Внешне и Внутренне

После прошедшего ужина Люциус вернулся в свои покои, чувствуя смятение и непонимание. Милорду не могли просто так понадобиться те документы. Снятие любых обвинений с лорда Малфоя было чем-то важным для его дальнейших планов. Но, по правде говоря, чего бы ни желал добиться господин, сейчас маг мог думать лишь о сделанных им намеках. Теперь становилось очевидно, что он совсем не против повторить уже один раз произошедшее. Мужчина с силой закусил губу. Казалось, планы Тёмного Лорда на общественную работу для него прекрасно сочетались с унижением в постели. Приходилось признать, ему следовало терпеливо дождаться смерти от пыток в Азкабане, а не переживать нечто подобное. Господин так не вовремя вернул себе рассудок, решив, видимо, мстить менее очевидными способами, чем банальное убийство. Люциус хмыкнул, провернув в пальцах свою волшебную палочку. Милорд явно не хотел, чтобы игрушка сбежала от него. Поэтому оставался только один способ. Как много в вас от прежнего Тёмного Лорда, повелитель? Как сильно мне требуется разозлить... Быстрая смерть или мучительная. Длинные белоснежные мягкие пряди скользнули сквозь изящные пальцы. Люциус усмехнулся. Всё что угодно, кроме жизни в этой клетке на правах раба. *** Гарри с наслаждением откинулся на спинку стула в своём личном кабинете, наконец-то ему удалось закончить ещё одну главу для будущей книги. "Настольный справочник для нечистокровных волшебников" продолжал пополняться необходимой информацией, благо библиотека Малфой-манора была куда богаче на подобную литературу, чем тщательно отобранные Министерством тексты в Хогвартсе. Так что работа над книгой теперь продвигалась намного быстрее, позволяя не так сильно переживать о её завершении к нужному сроку. Нагайна, свернувшаяся кольцами у камина, расслабленно наслаждалась жизнью, лениво пробуя воздух кончиком длинного раздвоенного языка. Совсем недавно он отвлёкся от дел, чтобы уделить внимание и ей. Теперь же маг отложил перо, задумчиво перебирая в пальцах бумагу. Всю неделю, прошедшую после разговора с Люциусом, Гарри ежедневно незаметно спускался в темницу. Так что сейчас даже проблема Северуса была близка к разрешению, однако ему не хотелось перестараться там, где оно вовсе не нужно. В итоге больше не существовало причин откладывать финальный ритуал и дальше. Юноша потер переносицу, вспоминая, где он оставил печать, взятую у Малфоя. Та открывала доступ к специальной комнате для становления. Не то чтобы она была так сильно нужна, но чистокровные благородные семейства придавали очень много смысла этим ритуалам. И даже не безосновательно, ведь только закончив этот путь, маг мог считаться полноценным членом общества. Поэтому, как это бывало, существовало отдельное помещение, защищённое от посторонних звуков и не пропускающее магию изнутри и внутрь. Ребёнок получал наставление у родителей или главы Рода вместе с печатью, открывающей столь интригующую дверь. Очень загадочно красиво и по-взрослому. Однако Гарри просто не хотелось портить пол в своих покоях очередным ритуальным кругом. Кажется, он временно убрал её в запечатанный кровью ящик стола. Вряд ли кто-то пробрался бы сюда за ней, но и оставлять такую важную для будущих поколений Малфоев вещь валяться просто так было крайне не вежливо. — Клиппи, — предупредить эльфа так же следовало заранее. Домовик возник перед своим господином с тихим хлопком. — Чем этот Клиппи может служить хозяину? — Сейчас я направлюсь в комнату становления, чтобы провести там свой последний ритуал. Глаза эльфа вспыхнули радостью, а голова закивала с ещё большей скоростью и воодушевлением: — Что прикажет хозяин? Понимая, что любые попытки успокоить его бесполезны, Гарри лишь вздохнул. От камина тут же донеслось возбуждённое шипение: — Я могла бы его сссъесть, чтобы не мешался под ногами, — красивый зелёных хвост угрожающе застучал по полу. На этот раз вздох Тёмного Лорда стал громче и утомленнее, а Клиппи не повёл даже ухом. Подобное повторялось день за днем, так что можно было и привыкнуть. — Нагайна, тебя итак очень хорошо здесь кормят, — со смирением ответил маг, в который раз. — Ради васс я могу ссъесть кого угодно, даже если поела ссовсем недавно, — к сожалению, любые аргументы в этой ситуации оказывались совершенно бесполезными. Наглая змея просто всегда хотела кого-нибудь сожрать. Так что, просто проигнорировав её, Гарри продолжил: — Если после окончания ритуала я не смогу идти сам, то твоя задача заключается в том, чтобы незаметно вернуть меня в покои. Это понятно? — Да, господин, — Клиппи уверенно кивнул, — этот эльф не подведёт вас. Темный Лорд уже не раз доверял домовику многое, так что переживать ещё и на данный счёт не приходилось. — Так же возможно я впаду в беспамятство на некоторое время. В таком случае тебе придётся запечатать эти комнаты и отвечать всем гостям, что у меня много работы. Выражение