Я никому тебя не отдам

В течение следующих дней они проводили разведку. Лаборатория располагалась в заброшенной казарме Монетной Стражи. По слухам, под этим зданием находились обширные катакомбы, образованные естественными пещерами, и расширенные человеческой рукой. Видимо, из-за наличия этих подземелий, Стражу и выселили в новое здание, а старое — отдали Асили, чтобы у того было больше места для его исследований. Лаборатория была окружена высоким каменным забором, а ворота денно и нощно надежно охранялись. Курт хотел было по-свойски потолковать со стражниками, но получил от ворот поворот. — Они не из Монетной Стражи, лишь носят их форму, — сообщил он вечером. — Скорее всего — личные гвардейцы Бурхана. Я здесь ничего поделать не могу. — Как же нам пробраться внутрь? — спросила Эвелина. — Я тут поговорил со своими, — отозвался Васко. — Наша территория в порту граничит со стеной лаборатории. Мы можем сделать подкоп… ну, или взорвать часть стены — как вам будет угодно. — Подкоп — хорошая идея! — одобрил Курт. — Я бы предпочла взорвать все к чертям, но тут вынуждена с тобой согласиться, — заявила Альфра.

***

Подготовка подземного хода заняла несколько дней. Эвелина наняла нескольких портовых рабочих, они копали по ночам, а Васко следил за ходом работ. Альфра подняла свои старые связи и собирала сведения об Асили и его экспериментах. Курт и Эвелина следили за лабораторией, нарядившись в просторные рубахи и широкие шаровары, чтобы сойти за жителей Хикмета. Курт повязал голову чалмой, которая постоянно разматывалась и лезла ему в глаза, а Эвелина накинула на волосы платок, закрывающий лицо, чтобы ее метка не бросалась в глаза. Они забирались на строительные леса или на крышу казармы Монетной Стражи, и оттуда наблюдали за тем, что творилось внутри стены. Наконец, все было готово. Подземный ход выходил в дальний угол внутреннего двора, куда редко заглядывала стража, и был надежно скрыт густыми зарослями. Друзья дождались темноты и под покровом ночи пробрались на запретную территорию. По периметру время от времени прохаживались часовые, но Эвелине и ее спутникам удалось пробраться в здание лаборатории, не поднимая тревоги. Похоже, внутри никого не было, и это играло им на руку. Они осторожно пошли по длинному коридору с гладкими стенами, выкрашенными в белый цвет. По обе стороны от них находились многочисленные двери. Альфра мельком осматривала закрепленные на них бронзовые таблички. — «Архив». Похоже, нам сюда, — наконец сказала она. Эвелина взломала замок и они вошли в высокое просторное помещение, вдоль стен которого возвышались полки, доверху заполненные многочисленными документами. Васко, Альфра и Эвелина подошли к одному из шкафов и принялись торопливо просматривать записи. Курт остановился поодаль и внимательно оглядывался по сторонам, оценивая окружающую обстановку. Внезапно раздался громкий лязг, и сверху резко опустилась решетка, разделяя комнату на две части. Эвелина, Васко и Альфра оказались запертыми у стены, а Курт остался отрезанным от них в другой половине помещения. — Проклятье! Что происходит! — вскричали друзья и бросились к перегородке. Она простиралась от стены до стены и от пола, до потолка. Толстая стальная сетка была настолько густой, что не позволяла даже просунуть сквозь нее руку. Вдруг откуда-то с потолочных балок в комнату спрыгнул мужчина, с ног до головы закутанный в черный плащ. Он коснулся рукой пола, затем выпрямился, медленно поднял голову и осмотрел присутствующих. — Леди де Сарде! Какая встреча! — Саид? — глаза Эвелины расширились от изумления. — Что ты здесь делаешь? Саид, а это был именно он, насмешливо взглянул на нее бездонными черными глазами и ослепительно улыбнулся, а затем перевел взор на ее спутников. — Альфра, рад тебя видеть! Капитан Васко, мое почтение! — он повернулся к наемнику. — Барон дю Плесси де Помпадур де Тревельян де Табуретт, он же — Курт, он же — сын полковой