Точка невозврата

Хрипя, кашляя и с трудом проталкивая неподатливый воздух в горло, Лео боялся открыть глаза. Запах свежей крови душил не меньше боли в горле, Лео чувствовал себя покрытым мелкой взвесью кровавых капелек. Ситуация явно вышла из под контроля, что бы он не сделал с арестантом, его явно по головке не погладят, пленник точно представлял значительную ценность. Но дело было не только в этом. А прямо сейчас Лео все больше казалось, что совсем не в этом. Он открыл глаза, громко охнув от резанувшего радужку яркого света, и осмотрелся. Кавейн лежал у дальней стены, весь покрытый кровью, но казался целым, хотя бы не размётанным на отдельные органы, и, кажется, даже дышал, что вселило в Лео надежду. Магия, окружавшая плотным полем каждого мага, в пассивном состоянии реагировала только не непосредственную угрозу жизни, но до этого момента, увидеть, на что она способна в таком случае Лео ещё не доводилось. Осторожно, шаг за шагом переставляя ноги, опасаясь скорее своей реакции на повреждения Лисандра, чем на угрозу с его стороны, Лео подошёл вплотную и опустился на колени. Вся правая сторона Кавейна была иссечена неглубокими, геометрически точными линиями, прорезавшими не только одежду, но и кожу под ней и на открытых участках. Словно графическая сетка проекции тела на экране коммуникатора. Красиво, но до паники страшно. Левая сторона тела казалась мертвенно бледной, почти заледеневшей, кое-где испачканной кровью из порезов. И кровь. Много крови. На стенах, потолке, возле тела. Лео схватился за голову и растерянно захрипел: – Я помогу…. Прости, я помогу... Где-то на краю подсознания билась мысль, что Кавейн сам спровоцировал ответ силы, тем что напал на Лео, и скорее всего, в полной мере осознавая невозможность использования активной магии, Кавейн рассчитывал именно на ответ пассивной защиты поля. Но он же не мог знать, что уровень Лео настолько высок, что арестант чудом остался жив? Или мог? Чего он добивался? Способ самоубийства? И почему магия отреагировала так, словно на Лео напал как минимум равный по силе маг, а не пустышка. Но ведь магии в нем Лео не чувствовал! Хотя все кричало о том, что перед ним не просто арестант, а как минимум представитель аристократии, а значит маг по рождению. Кавейн… Кавейн? Кто-то из предыдущей династии? Окончательно запутавшись Лео быстро поднялся, собираясь найти воды, и хотя бы осмотреть все повреждения, прежде чем искать медблок или вызывать санитара. Вода нашлась за одной из дверей. Стандартный гигиенический душ, опять ионный, небольшая раковина и прочие санприборы уровня Теорса. Лео, в очередной раз удивившись, дал себе зарок выяснить все, что вообще возможно о загадочном пленнике. Набрал в кувшин воды, сдернул с сушителя полотенце и вернулся к своему подопечному. Проще всего, конечно, было применить магию, тем более на представителе своего вида. Но в пределах крепости использование активных форм было невозможно, а вытаскивать Кавейна за пределы… Не этого ли он добивался? Пульс был ровным и сильным. Слушая иногда сбивавшееся дыхание, Лео чувствовал уверенность в том, что жизни Лисандра ничего не угрожает, чувствовал практически своей кожей, глубинным осознанием неожиданно возникшей связи. Осторожно стирая кровавые разводы, Лео поражался правильности и красоте чёрт. И количеству шрамов. Лоскутки одежды, искромсанные магией, легко слетали с тела, открывая замысловатую вязь рубцов, глубоких борозд и странных, ни на что не похожих отметин. Лео сглотнул, неверяще. При том уровне медицины, даже не магической, которая существовала сейчас, это казалось почти кощунственным. В сознании всплыли слова Сандерсона: «Их проще сгноить, чем лечить!». Но Кавейн точно был зачем-то нужен, на это недвусмысленно указывала роскошь его содержания. Тогда зачем шрамы? Оставили в качестве напоминания? Полотенце быстро превратилось в бесформенную