Все так не вовремя

Я буквально влетаю в приемную местной больницы. На меня удивленно оглядывается весь персонал. А молоденькая мед сестра не может понять моей просьбы, видимо, знает только французский. Я стараюсь перевести свой вопрос на английский, но у меня никогда не складывались отношения с иностранными языками, поэтому слова очень неохотно собираются в предложение. Мед сестра все равно отрицательно качает головой. Я от досады бью кулаком по стойке. И кажется один из охранников уже направляется в мою сторону, чтобы вывести слишком буйного посетителя. К моему огромному счастью, меня окликает знакомы голос. - Лео? Что ты здесь делаешь? - на меня озабоченно и немного испуганно смотрит Дибала. Что он тут забыл? Неужели эти сплетни из газет, про то, что они любовники - правда? Эта мысль почему-то заставляет сердце биться чаще, а к молодому аргентинцу в миг в душе появляется неприязнь. Мысли меня отвлекли от реальности, поэтому когда я вернулся из путешествия по своей голове, Пауло уже тряс меня и очень громко звал. - Да да, прости. Я тут. Что ты говоришь? - Я спросил, что ты тут делаешь? Может я могу чем-то помочь? - он на меня смотрит как на ребенок на супергероя и так искренне хочет помочь. - Ты приехал к Роналду? - я задаю единственный интересующий меня вопрос. Я очень надеюсь, что он остался здесь после премии, на которой я видел его в последний раз. Но что-то мне подсказывает, что это не так. - Ну, мы вместе прилетели в Париж. - Подожди, ты за пять дней прилетел сюда во второй раз, или остался с прошлой нашей встречи? - Мы с Криштиану прилетели за день до вручения. Я ничего не понимаю, но тут до меня доходит, что прилетел я сюда не для того, чтобы выяснить, в каких отношениях Крис и Дибала. - Так что с Крисом? - Пауло тоже вспоминает цель своего нахождения в клинике. - Ну, я проснулся утром, а его не было в его номере. Он ушел куда-то рано утром. А потом эти новости, и я приехал сюда. Мне отдали его вещи, а они все в крови. И вот, телефон. - он протягивает мне белый телефон. Он запаролен, но я решаю оставить его у себя. - А что говорят врачи? - Ему сделали операцию - У Пауло какой-то напряженный тон. Видимо он действительно любит. - Ну ничего, он же восстановится, правда? - я не ожидал, что подняв глаза, я наткнусь на такой напуганный взгляд. - Что? - У него что-то со спиной, врачи говорят, есть вероятность, что он не сможет ходить. После этих слов, что-то как-будто разбилось. Я прекрасно осознал, что это значит. Крис футболист, и это не просто его профессия, это - его жизнь, он живет футболом, а без ног, он получается потеряет смысл жизни? А вместе с этим, я осознал, что желание стать для него другом и опорой уже не где-то глубоко в подсознании, а вполне ощутимое желание. - Мы можем пройти в палату. - Дибала слегка дергает меня за рукав, вновь вырывая из мыслей. - Да, идем. Только нужно, наверное найти халат и бахилы. - к нам подходит мед сестра и услужливо протягивает все необходимое.

***

В палате очень тихо. Тишина даже какая-то гнетущая. И в этой тишине отчетливо слышно, как дышит Крис. - Врач говорит, что Криштиану еще не приходил в себя. - Пауло встревожен. А я в этот момент понял, что кроме нас двоих в больнице никто и не интересуется Роналду. Нет ни его девушки, ни семьи, ни его агента. - А почему к нему никто не приехал? - я решил все-таки уточнить это. - Ну, его мама была тут утром, сейчас в отеле вроде. С Джорджи они расстались месяца четыре назад. А Мендеш прилетит после того как Криштиану очнется. - Пауло явно ничего не хотел скрывать. - А это ты дал Крису мой личный номер? - после этого вопроса Аргентинец как-то виновато отвел взгляд. - Да. В комнате повисло молчание. Я все думал, зачем сюда прилетел. А Дибала что-то для себя решал. И вдруг, он снова заговорил: - Криштиану прилетел сюда со мной, чтобы посмотреть церемонию. Он сказал, что хочет снова почувствовать эту атмосферу. Но мне кажется, что он хотел увидеть, как тебе вручат награду. А после вручения, когда я предложил подойти и поздравить он отказался. Попросил просто дать твой номер, и куда-то ушел. - А почему ты называешь его Криштиану. - Я почти десять лет называю его Крис, и сейчас, когда он говорит полное имя, даже режет слух - Ну, он не разрешает называть его по-другому. Говорит, что Крис он только для самых близких. А Криш ему не нравится. Крис - только для самых близких. А меня он попросил не называть его полным именем в нашу почти первую встречу. Что-то не верится мне, что он это сделал просто из уважения. Надо будет спросить, когда мы сможем поговорить. Не успел я додумать эту мысль, как Крис начал что-то мычать, а потом открыл глаза. Он несколько секунд озирался, как испуганный воробушек, а потом с легкой улыбкой спросил: - Меня взяла в плен сборная Аргентины? - Я рассмеялся, а Пауло мило улыбнуся и пошел за врачем. Я смотрел на улыбку Криса и понимал, что когда придет врач и озвучит диагноз (или лучше называть это приговором), он в лучшем случае не будет улыбаться, а в худшем даже не могу представить...