Ты вспомнишь меня тогда, когда я буду вне зоны твоей досягаемости..возможно, что ответ "никогда". Он устроит обоих(нет)

      AU, в которой Питер теряет память после драки со стаей чужой, которую притащил Стайлз — Стайлз опаснее тебя, дядя, запомни это, Опаснее и безумнее, с напрочь отсутствующим инстинктом сохранения — и теперь не момент ничего из того, что у него связано с этим мальчишкой, а это на самом деле многое. Стайлз решает исчезнуть — он исчезает. Оставляет только после себя мертвую стаю, что приходила за ним, запах железа и аконита в городе, а также записку «приеду — объясню» Скотту.       Перед тем, как начать читать основной текст, ознакомьтесь с персонажами, ибо возможен дикий ООС (я не смотрела волчонка, простите) и я предупреждаю.       Стайлз подросток. У него напрочь отсутствует инстинкт самосохранения, страх и совесть. У него по карманам расфасован аддералл, не-большая зависимость от лекарства и ярко горящие сумасшествием глаза. У него IQ явно больше, чем у преподавателей вместе взятых, глубокие познания в самых немыслимых областях и красивые пальцы пианиста. Он каждое утро натягивает маску, потому что настоящим его любит и не боится только Питер и сарказм — не единственное его оружие.       Питер — волк. Оборотень, но волк вернее. Педантичный волчара, что после убийства обязательно оботрет нож о труп, хоть и предпочитает убивать клыками. Вечно в костюме, надменный взгляд и куча чертей за стеной презрения в глазах. Он хладнокровно убил свою любимую племянницу и был готов убить племянника, если бы не Стилински. Этот человек служил ему успокоительным — пока Стайлз закидывается очередной дозой аддералла, Питер закидывается очередной дозой Стайлза — и служил спусковым крючком для убийства.       Вроде все. Приступим к истории?

. . . . . . . .

      — Питер! — Стайлз кричал громко. Он пытался докричаться до родного волка. — Вервольф, чтоб тебя. Дыши! — он ударяет его по груди — Дыши, псина такая.       — Стайлз, успокойся! — Дерек стал оттаскивать Стилински от своего дяди.       Питер уже дышал.       В больнице они очутились непонятно как — Стайлз действительно не помнил дороги. Он лишь смутно, урывками помнил как Скотт сажал его в авто, как на его коленях очутилась голова Питера, как он держал за руку своего вервольфа и «давай же, псина, дыши. Даже не думай закрыть глаза». Питер сжимал в ответ его руку, мол «я дышу, я все еще тут, лапушка, не отделаешься». Его волк тыкался носом в бедро парня и скулил.       Из палаты его выводил Дерек.       — Уходи, Стайлз. Это из-за тебя. Проваливай       Стилински знал, что это из-за него. Это он виноват.       — Он очнулся, — вышел из палаты док.       Стайлз ворвался в палату раньше, чем ветеринар закончил предложение.       — Питер… — он наткнулся на непонимающий взгляд.       — Ты кто?..       Внутри Стайлза что-то разлетелось вдребезги в этот момент.       — Ошибся, — надтреснувшим голосом в тишине палаты глухо озвучил он.       Парень развернулся и ушел.       Дерек пообещал себе, что о нем они больше не вспомнят. Он запретит Стае делать что-либо, что будет напоминать о Стайлзе.       Стайлз исчез, как и обещал. Исчез неожиданно. Оставил как напоминание о себе только мертвую стаю, из-за которой и пострадал его Питер. Кровавый след тянулся в сторону Большого Яблока, но оборотни явно не поедут туда. Нельзя.