окровавленную тряпку, вода в кувшине была почти багровой. С сомнением оглядев результаты работы, Лео осознал, ч о без поисков медблока он вряд ли обойдётся. Лисандр дернулся под его рукой и застонал. – Прости… я сделал тебе больно, – Маро запаниковал, умом осознавая, что причины для этого нет. Что Кавейн сам виноват в сложившейся ситуации, что он всего лишь государственный преступник. Умом осознавая… И не принимая сердцем. – Ты не убил меня,– простая констатации мешалась в голосе Лисандра в дикий коктейль с чудовищной тоской и сожалением. – Нет, – Лео отвел взгляд от неприкрытого обвинения в серых глазах. – Не смог? Силы не хватило? – вынужденный пациент устало прикрыл веки, а Лео замер от неуместного сарказма с мокрой тряпкой в руке. – Не знаю. Не смог. А если… Не захотел? – он упрямо закусил губу, ожидая реакции. – Не захотел? – во взгляде напротив зажегся огонёк интереса, слишком быстро сменившийся досадой и отчуждением. – Нужен подопытный кролик? Ну валяй! Давай, не стесняйся, здесь же все свои! А ещё говорил, что… Впрочем, неважно! – Лисандр попытался приподняться, и Маро с ужасом увидел свежие ручейки крови. – Осторожно! Тебе нельзя двигаться не шевелись! Я вообще не понимаю, как ты после такой кровопотери… – Я живучая тварь, – усмехнулся Кавейн. – Хотя если попробовать напасть на тебя сейчас, есть шанс, что не выживу, – он хрипло рассмеялся, глядя в лицо отшатнувшемуся Лео. – Не волнуйся, я не так силён в данный момент. Лео осторожно продвинулся ближе, понимая, что последующими вопросами выдаст свою некомпетентность и общую ситуацию в крепости: – Ты потерял много крови, тебе необходимо в медблок. Но я… Я не знаю где он, - сдался Лео, понимая, что здоровье Кавейна висит на тонкой ниточке его уязвленного самолюбия. – Дай угадаю, – немедленно оскалился в улыбке Кавейн. – Дерек опять в отключке, биоморф ушёл в глухую оборону, рассказывая только очевидное и заявляя, что больше никакими полномочиями он не обладает. Верно? Лео неуверенно кивнул, все больше теряясь в непонимании. Улыбка на окровавленном, изрезанном лице смотрелась неестественно притягательно, и Лео дал себе слово разобраться во всем позже. Действительно разобраться, не скрывая правды хотя бы от самого себя. И вот ещё… Кавейн всего лишь арестант?! Правда?! Откуда он знает о происходящем и разумных в тюрьме так много? Кавейн удовлетворенно улыбнулся и закрыл глаза. – А я всегда говорил, что автоматизация это прекрасно, но… – он бессильно поднял руку, сжав её в кулак. – Тюрьма государственного уровня, побери её эклиты! – последнее прозвучало отчаянно и зло. Кавейн серел на глазах и Лео осторожно напомнил о себе, коснувшись его плеча. – Да, вернёмся к главному, – открыл глаза Лисандр. – Не то, чтобы я хотел жить, но раз уж так сложилось... На втором уровне есть выход в зону третичной изоляции. Там твоя магия не будет иметь препятствий. И допуск туда у тебя должен быть. – Магия? – Лео задумчиво рассматривал подопечного. – Только не говори, что опасаешься меня! Лео покачал головой: – Я не чувствую в тебе магии. – А её во мне и нет, – Кавейн засмеялся натужно, словно над глупой, не смешной, но до сих пор царапающей душу старой шуткой. – Она была, когда-то… наверное… но я уже почти не помню те прекрасные времена. Так много воды утекло с тех пор, что и не хочется думать о прошлом. Правда некоторые ваши умники, утверждают, что магия до сих пор во мне, просто в иной форме. Я дефектный маг, если ты ещё не понял. – Дефектный? – эхом возвратил Лео. – Ну да, дефектный. Испорченный, сломанный, измененный. Магия отняла у меня силу, в обмен на… Впрочем это тоже неважно. Важно то, что боятся того, что я смогу причинить тебе вред магией не стоит. И если ты ещё не передумал меня лечить, может поторопишься? Дыхание Кавейна замедлилось, губы синели сильнее с каждым мгновением и Лео решился: – Куда