Flowers

— Он говорит, что видит цветы, доктор Нара. Я думал, что это может быть просто фазой, но… меня это действительно беспокоит, — прозвучал голос Микото через дверь. Они говорили о Саске, в то время как тот сидел возле двери кабинета. Кресло смешно пружинило, когда он отталкивался своими короткими ногами от пола. Он сорвал растущую с подлокотника маргаритку и закрутил её между пальцами, загипнотизированный темным пятном, в которое превратились лепестки. — Сколько лет вашему сыну? — по комнате распространился спокойный и терпеливый голос доктора Нара. Методично шуршала бумага. — Ему исполняется пять лет в этом месяце. — И как долго он видит цветы? — Я не уверена, как долго. Я знала об этом с тех пор, как он начал говорить. — Хорошо, приведите его. — Саске уронил цветок и соскользнул со стула, чтобы встать на пол.

***

Уже через час отец Саске должен был забрать его из школы. Обычно это делала его мать. Но утром, в тот день, когда Саске выходил на улицу, отец остановил его и сказал, что сегодня его заберёт он. Это было все, о чем Саске мог думать до конца дня, он был так взволнован. Но теперь все остальные дети ушли, ну почти все. Остались только Саске и какой-то белокурый ребенок, ну и учитель Ирука, конечно. — Твоя мать собирается забрать тебя сегодня, Саске? — Спросил Ирука. Саске мог сказать, что он хотел вернуться домой. Саске посмотрел на Ируку, а затем посмотрел на светловолосого парня, сидевшего в нескольких футах. Он не выглядел так, будто действительно ждал, когда кто-нибудь придет. Будто он просто убивал время. Саске покачал головой. — Мой отец приедет сегодня. Он должен быть здесь с минуты на минуту. Ирука кивнул и продолжил ждать с двумя оставшимися учениками. Саске стоял в каменной тишине. С каждой минутой вокруг расцветал новый цветок. Двадцать минут спустя, когда друг семьи пришел на место отца, во дворе был целый луг.

***

Играла инструментальная версия «Удивительной благодати», когда сопровождающие подошли один за другим, чтобы попрощаться с братом Саске — Итачи. Микото и Фугаку стояли у гроба, а Саске был рядом с ними. Слёзы Микото текли бесконечно. Лицо Саске в точности отражало лицо его отца, пустое и бесстрастное для случайного наблюдателя. Для Фугаку его лицо было связано с практикой контроля Учихи, его печаль запасена для более частного случая. Но для Саске вместо слёз появились цветы на земле, на скамьях, на костюмах и платьях присутствующих. Они не останавливались. В его глазах было больше цветов, чем в гробу. Но Саске не волновался, потому что эти цветы тоже были для его брата.

***

— Сколько цветов ты видишь сейчас, Саске? — спросил Доктор Нара. Это всегда было первое, что он спрашивал Саске, когда тот приходил. Саске осмотрел комнату, считая десятки. — Около двухсот, близко к этому. Доктор Нара что-то написал в своем блокноте. — Больше, чем в прошлый раз? — Полагаю, что так. — Почему ты так думаешь? — спросил он. Саске прищурился. Он был уверен, что доктор Нара знал ответ. — Как вы думаете? — вернул вопрос Саске. — Сейчас, сейчас, — доктор Нара махнул рукой в применительно жесте. — Ты хочешь поговорить об этом? Лицо Саске тут же закрылось. Все эмоции были собраны и заложены в маленьком уголке его сознания. Цветок появился на рубашке доктора Нара. Потом ещё и ещё, пока его рубашка не превратилась в клубок сплетенных стеблей с ромашками, нарциссами и розами, торчащими повсюду. Эмоции на его лице исчезли, но они перетекли в его глаза. — Нет, — ответил он. — Я не хочу говорить об этом прямо сейчас. Доктор Нара примерительно улыбнулся и сделал заметку в блокноте.

***

— Привет! Я Наруто, — белокурый парень из класса Учихи протянул руку Саске. Саске не узнал его и продолжал читать книгу, рассеянно крутя цветок между пальцами. — Приве-е-ет. Кто-нибудь есть дома? Когда рука Наруто махнула слишком близко перед его лицом, Саске поднял взгляд и столкнулся с пронзительным взглядом голубых глаз Наруто. — Чего ты хочешь? — Вау! — Наруто немного отступил от резкого тона Саске. — Не нужно откусывать мне голову. Я просто хотел сказать «привет», так как не думаю, что мы когда-либо разговаривали. — Наверное, есть причина для этого, не находишь? Просто оставь меня в покое. — Оставлять людей в покое — одна из тех немногих вещей, что получались у Узумаки хуже всего. Наруто приставал к Саске каждый день; приветствуя его, задавая ему глупые вопросы, находя его за перекусом, солько бы раз Саске не менял место приема пищи. Саске думал, что это раздражает. Но всё это становилось ещё более раздражающим, если Саске пытался опровергнуть достижения Наруто. Вскоре Саске обнаружил, что утром кивает головой на приветствие Наруто, чаще и чаще отвечая на его вопросы, и ждет, пока Наруто не пообедает, прежде чем отправиться в ресторан в тот день. Это было намного проще, чем активно игнорировать Наруто. Иногда Саске даже ловил себя на том, что улыбается чему-то, о чем болтал Наруто. Однажды утром, когда Саске притворялся, что читает из книги, а Наруто без умолку болтал, Саске понял, что с миром что-то не так. Он поднял взгляд от книги, которую в общем-то и не читал. Небо было пустым от всех облаков, что означало жаркий день и быстрое наступление лета. Хотя оттенок был другим, ярче, насыщеннее. То же самое было с травой и деревьями, они были не такими… серыми. Ветер зажег симфонию шелестящих листьев. Масса птиц вылетела из близлежащего леса, потревоженная шелестом. Они добавляли к музыке ветра мелодию взмахов своих крыльев, каждый удар своих крошечных сердец. Был ли мир всегда таким, подумал Саске. Это всегда было так… красиво? Саске посмотрел на Наруто, смеясь над историей, которую он рассказывал. Смех Наруто отозвался эхом в ушах Саске, отскочил от стен школьного здания, а затем был унесен ветром в самые дальние уголки земли. Саске предположил, что мир изменился, потому что он и Наруто были друзьями.

