Истории Халоунеста

      Дворцовый сад цвёл и благоухал, это был прекрасный день для чаепития и королева несомненно хотела воспользоваться этим днём на все сто процентов, но её муж был занят, Дрия была на окраине, Изма посещала тропу, а ЗиМэр была занята своими любовными делами. Статный корень тихо влачила своё одинокое чаепитие и печально наслаждалась этим днём, так бы и подошёл он к концу если бы не гость. - От тебя воняет печалью. – стул, что стоял напротив лязгнул и отрыв глаза королева увидела гостя из Земель Упокоения. - Лучезарность. – корень мягко улыбнулась. – Не ожидала вашего сегодняшнего появления. - Почему нет? – непонимающе поглядела на неё крохотный мотылёк. – Мой найденный брат в плену у этого сумасшедшего. Поэтому я снова готова здесь жить. – она раздражённо позвонила в колокольчик подзывая слуг. – Принесите освежающий сок. - Мой дорогой Червь хорошо заботится о вашем брате. - Я вижу как хорошо он заботится! – фыркнула она скрестив руки. – Вчера он был таким подавленным. – жаловалась королева грёз. - Я тоже плохо себя чувствовала. И виной всему плохая погода. – кивала себе Корень.       Их разговор никогда не был возвышенным, дружеским или деловым. Лучезарность была очень колючего характера и имела о себе определённое мнения и водить дружбу с кем-то кто был ниже неё она не собиралась, а ниже были все. Но несмотря на подобные трудности, второй принц нашёл к ней подход и все были невероятно этому счастливы.       Ненавязчивый стрекот светомушек, благоухание распустившихся цветов и удивительно тихая компания сделали день удивительно благоприятным. Так как королева не была обременена разговорами, да и её гостя не желала вести беседы, Белая Леди достала свою книжечку дел. Через два дня должен был состояться праздник цветения и во дворце по такому случаю проходил бал. Конечно же всё было уже готово, но Лучезарность, её нежный внешний вид и воспоминания о ещё процветающем роде мотыльков наводили на мысли. Она могла бы добавить парочку нововведений и так освежить довольно сильно приевшийся внешний вид бала. Это была всего пара идей, но её опять занесло и остановить Корень смогла только заинтригованная Лучезарность. - Что строчишь? - Ох. – три пункта превратились в десять и возможно могли бы разрастись ещё в большее количество. – Некорректно с моей стороны конечно вносить подобный правки за два дня до праздника, но я решила что может быть освежить внешний вид бала, внеся в него толику традиционных мотивов Мотыльков.       Большие сияющие глаза на этом крохотном чёрном личике кажется стали больше и медленно отпив свежевыжатого нектара мотылёк многозначительно моргнула. Лучезарность никогда не нужно было приглашать, о самых громких балах просительница мира грёз узнала бы и посетила их. Но впервые две королевы говорили о близлежащем празднике и Корню стало невероятно стыдно за то что в эти крохотные ручки так не разу и не попало официальное приглашение. Зная что от извинений мотылёк может взорваться гневом либо бахвальством, она просто сделала мысленную пометку отправить в Земли Упокоения приглашение.       Среди кустов промелькнуло чёрное пятно и вскоре королева увидела их вынужденного гостя и пациента её мужа. Грим был закутан в пушистую шаль и выглядел вполне себе бодро, с такого расстояния конечно было плохо видно, но Корню показалось что его шерсть начала отрастать. Встретившись с алыми глазами Королева жестом пригласила повелителя кошмаров присоединиться к ним. Его поступь старалась быть уверенной, но в ней проскальзывала небольшая хромота. - Ваше высочество. – голос был тихим, но как однажды проронил Червь он со временем восстановиться. – Сеста. – и всё же что бы не говорил король, но манерам Грима могло позавидовать всё высшее сословие Халоунеста.       Корень хотела аккуратно пригласить летучую мышь разделить с ними чаепитие, но Лучезарность её опередила: - Как ты можешь! – возмутилась Лучезарность. – Тебе нужен покой и постель. - Если я ещё хоть на день останусь взаперти. – твёрдо указал на сестру Грим. – То стану бедствием пострашнее чем ты.       Бодрость, уверенность и юмор, несомненные признаки скорого полного выздоровления и выписки. - Раз вы полны сил, то может разделите с нами чай? - Как могу я ворваться в ваш круг без приглашения? - Сегодня без приглашений. Лучезарность начала ёрзать на своём месте от нетерпения, когда Грим сел на свободный стул между двумя леди. - Кстати о приглашениях. – пальчики пробарабанили по столу. – Представляешь, Корень попросила помощи в украшение бала в честь Цветения.       