шлюхи! Это я должен спросить у вас, что ВЫ здесь делаете? Незаконное проникновение на частную территорию… Ай-ай-ай! Как нехорошо получилось! — Открой решетку, мразь! — процедил Курт и потянулся за пистолетом. Саид резко распахнул плащ. Его грудь крест-накрест пересекали широкие ленты, на которых были закреплены метательные ножи. Он выхватил один из них и метнул в Курта. Лезвие ударилось о его грудь и застряло в клепаной коже кирасы. Курт выдернул кинжал и швырнул обратно. Убийца чуть отклонился, поднял руку и поймал нож между указательным и средним пальцем. Он насмешливо ухмыльнулся. Курт вновь потянулся за пистолетом, но в этот момент раздался резкий свист, и два кинжала почти одновременно прошили его левое и правое плечо, пригвождая его к стене. Курт ошеломленно уставился на Саида. Тот с ядовитой усмешкой достал следующий нож и прицелился ему между глаз. Он неспешно размахнулся… — Нет! — Эвелина выхватила пистолет и выстрелила в убийцу сквозь решетку. Она промахнулась, но его рука дрогнула, и кинжал просвистел в миллиметре от виска жертвы. Альфра и Васко тоже открыли беспорядочную стрельбу. Саид высоко подпрыгнул, совершив обратное сальто, и скрылся где-то за перегородками. Курт, морщась от боли, выдернул кинжалы. Кровь заструилась из ран, пропитывая стеганые рукава. Он снял наплечники, вытащил тонкие кожаные ремешки, крепящие их к броне, и перевязал ими плечи выше места ранения. Зубами он затянул ремни потуже, чтобы остановить кровотечение. — Проклятье, что это было? — спросил он у своих друзей. — Курт, дай мне кинжалы, я попытаюсь проверить, не отравлены ли они, — севшим от волнения голосом произнесла Альфра. Эвелина вскрикнула от ужаса. — Блядь, только этого еще не хватало! — выругался Курт. — Ну и приятели у тебя, Альфра! Он протянул ей кинжалы. Она покрутила их в руках, осторожно держа за рукоять, чтобы не пораниться об острые лезвия. — Он мне не приятель… Но я, кажется, догадываюсь… — О чем? — спросил Васко. — Черные ассасины! — сказала натуралистка. — Кто? — переспросил Курт. — Тайная секта наемных убийц! Никто толком ничего не знает, но о них ходит множество слухов… Думаю, его нанял Бурхан. — Зачем? — удивилась Эвелина. — Наверное, чтобы охранять его секреты, — предположила Альфра. — А к чему тогда этот цирк с цветами и подарками? — спросил Курт. — Не знаю. Но если мы хотим это выяснить, надо выбираться отсюда! — Легко сказать, но как? — промолвил Васко. — Осмотрите решетку, а я пока поищу запирающий механизм, — предложил Курт. Он окинул взглядом помещение, но не нашел ничего подозрительного. Затем он подошел к тому месту, откуда появился Саид, и поднял глаза. Прямо над головой нависало густое переплетение балок и труб, а сам потолок уходил куда-то выше. Курт подпрыгнул, уцепился за поперечину, подтянулся и залез на нее. Он увидел небольшой уступ, на котором находилось приспособление, по всей видимости, запирающее решетку. Курт внимательно осмотрел его. На поверхности механизма виднелась пустая замочная скважина и несколько рычажков. Он подвигал их туда-сюда — безрезультатно. — Нужен ключ, а он наверняка у этого упыря! — сказал он себе. В стене ниши виднелось вентиляционное отверстие, через которое Саид и сбежал. Курт посветил вовнутрь фонарем. Узкий лаз терялся во тьме. Нечего и думать о том, чтобы туда забраться — он непременно там застрянет. Он спрыгнул вниз и подошел к своим друзьям. — Что тут у вас? — Пока ничего! Мы не можем ни поднять решетку, ни отодвинуть ее, — доложил Васко. Курт попытался приподнять сетку — безрезультатно. — Придется ловить этого черного принца, — пробормотал он. — Гринблад, нужно тщательнее выбирать себе хахалей! — Тебя забыла спросить! — вяло огрызнулась та. Из кабинета вел лишь один выход, если не считать лаза наверху. Курт медленно пошел по коридору, держа наготове пистолет и настороженно прислушиваясь к каждому шороху. Слева и справа располагались ряды дверей. Курт