идти? – Е26У2, кажется, – голос Кавейна ослабел настолько, что Лео пришлось почти вплотную наклонился ухом к его губам. Быстро сдёрнув с кровати что-то вроде полосатого пледа, Лео завернул подопечного, создав подобие свёртка и попытался поднять на руки. Получилось не сразу – Кавейн, несмотря на изящество и худобу оказался тяжёлым. Ситуацию осложняли ещё и многочисленные раны, которые причиняли раненому сильную боль. Но подняв Квейна на руки, Лео вдруг осознал, что открывать двери без участия рук и магии не умеет, и замер в нерешительности. – Столик, – прохрипел у него на руках Лисандр. – Сервировочный столик. Найдя взглядом высокий и на первый взгляд достаточно крепкий металлический столик на колесах, Лео сгрузил на него свою ношу. И кажется именно в этот момент Кавейн потерял сознание. – Прекрасно, просто прекрасно… Е26 на втором уровне, – механически повторял Лео, пытаясь справиться с накатывающей паникой и придерживая на столике тело, поместившееся на него лишь частично. Руки теперь были почти свободны и он, приложив коммуникатор к панели, беспрепятственно выкатил столик в коридор, подумав, что заказать дистанционный свейн-пропуск необходимо. Дорога до зоны третичной изоляции заняла больше времени, чем надеялся Лео. Маршрутизатор периодически сбивался, тело Кавейна упрямо сползало со столика, транспортные подъёмники оказались не так просторны, а лестницы он вообще не рассматривал. Поэтому Лео выдохнул с заметным облегчением, когда после некоторых блужданий табличка с надписью Е26 всё-таки нашлась. Доступ у него действительно был. Возможно, эта зона была оставлена в крепости именно для магов-заключенных, для которых длительное неиспользование магии могло быть приравнено к пыткам или угрозе истощения, возможно использовалась магами кураторами. Выяснить это сейчас не представлялось возможным, да и не требовалось. Вообще, проведя в крепости всего лишь несколько часов, Лео пришёл к удручающему выводу, что единственным носителем информации, да и власти в целом здесь был Фергус. А он его собственными руками с планеты отправил. Да, для лечения. Да, после покушения. Но ситуации это не спасало. Главный помощник, правая рука и заместитель коменданта Дерек Уинсборн похоже воспользовался моментом. Стайн вообще повёл себя странно. Оглядевшись, Лео присвистнул. Зоной Е26 оказалась огромная территория под открытым небом. Неясно было, то ли это Элейн, то ли магический карман со сжатым пространством, но безоблачное лазоревое небо подтверждало скорее второй вариант. Бережно перенеся Кавейна на плотную сероватую землю без видимой растительности, Лео потянул силу. И она привычно откликнулась, ластясь словно соскучившись от долгого расставания. Лео считал, что он не в достаточной мере опытен в лекарском искусстве, и пусть его называли универсальным магом, если бы речь шла о серьёзных повреждениях внутренних органов или сложных болезнях, он бы опасался бы не справиться. Но залечить, раны, ожоги и кажется даже обморожение, было ему вполне по силам. Пользуясь как чистой магией, так и арканами, он принялся за работу над телом не приходящего в сознание Кавейна. Осторожно, шаг за шагом заживлял раны, выравнивал потоки, злясь на себя за излишнюю самонадеянность, которая привела к этой ситуации. Что стоило ему дождаться Фергуса? Ну и что, что часть от времени из отпущенного ему срока была бы потеряна. А разве лучше, что сейчас он тыкается как слепой котёнок, не понимая в чем именно заключается его задача, не имея достаточной информации о своём подопечном, да ещё и чуть не убив этого самого подопечного? Твёрдо намерившись оставить у Кавейна только чистую кожу, Лео морщился от досады, когда вдруг выяснилось, что часть шрамов его магии не поддается. И никакие усилия не стирали странные отметинки, как от изрешетивших тело пуль. Подумав, что с этим можно разобраться позднее, Лео удвоил усилия и не