Точка невозврата

С трудом сдерживаемая ярость плескалась, наполняя сознание пленительной роскошью бесконтрольности, пузырьками поднималась, пьяня не хуже софийского, бередила сознание вседозволенностью и такой редкой свободой. Лео остановился, резко выдохнув, прижался лбом к холодной гладкой стене, закрыл глаза. Коридор был пуст – его слабость, его сила не станет достоянием посторонних. И пусть чужих здесь быть не могло, порой слабости ещё меньше стоит видеть своим. Нельзя! Чёткое осознание совершаемой ошибки висело тёмным пологом совсем рядом – руку протяни и коснешься иллюзорного. Сейчас он был как никогда близок к тому, в чем его пытались обвинить сегодня на Совете. В недостаточном контроле, в отсутствии должного опыта, в неумении держать чувства в рамках допустимого. Нельзя! Никакие экраны не спасут, никакая защита не сдержит, если его магия выйдет из-под контроля. Магу такого уровня как у него просто не подобает опускаться до истерики! Ярость, гнев, несдерживаемые ничем эмоции - сила и основа любой магии, спусковой крючок возможностей. Говорят, что когда-то была ещё и любовь, но… мало ли что там говорят! В сказки Лео не верил. А вот во Вселенскую несправедливость теперь уже да. Чтобы его, лучшего магистрата и ставленника Совета так бездумно заслали в какую-то дыру?! В тюрьму для государственных преступников?! И зачем?! Курировать заключённого, о котором Лео не известно вообще ничего, даже имени! Гнев поднимался толчками от образов недавнего, заставляя наворачиваться на глаза бессильные слёзы. Это он слишком несдержан?! Это им управляют эмоции?! И кто?! Его обвинил в этом любимый дядюшка, эклиты его побери! Лорд Вазенфельд, который вырастил Лео почти с младенчества, который знает его лучше самого себя! Чего бы смог Лео достичь в магии, если бы не эта глубинная сила чувства, если бы не умение лавировать в потоках отпущенных на волю эмоций?! Разве не он, по словам экспертов, будущий сильнейший маг современности?! Лео бессильно ткнулся лбом в стену, повторив движение не единожды. Обида душила, но минутной слабости было достаточно. Пора было возвращаться в реальность, к себе - к сдержанному, холодному высокомерному аристократу, эклиты знают в каком поколении, чтобы действительно не показать себя зелёным инфантильным юнцом, не умеющим держать в руках саму суть магии. Пусть ему всего тридцать семь, пусть его опять не допустили до Военной академии и уж тем более до действующих частей Императорской армии, но справится со странным поручением дядюшки он точно в состоянии. И изоляция на два матрикса - это всего лишь изоляция от привычной роскоши, от фальшивых насквозь друзей, от льстящих на каждом шагу придворных. Кроме Сэма, конечно. Только вот Сэм уже на передовой, а он… Может и прав дядюшка, что пора ему взрослеть, что не все что дается легко имеет настоящую ценность… и странная фраза о том, что это и не наказание вовсе… Распустился как сопливый юнец! Время покажет. А пока, впереди изоляция… Откинув с высокого лба светлую пшеничную челку, Лео рукой провёл по лицу, легко стирая следы гнева, расстройства, замешательства, слабости. Прикрыв зеленые глаза усмехнулся, укладывая внутри ровными безупречным спиралями ещё недавно бушевавшие эмоции. Они не вырвутся вопреки его воле, не выйдут из под контроля. Он справится. 1. Фергус. Знакомство. Элейн встретил хмурым небом и мелкой моросью. Стерев с лица холодную влагу, Лео передёрнул плечами. Такого на родном Теорсе не было никогда – жаркий, солнечный, щедрый на расцветки, запахи и звуки, Теорс казался сейчас мечтой, желанной сказкой, по сравнению с ожившим кошмаром Элейна. Здесь только темно-серые, перемежаемые сгустками багрового скалы, залитые нескончаемым дождём, безжизненные и пустые. Заунывный свист порывистого, едва не сбивающего с ног ветра. Если и строить тюрьмы для государственных преступников, то несомненно Элейн был выбран правильно - кто ещё захотел бы поселиться на этой забытой эклитами и Мирозданием планете?! Вот уж во Вселенной достаточно гораздо более приветливых миров. Первой мыслью было вернуться