заходи не бойся

— Залазь, круто же! — Зовет его Гало. Лио обходит его ганмен кругом, опасливо косится на лезвия очков. Гуррен — лучшая меха в мире. Лио, кажется, так не думает. Вообще Гало его понимает. Лио всю жизнь прожил под землей, и теперь солнце слепит его кроличьи глаза и кусает кончик носа, и он щурится, осматривая Гуррена, дотрагивается до панелей и сразу же отскакивает. Забавный такой. Мать Гало тоже родилась в Ритоне. — И чего этот твой Гуррен. Безопасно хоть? — Робко тянет Лио, подступая по шажочку. Гало хочет шуткануть, типа, а кто сказал, что безопасно равно хорошо, но сдерживается. Лио всегда делает вид, что не жалует его тупые шутки, а сам угорает втихаря. — Очень. Залазь давай. Ему охота заржать от изумления на симпатяжном личике его, охота тискать его и няшить, пока не надоест, а ему не может надоесть, потому что это Лио Фотиа из Ритоны, и Гало он страшно нравится. И Лио все ж поднимается к нему в кабину. Тут-то ловушка и схлапывается. — Ты где вообще ганмена взял? — Батя дал погонять. Нравится? Лио мельком бросает взгляд по иконкам на экране, тыкает зачем-то в значок спирали и под шумок мостится к Гало на колени. Места предостаточно, но Гало просекает фишку. Руки его по локоть смыкаются у Лио на талии. — Давай поцелуемся. — Пфф, прям тут, что ли? Лио упрямится, но глазами блестит, сам обнимает его за шею. Боковая панелька Гуррена моргает рассинхроном. Гало решает не напоминать, что сожрал бы его и прям тут, и там, и вообще где угодно. Так-то его гениальный план сводился в одно — заманить его в Гуррена пососаться, но моментом надо пользоваться, раз уж сегодня особенно везет. Гало даже успевает урвать пару поцелуев в шею, ведет носом под ухо ему, чтоб задрожал и заерзал. Лио снимает сережки, а то цепляются. — И потрогать дашь? — Как попросишь. — Ну Лио. — Ну ок. Где-то на периферии улетевшего в пах мозга Гало гадает, обжимались ли батя с мамкой вот так в кабине или ж сразу поженились и стали обалденно взрослые. Интуиция подсказывает ему, что ничего подобного. Дядя порой хохмит, что его и зачали в Гуррене. Он думает о том, что тоже хочет жениться на Лио, пока расстегивает его финтифлюшный блузончик и пряжки на брюках. Ну, Гало из Джиха, Лио из Ритоны, все как надо, все как у его родителей. Лио наверняка откажется, а то и пошлет его. Может, как-нибудь потом оттает и согласится. Гало сворачивает мыслительную деятельность, стоит Лио скользнуть языком в рот ему. — Доставай бур. — А? Он фыркает раздраженно, типа Гало совсем дурак, элементарного не понимает. Когда до него доходит, что речь не про ключ, он пропускает хиханьку. Лио спускается на пол, расчехляет его с таким торжественным выражением, будто он хрустальный и от нечаянного движения развалится на части, и все не так, потому что это его самого надо целовать и держать подальше от прямых солнечных лучей. Гало задерживает дыхание. Убирает волосы с лица его. — Можно? — Нужно. Ничего подобного Гало от него не ожидал, но не встревает в его внутренний конфликт. Он тоже нравится Лио, видно же, но вот прям все эти приятные вещи означают невербально признаться, а Лио скорее вернется обратно под землю, нежели скажет «я тебя люблю». Это куда сложнее, Гало чует. Лио закрывает глаза и приземляет губы на член ему. — Ты хоть рот открой. — Заткнись. Конечно, Лио во всем должен быть лучшим, даже если делает первый раз и жутко нервничает по этому поводу. Гало не торопит его и вообще старается не шевелиться, так только, дергается пару раз, когда он добирает до горла. Как будто душу собрался высосать. От смущения Гало все наглаживает его светлый затылок. Пару раз Лио давится и кашляет, но вошел во вкус, не отобрать, аж сам постанывает, ласкает