аккуратно приоткрывал их, быстро прятался за стену, чтобы избежать возможной атаки, затем осторожно заглядывал внутрь, держа ствол перед собой. Комнаты были пусты, никаких следов Саида не наблюдалось. — Где же ты, мудак? — пробормотал Курт и вдруг услышал слабый шорох у себя над головой. Он вскинул пистолет и выстрелил в потолок, быстро перезарядил и еще раз выстрелил. Пули пробили в кровле аккуратные дырки, а сверху посыпалась штукатурка. — Покажись, мразь! — крикнул Курт и тщательно прислушался. Ему показалось, что звук переместился по направлению к одной из дверей. Он распахнул ее и увидел просторный кабинет. Пространство в центре было свободно, а периметр был заставлен столами и шкафами с различным оборудованием. Курт перезарядил пистолет и вошел в помещение, настороженно озираясь по сторонам. За спиной послышался шум. Он резко оглянулся и увидел, как Саид спрыгивает откуда-то сверху. Курт выстрелил, но тот легко откатился в сторону, и пуля прошла мимо. Убийца ухмыльнулся и достал из-за спины два кривых меча. Курт выхватил двуручник и выставил его острием вперед. Противники встали в боевую стойку, пристально глядя друг другу в глаза. Саид стоял в вполоборота, выставив один меч перед собой, а второй — отведя назад. Оба острия нацелились на Курта. Неспешный круг приставным шагом, почти не отрывая ног от земли. Примеряясь, оценивая соперника, как два андрига перед дракой. Взмах мечей. Курт отбил атаку одного клинка — сверху, снизу! Второго — сверху, снизу! Враг завел дикий танец, лезвия молниеносно замельтешили вокруг него! Курт подхватил бешеный ритм! Присел. Уклонился. Подставил двуруч. Мечи мелькали как ножницы — скрещивались, расходились в разные стороны. Курт крепче сжал рукоять! Отбить удар! Главное — не подпускать врага близко! Нужно использовать длину меча - это его преимущество! Клинок пролетел по кругу параллельно земле! Курт едва успел пригнуться. Лезвие прошло над головой, волосы на затылке встали дыбом от потока воздуха. Курт выпрямился, развернулся, широко взмахнул мечом. Враг увернулся. Курт попытался пнуть его в живот, но тот резко отпрыгнул назад. - Сука! Круговой взмах чуть не снес Курту голову, тот едва успел прогнуться. Клинок просвистел над его носом! «Блядь! Чуть не упал!» Саид наседал! Мечи свистели с бешеной скоростью. Курт быстро вращал клинок, отбивая им удары. Он уставал, из-под жгутов засочилась кровь. «Двуруч, сука, тяжелый!» Но враг тоже выдыхался, терял выдержку. Взмахи стали резкими, движения – рваными. Он хотел поскорее завершить бой. Саид сделал резкий выпад! Курт присел, выпрямился, повернулся и широко размахнулся. Враг отбил клинок и контратаковал. Курт резко отпрянул и потерял равновесие. Падая, он оперся ладонью о землю, перекинул ноги через голову и снова встал на ноги. Враг широко взмахнул мечами. Курт схватил свой двуручник одной рукой и отбил им атаку, а второй рукой перехватил запястье Саида и вывернул ему кисть вынуждая его повернуться задом! Затем он пнул врага под колени, и ударил его ногой в спину! Тот упал навзничь. Он попытался встать, но Курт быстро вонзил в него двуручник и провернул рукоять, наматывая внутренности на клинок, затем резко выдернул меч, отшатываясь от брызнувшей крови. - Готов! Курт ногой перевернул Саида на спину. Его тело все еще конвульсивно подрагивало, а в широко раскрытых глазах навеки застыло выражение крайнего изумления. Курт презрительно сплюнул. — Не ожидал, сученыш, что и на твою хитрую жопу найдется хрен с резьбой? Он расстегнул небольшую сумку на поясе убийцы и нашел в ней связку ключей и письмо, написанное на плотной дорогой бумаге. Курт пробежал послание глазами и сунул его в карман. Затем он вернулся в комнату, где были заперты его спутники. — Слава Озаренному, ты жив! — выдохнула Альфра, когда увидела, как он входит. — Мы слышали звуки боя. Ты нашел его? — поинтересовался Васко. — Да. Гаденыш сдох. Пойду гляну, что там с