Сокровище Стража

      Соловей не пугается когда замечает оголённые клыки Сераны, но думает о том, что было глупо забывать о потребностях вампира. Она не питалась с момента её освобождения из саркофага, так что её алые глаза светящиеся в темноте не вызывали вопросов.       — Серана, ты в порядке?       Очевидно, что нет, прошло уже два дня, и Соловей не знает, стоит ли учитывать все те годы, что она провела в спячке.       Что за глупый вопрос.       Голос Стража звучит размыто. Серана пытается взять себя в руки, но у неё ничего не получается. Ладонь Соловья рефлекторно сжимается на рукояти меча в порыве отрубить чужую когтистую руку, что тянется к ней, но этого не происходит.       Когда она валит свою жертву на землю, то та не сопротивляется. Серана чувствует, как на её шею бережно ложится чужая ладонь, которая после легких поглаживаний перемещается на её щеку. Она удивляется, чуток отстраняется, видит понимающий взгляд.       Красная пелена, что застыла перед глазами, пропадает, разум снова чист, но с острых клыков всё так же капает слюна.       Серана думает о том, что ей стыдно, что она ведёт себя не как истинный, первородный вампир, а как животное. Она не успевает отстраниться, руки Стража, лежащие на её щеках, начинают медленно притягивать её к себе.       Она ожидает, что это просто утешительные объятия, но затем видит, как Соловей откидывает голову, открывая ей свою бледную идеальную шею. Серана бросает на Стража вопросительный и в то же время тревожный взгляд, получая в ответ спокойную улыбку.       Она не до конца уверена, что правильно всё поняла.       Она чувствует этот манящий аромат.       Она понимает, что даже сейчас ей движет лишь голод.       Она видит паутину синих вен на бледной коже, и это кажется ей невероятно красивым зрелищем.       Алая пелена снова застилает взор. Клыки с легкостью пробивают беззащитную кожу. Кровь кажется ей сладкой. Глаза невольно закатываются от удовольствия.       В голове Сераны крутится лишь одна мысль:       — Бесподобно.

***

      Мысли об отце не покидали голову ни на секунду. Серана понимала, что он не просто сумасшедший, в его руках немалая власть, и его неуместные желания вкупе с его безграничными амбициями не приведут ни к чему хорошему. Он еще тот тиран, и натуральный злодей даже по меркам вампиров.       Она давит в себе нервный смешок.       После того что произошло пару дней назад, она не уверена даже в своей адекватности. А что если бессмертие это не плюс? Вдруг она тоже будет становиться всё более безумной с каждым прожитым годом.       Серана бросает взгляд через плечо.       Видя то, как Соловей медленно разминает не особо подвижную шею, она вспоминает своё состояние в момент укуса. Кровавая дымка, окутывающий её разум, делает окружение туманным и не четким, адекватность проигрывает в борьбе с инстинктами и отдает управление второй.       Но шея. Эта белоснежная кожа, на которой не было ни единого изъяна. Её Серана запомнила надолго.

***

Харкон ловит Соловья налету.

Капли стекают по сырому кирпичу.

Он сдавливает ей шею так сильно, что хруст слышно даже отсюда.

Где-то сбоку, в пятнадцати метрах от бойни мирно пробегает крыса.

Харкон складывает пальцы вместе, образуя конус из когтей.

Ожившая горгулья безжалостно давит мирно бегущую крысу, параллельно отмахиваясь от молний Сераны.

Когти истинного лорда-вампира с легкостью пробивают плотную ткань соловьиного доспеха, оставляя в теле огромную дыру.

Лапа горгульи ложится на череп Сераны, и с легкостью давит её словно скорлупу.

***

      Серана подрывается с лежанки, и пытается отдышаться. Это был всего лишь сон, хорошо, но всё равно, слишком подробный, отчего по телу пробегает дрожь.       Она оборачивается на еле слышимый шорох, и замечает Стража сидящего у стены. Из-под капюшона на Серану смотрят две горящие точки.       — Всё хорошо? — Голос Соловья эхом разлетается по тихой пещере.       — Да, — Серана смотрит на солнечный свет, что пытается проникнуть в пещеру у входа, — всего лишь кошмар.       На самом деле в её голове крутится навязчивая мысль о том, что сон вполне может стать явью.       В голову пробираются сомнения по поводу возможного союзника в лице стража, ведь если она поможет, то Серана будет ей благодарна, но вряд ли будет счастлива, если Страж из-за этого умрёт.

Придется рискнуть.