Она не просила, но это не значит, что ей не понадобилась бы помощь мотылька чтобы не совершить оскорбительных ошибок. Чёрные уши Грима навострились, а ели заметные зрачки расширились. Кажется но был взволнован этой новостью. Лучезарность же не заметив волнения начала болтать об архитектуре, моде и том что у мотыльков есть давно не празднуемый праздник, который был очень похож на то что сейчас празднует Халоунест. Слуга, что подошёл узнать предпочтения нового гостя, не мог найти секунды, чтобы вставить своё слово. Зато Грим увидев что сестра совсем не обращает внимание слушают её или нет, а просто рассказывает об одежде которая несмотря на жизнь в Халоунесте неизменна с давних времён, наклонился к слуге. - Красное вино, пожалуйста. – шепнул он. - Но у нас нет. – Также тихо старался говорить маленький жук.       Слуга хотел уже предложить белое как Грим приложив палец к его губам легко сказал: - Я знаю что оно есть. – лёгким жестом маэстро послал его идти. – Если не найдёшь сам, просто спроси у первого принца.       Казалось бы, не может быть что бы где-то в погребах Бледного короля хранилось красное вино, но слуга всё же принёс бутылку и налил сей рубиновый напиток гостю. Шоку Корня не было предела. Грим у них не так давно и этого времени не должно было хватить, чтобы добыть редкий напиток, но каким то образом её старший ребёнок смог это сделать. - Оккупант. – с толикой восхищения ахнула Лучезарность. - Возможно. – Грим вдохнул сладкий запах напитка. – Но это очень грубые слова. – от первого глотка летучая мышь довольно прищурилась. – Дрожащая королева, надеюсь ваше желание привнести новизну в бал не коснуться дрескода. Все будут в ужасе узнав о подобном за два дня до праздника. - Нет что вы. Это было бы катастрофой. Кажется это сняло с плечь короля кошмаров груз тревог. Зная физическое состояние маэстро труппы, Корень даже и не думала отправлять ему приглашения, но у него было маленькое дитя, что водило дружбу с Призраком. Не то что бы она не находила его имя в списке гостей, она просто не знала какое имя искать. На каждом балу, среди маленьких гостей появлялись всё новые и новые лица, а имени маленького дитя Кошмаров она так и не узнала. - Прошу простит за грубость, но не подскажите как зовут ваше дитя?       Этот вопрос был столь неожиданным отчего уши Гримма напряглись. Имя ребёнка. Что ж однажды ему пришлось бы столкнуться с осуждением, так что нужно принять этот удар с честью и пониманием. Он сделал глоток слегка обжигающей горло жидкости и: - У него нет имени. – это признание вырвалось у него очень легко и заученно. – Он был рождён как сосуд и я не желал к нему привязываться подобными действиями. – алые глаза ища спасение от взглядов собеседниц остановились на своей руке. – Но так как сердце исцелено, а тело проходит реабилитацию в сосудах больше нет смысла и пора бы дать этому малышу имя. – он сжал руку и горько усмехнулся. – Но идей нет.       Корень видела как Гримму некомфортно от этой темы и ей определённо была известна ситуация в которой ты не знаешь как назвать ребёнка. Эпл, Бэт и Аль получили свои имена в раннем детстве познавая мир. Эпл стал жертвой диковинного дерева которое преподнесли в подарок Халоунесту из далёких земель, и название дерева незаметно для всех стало ассоциироваться с принцем. Аль и Бэт же выбрали оружие как у первых телохранителей королевы, после чего их постоянно сравнивали и в итоге было решено, что это был неплохой способ почтить память двух рыцарей. Но Халоу и Призрак выбрали свои имена сами. Таким образом, что Корень, что Червь были спасены от выбора с которым их детям прийдётся прожить всю жизнь. Она было хотела предложить дать ребёнку самому выбрать имя, но Лучезарность её в очередной раз опередила. - О! Прямо как у родителей. – захлопала мотылёк в ладоши. – Он ведь тоже гибрид. - Разумеется, он ведь моя точная копия. – кивнул Гримм. - Тогда и имя должно быть таким которое было бы возможно и у мышей и у мотыльков. Для этого нужны его отличительные черты. Вот я. – она гордо указала на себя. – Родилась днём, в ясную погоду и со светлой шерсткой. Так что моё имя было очевидным, ясным и солнечным. Лучезарность. – гордость так и сочилась. – А вот вы. – она указала на брата. – Близняшки, родились ночью, луны на небе не было, было страшно и мрачно. – она кивала сама себе вспоминая свою юность. – оба чёрненькие, но со временем у одного появились красные вкрапления в шерсти, а у другого серые. Так и появились имена Гримм и Скарлет. Дословно мрачный и красный. – объяснила она. – Отец объяснил выбор имён тем что для слуха Летучих мышей имена буду не инородными, с чем мама согласилась. А для мотыльков ваши имена связаны с Луной. Луна бывает красной и чёрной, то ест мрачной. Ребёнку тоже нужно такое имя придумать. - С именами и правда нужно быть осторожными, сейчас я понимаю что использовала имена мотыльков без разрешения. - Во первых – Нынешние имена мотыльков ничего не имею общего с нашими традициями. А во вторых – Ненужно спрашивать, мы не так щепетильны по этому поводу. – она оскорблённо надулась. – А у кого имена мотыльков, у Халоу что ли? - Нет. – корень мягко покачала головой. – У Аль и Бет. Их полные имена Альдебаран и Бетельгейзе.       