Убийцей может быть кто угодно

Конец января выдался ещё более холодным, чем предсказывали синоптики. Не смотря на это, у Лиссы появилось более шутливое настроение и в те редкие встречи в университете, она говорила о том, что Дмитрию впору поставить в своей квартире ещё одну кровать, потому что из-за сна на диване у него болит спина. -А я много раз говорила тебе, чтобы ты спокойно ложился на кровати, — возмущенно рассказывала я психиатру в его квартире, — после того, что между нами было — глупо спать на неудобном диване. Несмотря на это, Дмитрий был настроен более, чем скептически. Адриан как-то сказал, что Беликов, как мужчина, не сможет спокойно спать рядом, учитывая наше общее прошлое. И мы снова вернулись к тому, что я не помню, что было до катастрофы. Больше месяца назад я поняла, что у нас было какое-то общее прошлое, в котором по удивительной причине были и Сидни, и Адриан. Все те люди, с которыми я, как казалось, знакома совсем недавно, знали меня не первый год. «Волна убийств в Монтане стихла, больше недели не было найдено ни одного тела. Вероятно данная преступная группировка достигла своей цели, а может это просто затишье перед бурей. Так или иначе, наш канал выражает свои глубочайшие соболезнования семьям погибших. Полиция не приостанавливает расследование и продолжает работу с найденными ранее уликами. Напомним, что по собранным доказательствам правоохранительные органы могут утверждать, что убийц несколько. Убедительно просим вас продолжать соблюдать комендантский час и стараться не общаться с малознакомыми людьми. А теперь, о погоде. Аномальный холод…» Мои кошмары начали стихать и я решила тайком посмотреть новости, пока Дмитрий не видит. Убийств больше не было, но плохое предчувствие у меня было. Мужчина подошел к дивану, спрашивая про погоду. Я коротко пересказала ему прогнозы синоптиков, на что он кивнул, ставя передо мной какао и садясь на рядом, с предложением поговорить. -Ты отвезешь меня сегодня домой? — спросила я, — я не могу смотреть, как ты морщишься от боли в спине после сна на диване, а со мной по непонятной мне причине ты ложиться не хочешь. Мужчина скривился. Не от мысли о сне со мной, а о том, как ему отвечать на данный вопрос. От ответа его спас звонок в дверь, которую он сразу поспешил открыть. В квартиру ввалился Адриан, заметенный сугробом. Мужчина возмущался, что погода испортилась настолько, что он только дошел от машины до дома и на нем уже можно лепить снежную горку. Потом он заметил меня и быстро сократив расстояние, плюхнулся на диван, делая глоток какао Дмитрия. -То ли дело погода, когда в Монтану приезжал мистер Мазур, — произнес он, растягивая слова, как он любил это делать, что бы побесить меня лишний раз. День когда приехал отец я помню не очень отчетливо, ведь прошло довольно много времени. Помню жуткую слякоть и тарабанящий в окна дождь. Отец поселился в дорогом номере местного отеля и пригласил нас на ужин. Среди приглашенных, к моему удивлению, помимо меня и Дмитрия были и Адриан, и Крис, и Сидни, и Лисса. Друзей и знакомых я допустим понимаю, но что среди приглашенных делала Сейдж, учитывая то, что виделись мы с ней всего 3 раза, два из которых она говорила загадками посреди магазина. Мы выпили вина, о чем-то говорили, но в целом ужин можно было оценить, как «Один из многих». -А я люблю снег, — пожала плечами я, делая ещё один глоток какао с зефирками, — появляется рождественское настроение, хоть и после рождества. Зефир появился у Дмитрия в квартире с моим постепенным переездом к нему. Никто не мог назвать это иначе. У него уже была моя зубная щётка, несколько комплектов одежды и шампунь. Но самой необходимой вещью, переезд которой означал практически все, оказались кроссовки. Это была моя самая любимая пара и переезд меня с ней даже посреди зимы, когда в принципе они не очень нужны, заявлял о многом. -Чего ты трясешься так за них, им же уже столько лет, что удивительно, что они ещё не развалились, — возмущалась достаточно давно Лисса. Действительно, что я за них трясусь? Наверное потому, что это одна из немногих вещей, которая сохранилась у меня с времен до катастрофы. Меня не смущало даже то, что я совершенно не помнила, откуда они у меня появились. -Адриан, мы собирались смотреть передачу про пауков, а ты кажется не сильно их любишь, — улыбнулась я, смотря на парня, — думаю, что тебе стоит пойти домой. Он фыркнул