себя. Гало еще недолго любуется его сосредоточенной моськой и рывком поднимает его к себе. По подбородку у него тянется слюна. — Норм? — Мхм. Залазь давай. Настает черед Лио тупить. Он неловко поворачивается, не вкурив панча, ищет, куда тут вообще еще можно залезть, а потом до него докатывается, и он краснеет так густо, аж пятна идут. И у самого палатка в штанах. Гало сдергивает их вместе с бельем. — Да как мы тут будем? — Легко. Гало говорит одно и хорохорится, а так-то безнадежный девственник и под любовные дела Гуррен не переиначивал. Пожары в нем можно тушить, но на поверхности пока не так много построек, чтоб было что тушить. А вот Лио дико стесняется враскоряку. Гало садит его так, чтоб и тянуть, и гладить было одинаково удобно. — Скажи, если больно станет. — Ты за кого меня держишь. Он улыбается слабо, Гало видит отражение его на панели, и прикрывает лицо предплечьем со стыда, и вообще-то это батина коронная фраза, и реально в тему, и с такого остроумия Гало тоже поржал бы и погордился бы милым, да только плохая затея хохотать, пока растягиваешь этого самого милого под себя. Они уже сто раз так баловались, но вот прям учинить секс в Гуррене Гало б точно сам не додумался. Батя точно башку ему оторвет, если узнает. Ему даже удается вставить без особых усилий. Лио пыхтит на нем и все норовит подмахнуть, шибко резвый, горячая голова, и Гало натурально приходится сдерживать сперва его, потом себя, чтоб не схватить его за волосы и не задолбить до криков. Помаленьку Лио привыкает к тесноте. Зато не в обиде. Белые локти его упираются аккурат в рамку экрана. — Дай… дай я сам. — Уверен? — Хочу сам. Гало отпускает его и восхищенно роняет чавку — видок потрясающий. Лио держится за крышку люка в Лаганн и двигается на нем сам, сплошное изящество, худенький, податливый, вьется лозой и тоненько стонет. Это больно, дураку ясно. А Гало дурак. Гало жмет его к себе за бедра и все-таки срывается в долбеж. Звук резонирует в кабине, возвращается прям в уши. Лио зажимает член в кулак, чтоб по животу не шлепал. — Я уже скоро. — Давай в меня. Ну, Гало не в силах отказать. Лио бессовестно разводит ноги под ним, трогает себя, закусив щеку, и вместо сияющих глаз его — сплошные провалы зрачков, и в кабине пар от их мокрых тел и места уже не так много, и Гало кидает на него особенно мощным спазмом. Лио вскрикивает, крепко обхватывает его, чтоб до конца принять. В процессе они так сильно наваливаются друг на друга, что почти опрокидывают Гуррен. — Ты рил в меня кончил? — А что, не чуешь? Лио цокает, заводит челку его за уши, а то мешается. Гало еще немного толкается в него, чтоб проняло, так сказать, размазывает жижу глубже. Что больно было, Лио тоже не признается. Кое-как они возвращают Гуррен в вертикальное положение. Наступает такая идиллия, что даже пофиг, что сказать нечего. Гало б спел ему что-нибудь про любовь до гроба, но как-то несподручно голой жопой в кресле с таким же голым телом на руках. Лио уютно возится на груди его и затихает. Из него на обивку медленно вытекает семя. Ясное дело, их палят. Гало должен был ожидать, собирался по-тихому все прибрать и вернуть Лио домой, но к такому его жизнь точно не готовила. Кто-то громко стучит по панелям снаружи. — Верни Гуррена, пиздюк! Сердце у него в пятки уходит, хотя вот только что полностью принадлежало Лио и планировало сообразить с ним второй заход. Он спешно поворачивает ключ, прикрывает Лио срам и кое-как напяливает штаны. Дела плохи. — Это кто? — Пугается Лио. Стук повторяется с пущей настырностью. — Батя. Бежим. Держись за меня. Лио держится, пока они удирают по пустыне, хоть его и болтает нещадно и нога в штанину никак не попадает. Лио тоже смеется.