Глаза Лучезарности немного потускнели что значило что она побледнела. Она издала смесь вскрика и писка, после чего покраснела. - Их имена такие странные что я даже и не подумала что это семейное сокращение. - реакция мотылька была столь неожиданной, что Корню показалось что она вот-вот начнёт извиняться, но Лучезарность такая Лучезарность. – Но вы сами виноваты, что не представили их в должной мере! - А что не так? – теперь королеве нужно было узнать какую ошибку они совершили, чтобы не повторить её впредь. - Глупая! Сокращённые имена только для семьи и суженых! – её голос повысился на пару октав и норовил разбить их бокалы. - А для нас это неформальное обращение. – таким открытием стоило бы поделиться с мужем и детьми, дабы они не совершили такого неуважения.       Корень обратила внимание на Гримма который задумчиво болтал остатки вина в бокале. Он выглядел так словно обдумывал внезапно открывшуюся ему мировую тайну. Или может он очень серьёзно взялся за выбор имени? Лучезарность также заметила состояние брата и начала заваливать его вопросами о его состояние, не устал ли он и не стало ли ему хуже? - Кажется я определился с именем. – его взгляд устремился меж двух правительниц и на его лице появилась улыбка. - Скажи, скажи, скажи. – нетерпеливо требовала Лучезарность. - Узнаете через два дня. – решил накалить интригу маэстро труппы.       Мотылёк начала ныть, но в ней не чувствовалось обиды, скорее детское недовольство ожиданием. С этого момента их разговор перешёл к обсуждению предстоящего праздника. Но на втором бокале две дамы заметили лёгкое опьянение у Гримма. Это было странно, так как летучие мыши были очень стойкими к алкоголю. Но не успели они предложить ему помощь как к их почтил своим присутствием после тренировок Халоу. - Привет, моя Амброзия. – промурлыкал Гримм.       Ну точно пьян. От его поведения Лучезарность прыснула, пытаясь подавить смех. - "Но вылитый отец после первого глотка вина." - промелькнуло у неё в голове, после чего она ушла в развитие этой идеи.       Халоу кивнул своей матери и наклонился ближе к Гримму которых хотел сделать ещё глоток. Уши летучей мыши подрагивали улавливая звуки и в итоге он отставил бокал. - Только потому что ты очень убедительный. – он встал и к хромоте добавилась небольшая дезориентация.       Придерживая пьяную мышь Халоу поклонился сообщая о своём уходе и подхватил Гримма на руки. И от материнских глаз не скрылось то, как обычно, грубый и мало думающий о своей силе Халоу с нежностью и осторожностью держит Грима. Ох, уж эта молодость.       Не сводя глаз с покидающей их пары, Корень радовалась что они смогли решить проблему с Лучезарностью без запечатывания ибо план её мужа в действительности провалился ещё в зародыше.       Как только принц и его захмелевшая ноша исчезли из виду, королева попросила прислугу убрать всё со стола. - Вот и причина почему я против подобных напитков. - Мама говорила что вино было создано летучими мышами как напиток Высших, и в отличие от насекомых они не пьянеют, поэтому жуки низший сорт жизни. – мотылёк внимательно смотрела на бокал. – Она была бы слегка расстроена тем что Грим пьянеет. - Значит ли это что он в большей степени мотылёк? - Это значит что высшая кровь не смогла возвысить род грёз выше, неудивительно что пламя сжигало его. – Белая Леди не могла понять как к этому относиться её гостья, или как она относиться к мировоззрению своей мачехи. – Дорогая Корень, можете ли вы излить мне душу? – резкая перемена не только настроения удивило Леди и она согласно кивнула. – Будете ли вы с Червом печальны если ваш старший ребёнок умрёт?       От этого даже как-то стало легко на душе. – Я буду очень печальна, но ещё печальнее будет ваш брат. Поэтому умерьте свою ревность и давайте понаблюдаем издалека, как-никак этот роман не продлиться долго.       Сначала наступил день праздника, на котором две правительницы узнали имя малыша, а именно Нова. Гримм также почтил их своим присутствием на один танец, после чего покинул мероприятие ссылаясь на боль в ноге. После Червь поздравил короля Кошмаров с полным выздоровлением, а это значило что они скоро уедут. Призрак обиделся что его первые и единственный друг уезжает и сбежал. Как сказал Эпл: «Опять он отправился валяться в грязи стоков.»       И вот после их чаепития прошло лишь десять дней и труппа покинула Халоунест возобновив свои гастроли. Только вот королевская семья узнала о том что их младший ребёнок сбежал с труппой лишь через пару дней, когда мрачный караван скрылся достаточно далеко что бы отправлять погоню. - Десять лет. – такой срок дал Халоу на путешествие труппы, тогда Призрак вернётся и расскажет обо всех королевствах в которых побывает. А потом Корень может его хоть в темницу кинуть что бы больше не сбегал.