рассчитал. Магия, по-прежнему, окружала его плотным потоком, зачерпнуть её в достаточной мере не составляло труда, но вот хрупкое и слабое человеческое тело начало подводить. Может быть сказались ещё и перипетии нелёгкого дня, усталость, раздражение, неясность ситуации. В какой-то момент Лео понял, что несмотря на то, что он почти закончил, сил на это почти у него уже нет. И если вот прямо сейчас Кавейн придёт в себя, то он тоже ничего не сможет сделать – ни вернуть арестанта в камеру, ни обезопасить себя на предмет очередного покушения, ни даже позвать на помощь, хотя если подумать, звать то было некого. И закрыть глаза он хотел лишь на минуточку. Лео очнулся от пристального, но соврем не враждебного взгляда. Серые глаза Кавейна, как оказалось, обладали удивительной способностью заслонять все остальное, делать мир вокруг незначительным и неважным. И Лео даже не сразу вздрогнул, осознав, что он лежит сейчас на коленях подопечного. – Ты ведь ничего обо мне не знаешь? – голос Лисандра звучал хрипло и доверительно. – Нет, – качнул головой Лео, даже не пытаясь сползти с коленей. Если вдуматься, все это выглядело как страшный сон: он, Леонард Маро, уснувший от усталости, на коленях государственного преступника в изолированной крепости на планете для бунтовщиков и отступников. Да еще и в зоне не блокирующей магию! Но вдумываться не хотелось. Хотелось ещё вот так полежать, доверчиво подставившись под обнимающие ладони. Правильное место, правильное время. И совсем неправильные обстоятельства… – Никогда не видел, чтобы магия так защищала свой носитель. О тебе не врут, ты очень сильный маг, Котёнок, – рука Кавейна ласково взъерошила волосы на затылке Лео, гармонируя жестом с задумчивостью голоса. Лео поморщился. Совсем рядом с было почти ничем не прикрытое тело, лёгкий запах лаванды кружил голову. То что происходило было… странным, непонятным, пугающим. Но отчего-то таким желанным… – Ты много знаешь обо мне? – Достаточно,– Кавейн кивнул, покусывая губы в задумчивости. – А если тебя отравить, то как отреагирует магия? – Ты собираешься меня травить? – Лео удивленно взглянул в глаза арестанту, но покопавшись в себе, решил, что угрозы не чувствует. – Нет, – Кавейн фыркнул и пожал плечами. – Просто интересно. – Магия предупредит, – Лео повторил жест Кавейна и потянулся, зевнув. Потом резко приподнялся, заметив странный, почти нежный взгляд подопечного. – Сколько я спал? Небо в зоне, по-прежнему, было безоблачным, солнце отсутствовало и понять который сейчас час было невозможно. – От часа до трёх, – Кавейн поплотнее запахнулся в окровавленный местами плед. – Коммуникатор? – он кивнул на руку Лео, и тот смущенно улыбнулся. Не то, чтобы Лео никогда не терял голову, но такая рассеянность и выпадение из реальности с ним ещё не случались. Глянув на запястье, он помрачнел. – Мы здесь почти четыре часа! – и тут же, но значительно тише, показав коммуникатор Кавейну: – Почему ты не воспользовался? Ты мог взять меня в заложники! Мог просто уйти из крепости, мог… – Подставить тебя? Сдохнуть от голода на поверхности Элейна? В очередной раз расписаться в собственном бессилии? – Но ты… – Лео искренне не понимал. – Твои шрамы! Ты здесь достаточно давно, неужели тихая сытая жизнь тебе дороже свободы?! Хотя шрамы вряд ли появляются от тихой жизни. – Это что?! Подстрекательство к побегу? – Кавейн уже откровенно смеялся. – Ты хоть понимаешь зачем тебя ко мне приставили? – Нет, – Лео упрямо мотнул головой. – Отлично! Теперь ещё и юношеский максимализм на повестке дня, – Кавейн помрачнел, отводя глаза. – Котёнок, я не буду облегчать тебе задачу, но давай договоримся. Я преступник. Государственный. На изолированной планете, со всеми отягчающими. Поэтому не нужно меня срочно спасать, обогревать, жалеть и описывать мне ценность свободы, – он пристально взглянул в глаза Лео. – Я здесь… Скажем, за свои