механизмом, — ответил Курт и обратился к Эвелине. — На, вот, почитай! Он скрутил в трубочку найденное у Саида письмо и просунул его сквозь решетку. Эвелина развернула послание и узнала почерк наместника Бурхана. По мере прочтения ее лицо заливалось бордовой краской. «Саид, о услада моих чресел! Де Сарде приняла приглашение на бал. Действуй по заранее утвержденному плану. Когда эта глупая курица станет твоей любовницей — мы сможем поближе подобраться к Орсею. Зная твои способности — это произойдет очень быстро! Денег на подарки не жалей! Доложи о результатах! Твой сладенький Бур-Бур!» — Что там? Что там? — полюбопытствовала Альфра, заглядывая ей через плечо. — Ничего! — Эвелина торопливо сунула послание в поясную сумку. Ей стало ужасно стыдно и обидно. Негодяй! Да как он посмел! Это она-то глупая курица?.. Ну, а кто? Пошла за этим самоуверенным мерзавцем как покорная овца на заклание! Курила кальян, пила вино — а туда явно было что-то подмешано! Если бы в последний момент перед глазами не встало лицо Курта, то Саид вполне мог бы добиться своей цели. А там — неизвестно, чего бы они с Бурханом от нее захотели… Вот идиотка! Купилась на красивую обертку и чуть было не изменила… не Александру… Курту. Тем временем, Курт сунул ключ в замочную скважину механизма и дернул рычажок. Стены чуть вздрогнули от глухого гудения, и решетка с тяжелым скрежетом поднялась, выпуская пленников на свободу. Он спрыгнул вниз и подошел к своим товарищам. Эвелина украдкой взглянула на него. Ей было ужасно стыдно. Она вела себя с ним как капризная маленькая девочка, дерзила и грубила, а ведь он оказался прав. Он всегда оказывался прав, а она не хотела этого признавать. И как он только до сих пор ее терпит? Рукава его стеганки были пропитаны кровью. Альфра сообщила, что на первый взгляд метательные ножи Саида не выглядели отравленными, но она должна провести химический анализ, чтобы выяснить это наверняка. — А вообще, будь они отравлены, ты бы давно уже корчился на полу, выблевывая свои внутренности, — успокоила натуралистка. — Ну, охренеть теперь! — проворчал Курт. — Пока ты гонялся за тенью, мы тут кое-что обнаружили, — похвастался Васко. — Да ну? — поднял брови Курт. — Мы нашли описание свойств одного растения. Название говорить не буду, вы его все равно не запомните, только зря сломаю себе язык, — заявила Альфра. — Оно встречается на острове очень редко, растет где-то высоко в горах. — И? — В общем, результаты очень многообещающие. Согласно этим записям, если смешать экстракт этого растения с кровью on ol menawi, то полученным раствором можно исцелить малихор! Курт недоверчиво уставился на нее. — Серьезно? Альфра слегка смутилась. — Пока это только предварительные результаты, полученные на одном пациенте. Чтобы доказать теорию, нужно провести множество протокольных испытаний, сравнить с контрольной группой, исключить эффект плацебо, опубликовать несколько статей в научных журналах, сделать доклады на международных конференциях, защитить диссертацию… — К черту! — перебил Курт. — Если это работает, то мы этим воспользуемся! — Да, но есть одна загвоздка… — протянула натуралистка. — Еще одна? — удивился Курт. — В лаборатории кончился запас этих растений. Нам нужно будет найти их самим! — Найдем! — уверил он. — Что будем делать дальше? — поинтересовался Васко. — Мы не обыскали и малой части лаборатории. А ведь еще есть подземелья… Эвелина взглянула на Курта. Он был бледен, а его рукава насквозь пропитались кровью. — Надо уходить! — сказала она. — Курт ранен. — Хорошая идея! — одобрил тот. — Только нужно сперва избавиться от улик. Я тут в одном кабинете заприметил чан с какой-то едкой жижей. Предлагаю скинуть тушку нашего красавчика туда. — Отлично! Я помогу тебе! — воскликнул навт. Они отправились избавляться от тела Саида, а Альфра с Эвелиной тщательно отмыли кровь со стены и пола, и, как могли, уничтожили остальные следы их проникновения.