в катер. Чуть не поддавшись постыдному желанию избежать неизбежного, Лео вздохнул, огляделся и вздрогнул от шелестящего: – Лорд Маро? Тёмный плащ с капюшоном скрывал большую часть лица, но Лео узнал нордика. Эта раса была ещё более бесчувственной, чем инсекты, ещё более невосприимчивой к магии, чем даже гнофы или человеческие кастраты. И такой же редкой, как солнечный день на Элейне. Разглядывая экзотического встречающего, Лео задумался и насторожился всерьёз. Да что происходит на самом деле?! Никакой действительно ценной информации до отъезда он так и не получил. Дядюшка улетел на очередной прорыв Истинской империи, кинув напоследок «Все инструкции получишь на месте, нужное узнаешь от Фергуса», и хлопнул по плечу так, что Лео едва не сел прямо на пол. В инфополе Элейн значился как тюрьма для государственных преступников и ничего больше, криспы работали качественно вычищая ненужную электорату информацию. Крепость на планете, с которой не совершали побег ещё ни разу за все время её существования. Неприступная твердыня, в пределах которой легко сдерживалась сила любого уровня, оплот государственной власти, полная изоляция, непревзойдённая магическая защита и прочее, прочее, прочее. Не найдя даже крупиц ценной информации, включая расу и имя коменданта, Лео решил выяснить все у Мелкиса, правой руки лорда Вазенфельда. Только и это не удалось - вылет согласовали немедленно, без сопровождения и не дав времени на сборы. Совет предоставил государственный борт, от которого Лео благополучно отказался, понимая, что неделя на борту медлительного грузовоза несопоставимо хуже стандартных суток на собственном нежно любимом катере – на Омере. Отказ тоже дался непросто – по неясным причинам ему чуть не запретили вылет на собственном транспорте, и только его природное упрямство, умение настоять на своём и просто здоровая злость на попытку едва ли не конвоирования, позволили Лео все таки получить желаемое. А Совет… Совет обозначил миссию как «Прохождение практики в приближенных к боевым условиям для получения необходимого опыта». И полный ноль данных. С таким заговором молчания Лео столкнулся впервые – раньше, пользуясь статусом члена императорской фамилии и воспитанника дядюшки, он получал доступ к любым сведениям быстрее, чем мог даже пожелать этого. Лео, в очередной раз, скрипнул зубами, осознав масштаб предстоящего – два матрикса! Следовало сменить тактику, чтобы окончательно не впасть в уныние - всего два матрикса! Поняв что непозволительно долго не отвечает на приветствие нордика, уйдя в свои мысли, он опустил голову и учтиво кивнул: – Лорд Леонард Маро. С кем имею честь? Нордик ни единым жестом не показал ни удивления от длительного молчания Лео, ни любой другой эмоции. Лео раньше видел нордиков, но только в качестве консультантов на расширенных военных советах. Непревзойдённые аналитики, иногда телепаты, способные увидеть вероятности в удалении почти до матрикса в деталях и до трёх оборотов в общих чертах! Их услуги стоили космических денег и чтобы на пустом космодроме, на планете для изоляции отступников и бунтовщиков встретился представитель именно этой расы… Не посыльный, не слуга, не войт. Недоумение росло как на дрожжах. – Жозес Фергус. Из уважения к лорду Вазенфельду можете звать меня Фергусом, – шелест слов легко преодолевал заунывный вой ветра, не заставляя прислушиваться или улавливать смысл. Фергус, вот оно что. Тот самый Фергус, который предоставит всю информацию. Старинный друг дядюшки, о котором Лео только слышал, но никогда не видел, и который должен объяснить суть миссии. – У нас есть три стандартных часа для введения вас в курс задачи. Ограничения на использование силы на космодроме стандартные, как для всех государственных объектов, но мы можем ускорить путь из кабинета Управляющего, – слова нордика ложились сухо, создавая иллюзию песка в бесконечности. – Польщен знакомством, эрн Фергус, – Лео позволил себе улыбнуться уголками губ, подумав, что если это его единственная компания на предстоящих два матрикса, то он не только может разучиться