на мордашке домовика стало менее восторженным, но он всё равно поспешил кивнуть, заверив, что ему ясен приказ. — Если моё состояние со временем не покажет признаков улучшения, то задействуй лорда Малфоя для приглашения личного колдомедика их семьи, — на этих словах Темный Лорд недовольно поморщился, привлекать посторонних к решению своих проблем очень уж не хотелось. — Клиппи всё понял, Клиппи не подведёт хозяина. Гарри посмотрел на эльфа, прежде чем кивнуть в сторону камина: — Не забудь также кормить мою змею, боюсь, если не делать этого вовремя, в один момент она просто решит закусить тобой, — на губах Тёмного Лорда промелькнула усмешка. — Нагайна, — прошипел он ей, — сейчас я попросил этого домового эльфа регулярно кормить тебя отборными кусочками мяса, поэтому едва ты задумаешь его съесть, как больше никогда в жизни не получишь ничего подобного. Только один Гарри мог знать, насколько эта красавица ленива. Как бы она не настаивала на охоте, а с куда большим удовольствием грелась каждый день у камина, отворачивая нос в сторону, едва мясо на серебряном подносе возле неё чуть заветривалось. Игнорируя факт того, что заботливый хозяин с самого начала всегда использовал заклинание стазиса. Поэтому на свои слова он получил лишь притворно обиженный взгляд. *** Для Тёмного Лорда это был не первый ритуал здесь, однако его в который раз радовало наличие тёплого пола и прогретый воздух, не позволяющий замёрзнуть. Куда более приятные условия, чем ледяное каменное убранство Тайной Комнаты. В отличие от фантазий здесь не было роскошного вычурного декора. Величественный герб Рода чуть выше уровня глаз, если стоять на коленях, изящные письмена девиза под ним. Столбцы золотистых рунных цепочек, аккуратно тянущиеся до самого верха в каждом из углов. Мозаичный потолок с тонким узором бледных загадочных цветов. Гладкий мраморный светлый пол с ритуальным кругом по центру, навсегда запечатленным в нем. Четыре на четыре метра пропитанные силой множества поколений. Удача, преподносимая раз за разом магией в чистом виде. Не всегда так и не у всех. Но Малфои старательно работали над полученными дарами из-за чего и избежали множества проблем. Теперь он тоже здесь. Как сюзерен большого количества родов. Порой не самых лучших в Еë глазах. Гарри привычно отстранился от мешающего сейчас волнения, сосредоточившись на происходящем. Отложил мантию в сторону, закатал рукав рубашки, чтобы оголить предплечье. Встал на колени в круг, проверил, чтобы было ровно. Вздохнул. В последний раз. Резким Секо рассек кожу, пустив кровь стекать в тонкие желобки. — Я обращаюсь к тебе о, Великая, желая обрести не могущество, но понимание. Стать сильнее и мудрее для тех, кто находится под моей защитой. Проникнуться тайнами, более не скованный ничьими рамками, и сделать весь мир свободнее от навязанных запретов. Зелёные глаза сверкали, переполненные силой, словно драгоценные камни на свету. Тёмный Лорд провалился в транс, уже не задумываясь о словах. Алая кровь стекала только быстрее. Время продолжало идти, но ничего не заканчивалось, не менялось. Боль, способная вырвать из оцепенения, не приходила. Пока в один момент, каждая вена и сосуд не начали будто бы гореть нестерпимым огнем, сжигая тело изнутри. Совершенно. Абсолютно. Невыносимо. Волшебник мгновенно пришёл в себя, не способный пошевелиться. Это было намного сильнее, чем обычно. Боль нарастала, закушенная поначалу губа превратилась в рваное месиво. Хотелось разодрать вены, чтобы прекратить страдания. Но руки оставались тяжёлыми и неподъемными. Это конец? Он не справился? Откат? Подобные мысли также растворились в мучительной боли. В итоге осталась только она одна. Минута? Час? Сутки? Внезапно удалось упасть на пол. Внешняя сила, до этого не позволяющая шевелиться, ушла. Впервые Гарри позволил себе кричать и корчиться, зная, что не будет услышан. Немногим позже кровь остановилась сама собой, а та, что коснулась ритуального круга, привычно впиталась, как подношение. Каким-то чудом он пока ещё был жив. Остальное просто потеряло ценность. Ему пришлось, едва боль ослабла, встать, чтобы дойти до двери. Никто не мог войти, пока она не была бы открыта изнутри, кроме Люциуса, как Главы Рода. А Гарри, являясь его господином, даже в подобном состоянии желал этого в последнюю очередь. Следовало положиться на эльфа. Зрение оставалось мутным, чего не происходило с ним довольно давно. Когда там очки перестали быть нужными? После пятого ритуала? Или первого? Не помню. Не знаю. Мысли путаются. Почему не становится лучше? Дрожащая рука поднесла к специальной выемке ту самую печать, с самого начала лежащую поверх мантии. Свет с другой стороны коснулся измученного бледного бескровного лица. Голова закружилась, пальцы потянулись куда-то в сторону. Почему так сложно... Двигаться... Где низ, а где верх? Тошнит. Глаза. Нужно закрыть глаза. Последняя мысль. Падение.