***

— Сколько цветов ты видишь сейчас, Саске? — спросил Доктор Нара. Саске осмотрел коричневый матовый ковер в поисках цветов, посмотрел на уродливый диван с рисунком в сторону комнаты, посмотрел на стол доктора Нара, два шезлонга у дивана, книжную полку, полную различных медицинских книг. — лампа в углу комнаты, которая иногда мерцала, — открытое окно с вздымающимися синими занавесками, выходившее на улицу. Он внимательно осмотрел каждую деталь. Саске был удивлен. Он так привык блокировать цветы из своего видения, что никогда не замечал, когда их количество уменьшалось почти до нуля. — Семь. Я вижу семь цветков. — ответил Саске голосом повным удивления. Доктор Нара поднял бровь. — Всего семь? — Да… — Хм… Ты счастлив? Саске глубоко вздохнул и позволил легкой улыбке появиться на его лице: — Я думаю, да.

***

— Саске? — спросил Наруто и заерзал руками по коленям. Он нервничал. Это заставило Саске почувствовать себя неловко. Цветок появился у ноги Саске. — Хн? — Я… — Наруто сделал паузу, сглотнул и продолжил. — Я переезжаю в Суну. Мир Саске остановился. Сила вращения Земли врезалась в Саске, словно удар в стену со скоростью тысяча миль в час. — Когда? — казалось, он перестал дышать. Когда он почувствовал, что ему удалось сориентироваться, оторваться от стены, отряхнуться, мир снова ускорился. Именно тогда Наруто ответил и перевернул его мир с ног на голову. — Завтра. Боль затопила глаза Саске, а цветы наполнили, казалось, всё пространство вокруг.

***

— Сколько цветов ты видишь сейчас, Саске? Саске медленно осматривал комнату невидящими глазами, не считая. —Слишком много. — Больше чем обычно? — Да. — Почему ты так думаешь? — спросил доктор. — Я не знаю. — Думаю, ты знаешь. Скажи мне. Саске вздохнул. Он не хотел сегодня избегать вопросов. Саске уйдёт отсюда быстрее, если будет подчинятся просьбам доктора. — Мой лучший друг переехал. — Тебе больно из-за этого? — Да, это было больно. Очень. Он не сказал мне до последнего момента! — огрызнулся Саске. — Успокойся. Не нужно воинствовать. Саске глубоко вздохнул. Саске был зол, но цветы, растущие на каждой доступной поверхности, говорили иначе. Каждый цветок, который Наруто уничтожил в то время, когда Саске знал его, возвращался в десятикратном объёме. Саске не мог видеть; его зрение заполняли только цветы. Он не мог дышать. Цветы заняли всё пространство вокруг него и начали расти внутри него. Наполнять желудок, наполнять легкие, закупоривать вены, закрывать трахею, перетекать изо рта, останавливая его сердце на короткое время. Саске заткнул рот рукой и пробился через заросший сад в кабинете доктора Нары к мусорной корзине, чтобы опустошить желудок, избавить свое тело от цветов, мучительной печали. — Они ушли. Итачи… — Лепестки мешали говорить. — Наруто… Доктор Нара был рядом, потирая спину. — Ты все ещё можешь говорить с Наруто. Он ведь только что уехал. — Я не могу. — Почему нет? — Потому что я ушел раньше, чем смог получить его контактную информацию. — Лепестки выдавились из слезных протоков Саске и скатились по его щекам. — Саске. Я хочу, чтобы ты дышал со мной. — нарочито весело сказал доктор Нара и сделал глубокий вдох. Вдох. — Теперь я совсем один. Выдох. — Нет, ты не один. Наруто только что переехал. Ты можешь спросить у школы его номер. Вдох. — Но Итачи… Выдох. — Он был болен, Саске. Ты это знаешь. Люди не могут жить вечно. Вдох. — Но… Выдох. — Саске. Дыши. Вдох. Цветы начали гнить, сливаясь друг с другом, сливаясь в беспорядок зеленой жизни и черной смерти, пока весь беспорядок не испарился в воздухе, оставив позади небольшой сад цветов и чистый запах кабинета доктора Нара. Выдох.

***

— Скажи мне Саске, — доктор Нара наклонился вперед в своем шикарном офисном кресле, — Ты все еще видишь цветы? Если он спросит Саске, какого цвета был ковер в тот момент, Саске не сможет ответить правдиво. Ему придется ответить по памяти. То же самое, если бы он попросил его сказать ему, какого цвета его стол, или его книжная полка, или даже его стул. Все было укрыто цветами. Саске устал. Он устал видеть цветы, устал видеть доктора Нару, устал быть таким грустным всё время. Он знал, что цветы никогда не исчезнут. Они были частью его, как его волосы, его глаза, его кожа. Какой был смысл этих визитов? Он ничего не мог поделать с цветами. Ему просто придется с этим справиться. Эта комната, эти посещения, они были просто напоминанием о плохих вещах. Саске хотел быть свободным. Саске посмотрел прямо в глаза доктору Наре: — Нет, я их больше не вижу.