улыбаться, но и рискует потерять силу. Ибо эмоции в компании с нордиком, таким же бездушным как камень - это роскошь, а для магии нет иной силы и основы, чем яркие, полные жизни чувства – ярость, гнев, радость, ненависть, нежность. И если уж судьба, одного из немногих счастливчиков, одарила его этим даром, то и получать от этого нужно по максимуму. А тут… нордик. Неожиданно. Фергус лёгким жестом указал направление и бесшумно развернулся. Лео привычно потянул силу, желая перенести багаж, и охнул, получив откат. Ну да, стандартные условия безопасности, чтоб их! Он что, должен нести багаж сам?! Спина нордика никаким образом не отреагировала на молчаливое возмущение Лео, и тот, в очередной раз скрипнув зубами, взял в руки сумку. – Эрн Фергус? – позвал Лео. – Просто Фергус. Вы можете оставить багаж здесь, – нордик даже не оглянулся, но Лео почудилась насмешка. Точно почудилась. Нордики не способны на проявление эмоций. Совсем. Даже в теории. И в кошмаре и страшном сне. Если бы эта раса была так же тщеславна, завистлива, жадна, чувственна и эмоциональна как люди, Вселенная давно принадлежала бы им. Безоговорочно. – Он останется нетронутым, – Фергус остановился, по-прежнему не оглядываясь. – Я пришлю за ним позже. Лео обвел взглядом пустое летное поле и унылые скалы на горизонте. Тряхнув мокрыми уже совсем волосами, упрямо закусил губу. Понятно, что нетронутым! Но… Оставить здесь музыку, его ковты памяти, его записи и технокниги?! Нет. Невозможно! Можно было ещё запереть сумку в катере, но нордик явно торопится. Маро зло оскалился, кляня про себя жёстко установленные правила, не позволяющие использовать магию, и нескончаемый дождь, не оставивший на нем ни единой сухой нитки, и шагнул следом за Фергусом. Начало уже не казалось обнадёживающим. Ещё через пару десятков шагов, Лео уже клял все, что приходило в голову: мокрые длинные пряди, норовившие залепить глаза и нос, тяжесть оттягивающей руку сумки и скрытность дядюшки, не позволившую в полной мере подготовился к предстоящему. Предстоящему чему? Понятно, что все недоговорки и спешный отъезд дядюшки можно было списать на военную компанию и найти еще сотню важных причин, но… Зацикленный на мелких неприятностям момента, он пропустил миг, когда внезапно остановившийся Фергус, накрыв его руку своей, пробормотал что-то вроде: – Я не мог этого предвидеть, извини. Сам... – и мягко стек к его ногам, оставшись неподвижной бесформенной кучей. Заметив мелькнувшую справа тень, Лео выпустил следом за нападавшим всю ярость непонимания. И осел рядом с нордиком, получив нешуточный откат магической защиты, заставивший подавиться влажным густым воздухом. Желудок подкатил к горлу, накрыло тошнотой, мутью и головной болью. Потянувшись проверить что там с Фергусом, Маро не почувствовал пульса. Вот вами безопасность! Хваленая безопасность государственных объектов! О том кто и зачем пытался убить Фергуса он подумает позже. Странно, что на него устроить покушение не решились, когда он вдали от дома, почти беззащитен и так узнаваем. Магия, конечно, защищает своих адептов, но даже защита не устояла бы, решив кто-то по-настоящему его убить, да когда это останавливало от серьёзных покушений? Даже если выбросом раскурочило бы весь космопорт. Значит ли это, что покушение было запланировано не на него, а именно на Фергуса? Неужели он так значим? Кто он вообще? Ну, кроме того, что нордика, конечно… Времени на раздумья не было. Сосредоточившись усилием воли и лихорадочно перебирая в сознании страницы титанического труда « Основы жизнедеятельности основных нас разумных и ксеноморфов», Лео пытался вспомнить хоть что-то о нордиках, но память услужливо подкидывала только факты о наиболее распространённых расах. Между тем, он кончиками окоченевших пальцев ловил биение ещё не ушедшей жизни, и если ещё можно было что-то сделать, то следовало поторопиться. Отодвинув холодное бешенство, заставляющие магию искрится полем вокруг, Лео подхватил совсем легкое, словно невесомое тело. Нордик был горячим на ощупь, даже сквозь толстый прорезиненный