***

      Обратно в Бейкон-Хиллз его привел след через полгода. Банши, слегка сошедшая с ума и вырезающая стаи, приехала сюда, а Стилински за ней.       Пришлось опять вернуться в эту же школу. И в тот же класс. И-ирония. Судьба, черт бы ее побрал. Встречаться с Макколлом или кем еще из стаи не было желания никакого. Стайлз изменился, да — он научился контролировать свой СДВГ — аддералла больше в сутки, чем всегда (кто-то стал зависимым). А еще маски.       Скотт не узнал его по запаху — к запаху молока, печенья и лекарства прибавился легкий шлейф железа крови и пороха аконитовых пуль.       — Стайлз?       — Скотти, — сыграть себя до встречи со всем этим сверхъестественным дерьмом оказалось проще, чем думалось. В принципе он так и остался мальчиком, что прячется за сарказмом, только ко всему этому добавился и настоящий Стайлз. А вообще играть НЕ-себя было всегда проще. Он всегда был ужасным, и речь не о внешности. Он привык к маскам, ведь окружающие не сторонятся его. Настоящий Стайлз тот еще псих.       — Какими судьбами?       — Проездом, по делам, — и ведь не врет.       Скотт все еще помнил о запрете Дерека. Но.они все соскучились по нему. Даже Джексон. Они вспоминают о нем перед сном. Они еще не знают, что пострадали тогда от его рук, а Дерек не спешит их расстраивать — пусть Стилински останется для них чем-то светлым, он, как никак, был их Искрой.       — Приедешь на тренировку сегодня?       И голос такой.чуть жалостливый.       — Подбросишь? — посмотреть на лицо Дерека было тем еще искушением.       — Конечно.       Они поехали после уроков в лофт. Стайлз думал о том, не убьет ли его Дерек. Вспоминал о Лидии и размышлял о том, как она изменилась. Как они все изменились. О Питере он не думал принципиально — в бессознательном алкогольном состоянии явно не в счет.       Лофт Хейлов встретил тишиной. Первым вышел Скотт, а Стайлз пошел за ним.       — Мы немного опоздали, поэтому пошли сразу на задний двор.       Стая перестала работать. Она заинтересованно смотрела в ту сторону, откуда должен прийти Скотт — рядом с ним мучительно-знакомый запах. Такой родной, но все же немного чужой.       — Хэй, — помахал вместе со Скоттом Стайлз Стае.       — Мы договаривались, — набросился на Стилински подошедший Дерек.       Питер и Стая из-за его спины заинтересованно-недоуменно посматривали на Хейла-младшего.       — Можешь даже не скалится, хмуроволк, — в этот момент на лице Питера промелькнуло «я тебя знаю, но я не помню кто ты" выражение, — на меня это давно не работает, помнишь? А еще в данный момент я могу убить тебя ровно тридцатью двумя способами, но это другая история.       Теперь Питер выглядел заинтересованным.       — И вообще, Дерек, ты был не в праве отнимать чью-то жизнь. Ты же всегда был в курсе чем именно мы занимались с моим вервольфом, пока катались на «командировки». Ты был не в восторге, помню. Но это была наша с ним жизнь. <i>Мы были счастливы.</i>       — Тогда почему он вспомнил всех, кроме тебя?       — Потому что ты даже не пытался ему напомнить обо мне.       — А был ли смысл?       — Был, — вставил свою реплику неожиданно для все Питер. — Возможно, мой дорогой племянничек, — слова так и сочились сарказмом, — я был бы сейчас счастлив.       — Да уж, Дерек, — обратил его внимание на себя Стилински, — ты полное дерьмо.       Стайлз ушел к машине.       — Лапушка, куда же ты, — раздался за спиной голос Питера, — ты мне сейчас объяснять будешь где был эти полгода, что творил. Лапушка, сколько?       — Около ста, может меньше, я не считал.       — Почему тебя не было, Стайлз? — Питер внезапно обнимает того за талию, притягивая ближе к своей спине и терпко вдыхая запах своей пары.       — Мне запретил Дерек.       — Тебя это когда-то останавливало.       — Только в этот раз. Он прав, ты знаешь. Я действительно был виноват тогда. Очень сильно виноват. Я же не избавился от той стаи раньше, чем она вычислила. Та стая была моим заданием. Я не хотел тебе говорить об этом, иначе ты бы запретил. И, хоть я и редко слушаю кого-то, но тебя ослушаться не могу. Ты принял меня таким, какой я есть. Знаешь, даже мой отец спокойно выдохнул за пару секунд до смерти. Он боялся меня, как и боялся моей матери, когда узнал ее настоящую сущность.       — Стайлз.       — Я подверг тебя опасности. Как свою пару. Я не должен был. Я облажался, Питер.       — Стайлз, послушай меня. Все не так, как ты думаешь. Конечно бы я запретил тебе. Я просто не могу представить себе, что тебя больше не будет в моей жизни. Ты единственный, перед кем я настоящий. Я люблю тебя, Стайлз. Клянусь луной, своей жизнью и властью альфы, что впредь не забуду тебя, буду любить и оберегать. Отныне ты моя пара Стайлз. Навечно и навсегда.       -Навечно и навсегда…