***

Эвелина хотела высказать Бурхану в лицо, все, что она думала о его попытке подослать к ней соблазнителя, но, немного поразмыслив, решила этого пока не делать. Во-первых, тогда бы ей пришлось объяснять наместнику, как она оказалась в секретной лаборатории, и куда подевалась «услада его чресел». Во-вторых, письмо, подписанное «твой сладенький Бур-Бур», могло оказаться весьма полезным для его шантажа. Поэтому Эвелина скрыла свое недовольство, а послание заняло законное место в толстой папке компромата, мирно ожидающей своего часа. Друзья вернулись в Новую Серену и принялись готовиться к экспедиции в горы. Раны Курта постепенно заживали, к счастью, кинжалы оказались не отравлены. Альфра днями и ночами рылась в толстых фолиантах, пытаясь как можно больше разузнать о загадочном растении. Тем утром Эвелина вышла во внутренний дворик резиденции срезать немного цветов для своего кабинета. Она услышала размеренный стук топора. В дальнем конце двора Курт рубил дрова для камина. Он был раздет до пояса, а его рубашка висела на заборе. Эвелина воровато оглянулась по сторонам, и, поддавшись внезапному порыву, схватила рубаху и зарылась в нее лицом. Она жадно втянула воздух. Терпкий свежий пот с горькой ноткой диких трав ударил ей в нос. Мужской запах. Запах самца… Огненное вожделение вспыхнуло в ее теле. Колени ослабли, и закружилась голова. Она зажмурилась и с наслаждением вдыхала запах любимого мужчины, не в силах им надышаться. — Гринблад, что ты делаешь? — внезапно раздался над ухом его голос. Она резко распахнула глаза и уставилась на него. Курт стоял рядом и недоуменно глядел на нее. Как он умудрился подкрасться к ней так бесшумно? — Нашла куда сморкаться! Это, вообще-то, моя рубаха! — возмущенно заявил он. Эвелина не слышала его слов, она пожирала его глазами. Разгоряченный, тяжело дышит, лицо раскраснелось, капельки пота блестят на коже. На шее четкая граница загара. Мышцы бугрятся после тяжелой работы. На груди — белые рубцы под жесткими волосами. На боку рваный шрам от пулевой раны. На плечах — заживающие порезы от метательных ножей. Темная дорожка бежит по животу и теряется в штанах… У нее стало мокро между ног, а лицо вспыхнуло жгучим румянцем. Курт протянул ей руку. Она молча дала ему свою. У нее подкосились ноги. Сейчас он ее поцелует… — Эй, Гринблад, ты перегрелась, что ли? Рубашка у тебя в другой руке! Давай ее сюда! Красная от стыда, она протянула ему скомканную рубаху. Курт расправил ее, не нашел на ткани никаких подозрительных следов, и накинул на плечи, с удивлением косясь на Эвелину. Она развернулась и быстро, почти бегом, поспешила в дом. Он проводил ее недоуменным взглядом. «Что это было?»