плащ, безжизненным, гибким. Уже не обращая внимания на багаж, Лео бросился к зданию космопорта – ошибиться было невозможно, серая каменная коробка с маленькими квадратными окнами была единственной. Не встретив по дороге ни единого живого существа, уже почти отчаявшись, чувствуя как утекает сквозь пальцы жизнь нордика, Лео сильным ударом ноги чуть не заклинил механизм отъезжающей в сторону двери. – Врача! Быстрее! – тишина и озадаченные глаза немногочисленного персонала вокруг. – Да врача, же!!! – Клади сюда! – бесцеремонно сдвинув Лео в сторону длинной скамьи, высокий крупный мужчина в темно-синем комбинезоне попутно смахнул с поверхности несколько свертков. – Кто вы? – времени не было, но доверять первому встречному тоже казалось неразумным. – Корабельный врач Сандерсон, с конвойного, – быстрый взгляд из под густых, чуть с проседью тёмных бровей показался проницательным и умным, обветренная кожа, потемневшая явно за пределами планет, уверенные движения. – Месье Жозес? Что с ним? – Киллет. – Ушёл? – Его жизнь дороже, – нехотя пожал плечами Лео, кивнув на нордика. – Я не успел. – А целью были вы? А, месье лорд? – усмешка Сандерсона подогрела раздражение. Лео затрясло. Количество случайностей и неприятностей росло как снежный ком, обрастая по дороге милыми штрихами, от которых хотелось бежать, нападать, прицельно бить в челюсть и расплакаться одновременно. Противоречия наслаивались и множились. Кто этот корабельный врач? Что за обращение – месье? Откуда он знает, что Лео лорд? Ещё и эти прикосновения! Магия всегда ревниво оберегала Лео, как и любого другого мага, от тактильных контактов. А статус члена императорской династии только добавлял степеней этой защите. Касаться мага было позволительно только близким, но дядюшка был скуп на прикосновения, родителей Лео почти не помнил, а тут за один день столько всего! Сначала Фергус, потом ещё и этот! Слишком. Слишком много всего и сразу - умирающий на руках нордик, исчезающий за мокрой взвесью убийца, непонимание своей роли и задачи... Лео, едва не взвыв от безысходности, устало опустился прямо на пол, прислонившись к скамье, на которой Сандерсон осматривал нордика. – Что с ним? – Жить будет, – Сандерсон хмыкнул. – Приложили его не слабо, но они живучие. А он ещё и в силе. Но без диагноста с его параметрами я не справлюсь, все равно в клинику нужно. Или к своим. И побыстрее. – Здесь есть? – В этой дыре?! – Сандерсон всмотрелся в лицо Лео выискивая признаки безумия. – Изменники, мятежники, бунтовщики… – врач хохотнул. – Их сгноить проще чем лечить! Это тюрьма, парень, если ты забыл. Лео качнул головой, признавая правоту врача. Не забыл, но… – Они же тоже люди… Разумные, – исправился тут же. – Откуда ты меня знаешь? Сандерсон всмотрелся ещё пристальнее, изумленно выгнув бровь: – Ты хочешь спросить откуда я знаю будущую надежду империи, будущего сильнейшего мага столетия, самого завидного жениха Теорса, да и всей империи, пожалуй? Ты что, новости не смотришь?! Лео растерянно моргал, рассматривая Сандерсона. О том, что его могут узнать даже в таком захолустье все подряд он и не предполагал. – Последнее сейчас особенно актуально, – горько усмехнувшись, Лео вспомнил мораторий на пребывание на Элейне. – А что, нет? – опять хохотнул Сандерсон. – Только если у тебя были личные планы на последний пункт, – Маро полюбовался на скривившегося врача. – Что можно сделать? – Отправить на Теорс. Но это не быстро, – врач пожал плечами. – Хотя, если ты надавишь на управляющего... Маро решительно поднялся. – Дорогу покажешь? Сандерсон неопределенно махнул в сторону серой панели с указателями, тревожно склонившись над нордиком. – Поторопись, времени не так много. Кабинет управляющего нашёлся быстро. Третий этаж на подъёмнике, унылые серые стены и единственная дверь на этаже с абсолютно пустой приёмной. Полный пожилой верест качался в кресле, издающем противный скрип, и задумчиво разглядывал элейнский пейзаж. Летное поле из окна видно не было, поэтому Лео допустил, что инцидент прошёл мимо внимания Управляющего. Особенно учитывая то, что