ты не говоришь ему, например, ничего о своих планах на выходные с парнем, который тебе нравится или, как после окончания школы вы собираетесь отправиться в путешествие по пустошам Америки, потому что отец всё равно не имеет ни малейшего представления о том, что тебе нравится и чего хочешь. Ты будешь счастлива со своим парнем, только вы вдвоём. — Прекрати! Я содержу тебя, пока ты не станешь старше. Похоже, ты совершенно этого не ценишь. Пока ты здесь — твоя жизнь принадлежит мне! Но вот одно неверное слово, одна крохотная оплошность — и всё заканчивается, не начавшись: — Тогда не нужно было мне её давать! Сердце на секунду екнуло от страха — чистого детского страха. Потом вновь нахлынула ярость, и сказанные плохие слова просто забылись. Рука отца на твоём запястье ослабевает. Ты отпрыгиваешь назад и выбегаешь из квартиры на улицу, где уже давно тебя ждут.

***

Я вспомнил Донну. Она и я всё ещё глупые подростки. Брат и сестра, которые и дня не могут без пустых ссор и шуточных драк. Прежде чем Донна заговорила, я сполз с неё и задумчиво уставился на потолок. Сейчас жизнь с сестрой кажется такой беззаботной, но Донна неожиданно переводит вечер к серьёзным темам: наше будущее, брак, семья и дети. Почему-то она уверена, что я буду первым у кого родится ребенок. Я всегда смеялся, когда слышал о том, как прекрасны будут мои новорожденный дети, но сестра была права, [имя]-Донна Стрэндж действительно оказалась красивой малышкой. И имя я выбрал подходящее. У моей дочери были такие же глаза, как и у Донны, её любопытство, упрямство…

***

— [имя], почему бы тебе не навестить Стивена? Ты почти подпрыгиваешь на стуле, сидя в комнате ожидания, когда к тебе подошла Палмер. Ты уже не первый день приходишь в клинику, но так и ни разу не зашла к отцу в палату. Ты насупилась. Тебе никогда не нравилось, что она когда-то была близка с отцом. Неприкрытая ревность — твой худший опыт, который ты когда-либо испытала. Было мерзко вращаться вокруг отца, когда эта женщина была рядом с ним. — Мы поссорились почти перед тем как он… — выдержав некоторую паузу, желая дать понять бывшей подружке, что ты ей до сих пор не рада. — Мы вообще всегда ссоримся. — Ему нужна твоя поддержка. Ты думаешь, он бы тоже тебя так оставил?

***

— Донна, прошу, поверь мне. Ты шумно выдохнула, и глаза недобро сузились. Волшебник, серьёзно? Хотя… очень может быть. Да, таинственная новая профессия очень похожа на правду, особенно сейчас, когда по Земле ходят боги из легенд. — Я тебя всё равно ненавижу, — произнесла ты устало после внутреннего спора с собой, но примирительно прислонилась к отцовскому плечу — ты исчез неизвестно куда и оставил меня совершенно одну! Стрэндж заключил тебя в ответные объятья. Вот теперь его заслуженно ругают. Ему, конечно, есть чем оправдаться, но он и так сделал худшее — пропал где-то в Гималаях, оставив дочь представлять самые страшные события. — Ладно, хватит нежностей. — Магический вихрь окружил вас. — Нужно поскорее доставить тебя в безопасное место.

***

— Хорошо. Я могу привыкнуть к такой жизни. «Башня волшебника», как ты назвала прибежище магов, буквально горела изнутри мистической энергией. Всё в доме выглядело чистым и опрятным, а по щелчку пальцев можно было буквально разом получить желаемое. — Только ничего тут, даже если «неровно лежит», не трогай! Озираясь вокруг, ты подумала: почти как в крутой истории про современных волшебников… и ещё похоже на репродукцию из фантастической книги. Только здесь лучше, гораздо лучше. Твоё изумление быстро сменилось радостью. Руки так и чесались пощупать и изучить все двери. — Донна! Сурово сдвинув брови, отец посмотрел на тебя в упор, когда ты решила проверить, что лежит внутри вазы. — Что? Ладно-ладно тебе, папа… Я стою на месте и не двигаюсь, поняла. Что же, восхитительно как смена профессии меняет отношения в семье, а может, она просто дала толчок к тому, что у вас и так уже было?

***

— Просто роди ребенка. Обо всём остальном я позабочусь сам. Женщина, позволившая тебе родиться, не сразу поверила в то, что услышала. Она не хотела тебя и ждала, что Стивен будет согласен с её решением на аборт, а он захотел принести в мир дитя. И Стрэндж действительно собирался устроить тебе достойную жизнь. Матери же не придётся тревожиться о твоей жизни. Он в точности спланировал сделать это сам, не обременяя себя и без того никому не нужными супружескими заботами. И потом случилось нечто… нечто волшебное. Ты трепетала на его руках, тянулась, била ножками. Ты только его дочь, думал Стивен с гордостью. Самый лучший ребёнок на свете. Достойный большего и даже выше этого. Впервые за столько лет после смерти сестры и матери Стрэндж познал истинную любовь к кому-то, кроме себя и своего эго. Ты — лучшее, что он когда-либо делал, нуждалась в нём и Стивен преисполнился решимости защищать тебя, чего бы это ему ни стоило.