Дух свободы

      Джон Сноу не спеша шел по оживленной улице, проталкиваясь сквозь людей, спешащих по своим делам, и радовался тому, что вновь оказался на суше. Несмотря на то, что морское путешествие ему понравилось, он был рад, что оно наконец-то закончилось. После того, как «Утренняя Звезда» зашла в порт Волантиса, Джон решил, что с него хватит качки, ураганов, соленого ветра и простирающегося до самого горизонта моря.       Капитан Картис предлагал остаться у него в качестве первого помощника, так как Джон оказался умным малым и все быстро схватывал, но тот понял, что море — это не его стихия и скучал по суше. Немного поворчав, капитан протянул Джону мешочек с монетами и пояснил удивленному юноше: — Ты честно отработал свое прибывание на моем корабле. Одни только перерисованные карты чего стоят. Жаль терять такого помощника, крайне жаль, но что поделаешь? Удачи тебе, Джон. Он крепко обнял юношу и, резко развернувшись, направился отдавать распоряжения команде. Джон же, в последний раз бросив взгляд на «Утреннюю Звезду», поудобнее перехватил мешок с вещами и направился в город поискать жилье.

***

      Волантис оказался самым большим городом, который Джон видел в жизни. Хотя, сказать по правде, он мало где бывал до недавнего времени. Тем не менее Волантис впечатлил северянина до глубины души. Знаменитый Длинный мост, соединявший две части города, раскинувшиеся на берегах Ройны, крупнейший в мире и способный, согласно слухам, выдержать вес тысячи слонов. Грандиозные Чёрные стены, за которыми жили самые влиятельные жители города, и куда чужеземцы не могли попасть без их разрешения. Эти стены были такими широкими, что по ним спокойно могла проехать колесница, запряженная четверкой лошадей. И конечно же — самый крупный в мире храм Р’глора, который было видно из любой точки города.       Раньше, мальчишкой, они с Роббом мечтали, что когда станут взрослыми, непременно побывают в разных странах. Увидят Браавосского Титана и итийских жрецов, дворцы и храмы, и даже доберутся до Края Теней и увидят живых драконов. Теперь же, когда Джон мог направляться куда угодно, он хотел лишь одного — вернуться домой. Но дома у него больше не было. Как не было отца, братьев и сестер, а все, что напоминало молодому человеку о его прошлой жизни, это меч с рукоятью в виде головы лютоволка, который подарил ему отец перед тем, как отправился на юг. Эддард Старк искренне верил в то, что его леди-жена позаботится о ненавистном ей бастарде. Джон усмехнулся про себя, сворачивая в узкий проулок. Отец всегда верил в людей.       В портовой таверне «Жирный Том» находилось столько народа, что казалось тут собрался весь город. С трудом протиснувшись через плотный человеческий поток, Джон устроился в самом углу, возле узкого окна. Обшарпанный стол, за который он присел, был завален объедками, но он, не церемонясь, смахнул их прямо на пол и поискал глазами девицу, разносившую вино в здоровенных кружках.       Шум в помещении стоял ужасный и Джону казалось, что он попал в пчелиный улей. Сделав заказ — кружка вина, мясо и хлеб — северянин принялся смотреть по сторонам со скучающим видом. В помещении кого только не было! Моряки с разных стран, жители города, шлюхи и разный сброд. Говорили тут на разных языках, большую часть из которых Джон не понимал. Тем не менее, он провел достаточно времени на «Утренней Звезде» и услыхав валирийскую речь, прислушался. — Говорят, у этой шлюхи три дракона, — говорил какой-то оборвыш, обгладывая кость и воровато поглядывая по сторонам. — Экий ты шутник, Хортас, — усмехнулся второй. Этот выглядел поприличнее, но жизнь, судя по всему, и его помотала. — Скажешь тоже! Драконы. Ты поди их спутал с Гискарской Гарпией. В тех краях они на каждом шагу. Ты, видать, надрался и с пьяного глазу тебе и привиделись драконы. — Говорю тебе, драконы, — разозлился Хортас, откидывая в сторону кость. — Сам я их не видел, но об этом говорят все в Заливе Работорговцев. — Да откуда же им взяться? — поинтересовался третий человек, облаченный в дорогой желтый токар, с виду напоминающий зажиточного купца. На фоне двух своих собеседников казалось совершенно непонятным, что его с ними связывает. Он, не торопясь, попивал вино и уже порядком осоловел. — Те, что когда-то имелись у валирийцев, давно передохли. Я слыхал, что в Крае Теней все еще есть драконьи яйца, но кто же в своем уме туда отправится? Джон уже собирался отвернуться, так как трактирная девица поставила на его стол тарелки с едой и кружку с вином, но внезапно услышал нечто, что его заинтересовало. — Я слышал, что эта девка — дочь драконьего короля из-за Узкого моря, — заявил Хортас, потянувшись к очередному куску мяса. — Уж не об Эйрисе ли ты талдычишь? — спросил тот, что бы в желтом токаре. — Почем же я знаю, как его звали, Ярош? — пожал плечами Хортас. — Но у этой девчонки сиреневые глаза и серебристые волосы. Ее называют Дейнерис Бурерожденной. Откуда у нее драконы, никто сказать не может, хотя слухи ходят разные. Одно известно точно — она вместе с дотракийскими дикарями помогла Безупречным свергнуть господ и освободить рабов в Заливе, и теперь сидит в Великой Пирамиде Миэрина. Городом же правит совет, в который входят бывшие рабы. Экая штука! Господа и рабы поменялись местами. Произнеся это, Хортас разразился громким смехом, обнажив желтые, кривые зубы.       Дальше Джон уже не слышал. Внезапно в таверне завязалась драка и все умолкли, глядя на двух вцепившихся друг в друга шлюх, не поделивших очередного клиента.       Закончив трапезу, Джон подумал вернуться в свою комнатку, которую он снял у местного пекаря, но услышанный в трактире разговор не шел у него из головы. Еще в Вестеросе он слышал про дочку Безумного короля, которую спас некий рыцарь и увез ее и брата в Эссос. Отпив из кружки еще вина, Джон внезапно понял, что должен делать. Оставалось надеяться, что «Утренняя Звезда» еще не покинула город.