на меня с вопросом «Это твоя месть за то, что было в университете?», на что я кивнула. Беликов, не понимающий, о чем речь бросил на меня недоумевающий взгляд и просто пошел открыть Адриану дверь, чтобы выпустить его. На вопрос, о чем речь, я попросила его принести ещё зефирок. Собственно вот и поговорили. Вопросы про мою учебу начали очень сильно надоедать, потому что на самом деле, ничего не менялось изо дня в день. Скучные пары, которые тянулись неимоверно долго. Всю основную информацию я успевала рассказать Дмитрию, когда он забирал меня на машине и увез к себе. Включив ту самую передачу, которую лучше не смотреть арахнофобам, мы расселись на диване. Я положила голову на плечо Дмитрия и казалось, что мы семейная пара, которая много лет живет вместе, но это было не так. Хотя про долгую жизнь вместе Дмитрий же рассказывал мне, но я считаю, что раз я не помню, то ничего и не было. Сомневаюсь, что мы были ближе, чем сейчас. Где-то на середине программы я уснула. Открыла глаза я в абсолютной темноте. Потом резко откуда-то появился свет и темнота, на которой я лежала зашевелилась. Перебирая маленькими ножками существа оставили меня на белоснежном полу, потом так же они очистили сверкающие белизной стены и зависли на потолке. Потом на тонких прозрачных ниточках по несколько штук стали спускаться вертикально вниз. Я хотела закрыться, но не могла пошевелиться, потому что была скована паутиной. Меня словно завернули в паутину и куда-то подняли. Я начала пытаться выбиваться и выкручиваться зажмурившись, но ничто не помогало. Тогда я резко открыла глаза и очутилась в спальне Дмитрия, который пытался уложить меня в кровать. На глазах от кошмара выступили слезы, которые он быстро стер подушечками пальцев. -Останься со мной, пожалуйста, — прошептала я, схватившись за его руку, пока мужчина не кивнул. Мы быстро переоделись в пижамы и он лег рядом на кровать, закрывая меня одеялом. Я прижалась к Дмитрию, удобно устраивая голову у него на груди. Он приобнял меня за спину и начал читать стихи на русском. Я их не понимала, но звучали они довольно странно. В попытках выловить хоть какие-то знакомые слова, я сама не заметила, как уснула. Проснулись мы в той же позе, что и заснули. Приподняв голову я думала, что Дмитрий уже проснулся, но он мирно спал и я решила его не будить. Все же ему надо было отоспаться на своей кровати, после неудобного дивана. Быстро почистив зубы и приняв душ я обнаружила, что парень уже проснулся и я застала его в моменте переодевания в спортивную форму. Он старался не пропускать тренировки и обычно вставал сильно раньше меня и успевал позаниматься в большом зале, но сегодня у меня была прекрасная возможность посмотреть на мужчину во время занятия. Удобно устроившись за барной стойкой я быстро заказала завтрак в доставке и изо всех сил делала вид, что занимаюсь, когда на самом деле смотрела на молчаливого мужчину, который делал упражнения посреди комнаты. Завтрак доставили через 30 минут. Я отправила Беликова в душ, а сама разложила все так, словно не было никакой доставки и вообще я самая хозяйственная хозяюшка дома. Он вышел, завернутый в одно полотенце. С волос капали капельки воды и стекали по рельефному торсу. -Мне кажется или ты меня провоцируешь? — с улыбкой сказала я, оглядывая парня. Впервые видела у него такое игривое настроение. Это был первый раз, когда мы спали вместе после ночи в Сиэтле. Я напрямую спросила его об этом, но искра в его глазах резко погасла. Я испугалась, что сделала что-то не так и хотела спросить об этом, но тут в его кабинете зазвонил телефон и он попросил меня принести его, пока сам пойдет переодеться, что бы не смущать меня. Зайдя в его кабинет, отделанный темным деревом, я направилась прямиком к рабочему месту. Не могла не отметить, что за все это время я впервые находилась в этой комнате. На рабочем столе стоял компьютер, несколько книг, календарь с отмеченными цветными крестиками днями, черный блокнот потрепанный многими годами видимо. Под ним лежал телефон, который я резким движением вынула. Учитывая мою неуклюжесть, блокнот перевернулся и открылся на одном из разворотов, где была вклеена фотография. На ней были изображены несколько человек: Дмитрий, Адриан, Сидни, мой отец и я. Мы стояли в ряд, улыбаясь с вытянутыми вперед скрещенными руками с растопыренными пальцами, что отбрасывали за наши спины тени нескольких пауков.