убеждения. Моё имя, за пределами этой жуткой планетки, мало кто уже помнит. Но трусливо сбегать… – он покачал головой и облизал уже обветренные губы. – Мы сейчас встанем и ты отведешь меня в камеру. А утром… Утром мы поговорим, если ты захочешь. И советую тебе всё-таки выяснить обо мне все. Лео кивнул, встряхнувшись. Его твёрдо, не обидно, но основательно поставили на место, щелкнули по носу, как заигравшегося щенка. Он отвернулся, стараясь ничем не выдать вполне заслуженную обиду и затих уже совсем от другого. Магия! Несмотря на физическое истощение и слабость, она наполняла его такой силой и полнотой, словно Лео только что зачерпнул её непосредственно из Источника. Словно он и не лечил Кавейна недавно, словно внезапно открыл её неистощимые запасы. Обратная дорога до апартаментов Кавейна – назвать место где жил заключенный камерой не получалось даже мысленно – запомнилась смутно. Короткого сна оказалось недостаточно для Лео, чтобы восстановить силы, голову теснили самые разнообразные, но исключительно не самые приятные мысли. Тело же… Тело наполняли совсем уж незнакомые ощущения. Лео не с чем было сравнить то, что происходило сейчас. Может только с моментом магической инициации три десятка лет назад. Тогда он тоже чуть не потерялся в вихре проснувшийся магии, окунувшей его с головой в незнакомый мир. Но сейчас?! Опытный маг, один из самых сильных. Как могло получиться, что он словно получил дополнительный бонус в виде доступа к тайным неограниченным ресурсам. И все это на фоне физической слабости и усталости. Цепляясь за шершавый камень стен, Лео поклялся себе, что как только восстановится физически, сразу вернётся в эту зону третичной изоляции, чтобы понять, что случилось с его потенциалом. Можно было восстановится с помощью той же магии, но и на это требовалось время. А сейчас нужно было вернуть подлеченного заключённого на место. Заключённый шёл рядом, тяжело наваливаясь на сервировочный столик, используя его в качестве опоры. Лео казалось, что Кавейн все время о чем-то говорил, но вслушиваться не было ни сил ни желания. Слишком ярко будоражила мозг мысль о увеличении уровня собственной силы, о возможных источниках этого. Настолько ярко, что даже встряхнувший сегодня его мироощущение Кавейн восприниматься как досадная обязанность, а его разговоры как белый шум. Дойдя до апартаментов, Лео открыл замок коммуникатором и пропустил арестанта вперёд, сам отказавшись заходить. Кавейн недоуменно нахмурился, но промолчал, поправляя сползающее с плеч одеяло. – Я зайду завтра, – Лео сам не понимал, зачем он это говорит. Отчитываться перед подопечным было совсем неверно исходя из любых позиций. Но само вырвалось. Кавейн независимо пожал плечами: – Хорошо. И… Спасибо? – За что? – наступила очередь Лео недоумевать. – Ты вылечил меня, – Кавейн твёрдо смотрел Лео в глаза, стараясь передать взглядом что-то ещё. – Ну так я же сам… – Лео смутился, потеряв нить разговора. Голова все так же плыла от усталости. – Спасибо, – упрямо настоял Кавейн, уже сам закрывая дверь. Лео постоял прислонившись лбом к панели. Только сейчас его накрыло чувство, что он что-то упускает. Что-то важное, что-то в чем кроется ключ к событиям. Прошлым или будущим, неважно. Но сил уже совсем не осталось. Словно в тумане, он добрел до своей двери. В какие-то моменты ему даже казалось, что его поддерживает рука Стайна, что биоморф почти неслышно следует рядом, контролируя, направляя, не давая сбиться с пути. Отмахнуться от навязчивой поддержки не получалось, и Лео принял как должное, что Стайн действительно рядом. И удивился. Эффект от сочетания физической слабости и бурлящей магической силы оказался почти галлюциногенным – он чувствовал себя по меньшей мере совершенно пьяным. Самое большее на что Лео хватило, когда он оказался у себя, это выгнать Стайна и снять одежду. Дальше последовал полный провал.