suspense

сколько кукол безглазых, безногих я миру отдал — не просил для себя ни ответ, ни монет, ни оды, только б помнили, кто я, за стенами не_тюрьмы: куклы б всем рассказали, но были они немы. всем из них дал я имя, историю и картину: милой девочкой раньше была бы седая Тина, а теперь к её ручке навеки пришит кинжал; вот у Маргери нет ни защитника, ни ножа, потому-то бедняжка не видит ни свет, ни тени, и сама больше даже не девочка — привиденье, но, раз вышло, что эти для многих сплошная жуть, есть одна — этой куклой я больше всего горжусь. у неё есть и руки, и ноги, глаза на месте, косы светлые, алое платье, нательный крестик; я беру её в руки, баюкая, как дитя, и сжимаю так сильно, что ткани её хрустят. ничего не поделать, есть время скорбеть о мёртвых, я люблю её, я никогда с ней не буду чёрств, но — это круг, и, как прежде, не дрогнет моя рука: смерть её будет снова болезненна, но легка, смерть ей снова всю кожу иссушит, разрушит кости… будешь снова пытаться наведаться — как там? — в гости, посмотри сюда, милая, прежде, чем скрыться прочь: посмотри, как та кукла похожа на нашу дочь.