экран, на который обычно выводились данные с камер, был выключен. – Месье… – Лео подавился неожиданно прилипшим к языку странным обращением, подхваченным от Сандерсона, но тут же вспомнил табличку у двери на стандартном и подпустил в голос металла: – Ранс Фгресс! Вам не предоставлено достаточной информации о прибытии лица императорской фамилии?! Почему обеспечение безопасности не находится на должном уровне?! От нападения киллета пострадал Жозес Фергус, необходимо срочно переправить его на Теорс! Верест лениво обернулся, невозмутимо осмотрев Лео с низу до верху, начав почему-то с кончиков мягких высоких сапог и остановившись на уровне глаз. Тёмно-серая плотная кожа управляющего и тёмные же, невыразительные глаза, как нельзя лучше, гармонировали с самим Элейном, и как не отгонял Лео эту мысль, она назойливого возвращалась. – Лорд Маро? Мы ожидали вашего прибытия не ранее чем через пять стандартных суток, – управляющий кончиком острого когтя продвинул к себе какие-то бумаги. – Но если вы уже здесь… Добро пожаловать на Элейн! – он обнажил мелкие острые зубки, открыв рот в улыбке, которая совершенно точно была только данью прибытию представителю власти. Мало какие расы Сильвантской империи, да и всей Вселенной, использовали улыбку, как средство коммуникации. Но главенствующая роль человечества, в том числе полная власть людей в Сильванте, приводила к такому уродливому копированию несвойственных остальным расам жестов. Лео скрипнул зубами. Как же не вовремя все это гостеприимство! – Эрн Фгресс, вы хорошо расслышали, что я вам сейчас сказал?! Во время прибытия серьёзно пострадал Жозес Фергус, необходим транспорт для доставки его на Теорс! В кратчайшие сроки! Фгресс задумчиво пожевал бесформенными губами: – Ближайший транспорт прибудет через стандартные сутки. Могу ещё связаться с военным транспортом во втором кольце планеты, и они прибудут через пару часов. Не раньше. Пара стандартных часов. Имеет это какое-то значение или нет, Лео не знал и знать не мог. Возможно, счёт идёт на мгновения, а возможно время ещё есть. Но вспоминая холодящие капельки уходящей жизни нордика на собственных ладонях... Его Омера побыстрее будет, чем даже самый современный военный крейсер, поскольку масса все ещё имеет значение в этом физически ограниченном мире. И если наплевать на удобства пилота и использовать все, в том числе и не слишком законно установленные девайсы, на Теорс можно попасть часов за десять. Лео задумался. Жизнь старинного друга дядюшки точно была важнее всего остального сейчас, даже если не принимать во внимание, что это нордик. А то, что это нордик, увеличивало ценность этой жизни в глазах любого политика сразу на порядок. Лечить его сам Лео бы не взялся, не только потому, что не считал себя достаточно сильным лекарем, но и потому, что нордики были крайне маловосприимчивы к магии. Значит только на Теорс. Но, улететь самому, пользуясь случаем и отговоркой о необходимости транспортировать серьёзно раненого нордика… Можно, конечно, пусть это и означало идти поперёк решения Совета. Однако такое вполне могут счесть превышением полномочий и тогда… Думать о «тогда» тоже было некогда, следовало решать насущное. – Свободные пилоты уровня Ф-16 хотя бы на планете есть? Верест взглянул с удивлением, потом отвернулся быстро клацая что-то на стационарном коммуникаторе. – Эрн Сандерсон. Уровень доступа Е-36. В увольнительной на семь стандартных суток, но ради такого руководство пойдёт навстречу. Лео уважительно присвистнул. Уровень Е-36 предполагал управление не только такой, пусть и скоростной и навороченной, однако все таки игрушкой, как у него, но и управление тяжёлым крейсером в боевых условиях. И участие в военных действиях, несомненно. И врач… на конвойном… Все чудесатее и чудесатеее… Впрочем выбирать не приходилось. Он кивнул управляющему: – Решите с руководством, минуя необходимое заполнение бумаг прямо сейчас. Я предоставлю в распоряжение эрна Сандерсона личный катер, но увольнительная должна быть продлена не менее, чем до пятнадцати стандартных суток. Разрешение на вылет для К-356792-Df тоже на вашей ответственности. Замену пилота я санкционирую самостоятельно через л-кодер. И зайду к вам как только освобожусь, чтобы ещё раз поговорить о безопасности. – Но лорд Маро… – Позже! Управляющий заметно сник. Обсуждать с ним обеспечение безопасности на планете а целом и на отдельно взятом космодроме Лео не собирался, да и полномочий таких не имел, но заставить понервничать эту бездушную тушу хотел очень. Да и Т-переход в крепость, насколько он понял со слов Фергуса, был именно в кабинете управляющего. А тащится по поверхности, решать с транспортом, не зная ни планеты не самой крепости, не имея сопровождающего, было несомненной глупостью. Почти пробежав длинный коридор, прыгнув в открытые двери подъёмника, Лео ещё раз задумался. Два матрикса это несомненно немало, но впустую тратить из них даже десять или двадцать суток на полёт к Теорсу и обратно, если миссия какая-то действительно серьёзная, не стоило. Конечно, он не потеряет веса и голоса в Совете из-за подобной выходки, но только потому, что как самый молодой и неопытный он и так имеет их совсем немного и только из уважения к будущим заслугам и ярлыка самого перспективного мага. Нет, все правильно, должен лететь Сандерсон. Шагая в открывшийся двери подъёмника он уже не сомневался в принятом решении, а увидев желтоватого цвета вытянутое лицо нордика совсем утвердился в правильности происходящего. Возможно, у этого конкретного экземпляра цвет был таким от природы, Лео не слишком часто сталкивался с открытыми лицами этой расы рептилоидов, но впечатления здорового, Фергус точно не производил. – Как он? Сандерсон рассеянно оглянулся. – Хуже чем я думал. Он довольно стар, даже по меркам их расы. И… Я не могу привести его в сознание, – врач расстроенно потирал руки. – Да и опыта непосредственно с нордиками у меня кот наплакал. Мимолетно удивившись странной фразе и совсем не поняв при чем здесь кот и его слёзы, Лео уверенно распорядился: – У вас мало времени на сборы. Полетите на моём катере, замену пилота я санкционирую, погрузить эрна Фергуса помогу, расходы не ограничиваю, в пределах разумного разумеется. Катер заправлен. Ваш личный код? Врач по военному вытянулся и моментально среагировал: – Увольнительная? – Пока на пятнадцать стандартных суток, дальше будет зависеть от результатов. По прибытию Вам необходимо будет связаться с лордом Вазенфельдом или его заместителем эрном Мелкисом. Я поставлю их в известность о вашем полёте и необходимости содействия. Сандерсон протянул руку с чипом, позволяя Лео приложить коммуникатор, и даже не поежился от импульса. – Вам нужно время на сборы? – Не больше четверти часа, - Сандерсон нахмурился. – Будет обидно, если задержка скажется на его состоянии, - он кивнул на Фергуса. – Вы побудете с ним? Лео не счел нужным отвечать, просто опустился рядом с нордиком, проходя предполетные формальности прямо с личного коммуникатора. Врач вернулся совсем скоро. Кинул доверху набитый рюкзак выгоревшего до белизны военного снаряжения, и наклонившись к нордику проверил пульс. Потом протянул руку Лео: – Эвантес. – Что? – Лео непонимающе поднял глаза. – Мне тоже приятно познакомиться, Леонард, – буркнул Сандерсон и, опустив руку, отвернулся. – Мы можем начать погрузку? Лео поднялся и едва заметно улыбнулся, поймал за запястье руку Сандерсона: – Лео, можно просто Лео, – врач неосознанно вызывал доверие и незнакомую симпатию у Маро, привыкшего к закрытости и льстивому заискиванию окружающих. Он, спросив разрешения взглядом, ввёл личные контакты в коммуникатор Сандерсона и лишь потом отпустил его руку. – Поторопимся? А потом была предрейсовая нервотрепка, ровное, но еле заметное дыхание нордика, короткие требовательные вопросы Сандерсона об Омере и особенностях его управления, и понимание, что времени мало, всего не вспомнить и не объяснить, а с таким типом катеров Сандерсон знаком мало. И только провожая взглядом в небе уходящую точку, Лео захотел выдохнуть, но вспомнил, что расслабляться совсем рано. Впереди ждала крепость и таинственный арестант.