Глава 7
27 октября 2019 г., 23:08
Юнги бежит по коридору больницы, сворачивая то в одну сторону, то в другую. По пути он случайно задевал кого-то из людей, порой не замечая, потому что голова забита совсем другими мыслями. Он надеялся и молился, чтобы с его матерью было всё не так серьёзно, как сказал доктор.
Это единственный родной человек, который остался у Мина, и он очень любит маму, хоть и ему сложно показать это, он просто не умел, но всячески пытался элементарно помогать деньгами, чтобы та ни в чём себе не отказывала.
И вот наконец Юн добежал до кабинета, который указала медсестра в приёмной. Кое-как восстановив дыхание, он постучался и приоткрыл дверь, услышав тихое «входите», зашёл внутрь.
— Я Мин Юнги, вы звонили мне насчёт моей мамы. Как она? — говорил Юн чуть взволнованным голосом, хотя сердце в этот момент готово было разорваться от переживания.
— Ох, к сожалению, госпожа Мин в очень тяжёлом состоянии. Если говорить простыми словами, то у неё нарушение работы сердечной мышцы и это требует хирургического вмешательства. Операция очень дорогостоящая и сложная, но провести мы её готовы. Необходимо ваше согласие, и чем скорее вы его дадите, тем выше вероятность положительного результата операции. — вздохнув, говорил врач с сочувствием в голосе.
— Какова стоимость операции? — тихим голосом спросил Юнги спустя минуту молчания, после чего мужчина протянул ему листочек с числом. — Я дам согласие на операцию, мне нужно подписать бумаги, верно? — подумав, сказал Мин.
— Да, подойдите к посту медсестры, и там вам всё скажут. — ответил доктор.
— А сейчас к маме можно? — спросил он.
— Да, но скорее всего она спит из-за введённый ей препаратов. Вы можете пройти в палату 206 на третьем этаже. Всего доброго.
— Спасибо, до свидания.
Юнги в подавленном состоянии вышел из кабинета. Сумма, которую нужно заплатить слишком высока и даже всех денег, которые сейчас есть у него не хватит на эту операцию, но и отказаться он не мог, зная, что от этого зависит жизнь его матери.
Мин медленно шёл по коридору, а потом и по лестнице, а когда дошёл до нужной палаты, то остановился. Он боялся зайти и увидеть свою маму в таком состоянии, обвинял себя в том, что недостаточно заботился о ней, не уделял должного внимания и вообще он просто ужасный сын.
Набравшись смелости, Юнги всё-таки опустил ручку двери, зайдя внутрь палаты. Сама комната выглядела совершенно обычно: кровать, две тумбочки, слева от них большое окно, а справа кресло и много медицинских приборов.
Юн снял очки, ведь его мама не любит, когда он прячется за ними, она всегда старалась показать сыну, что его уникальность лишь украшает его, делает особенным. Хоть у неё это и не вышло, но она стала одним из немногих людей, перед которыми Юнги может быть самим собой.
Парень подошёл к кровати и присел возле неё на стульчик. Аккуратно взяв руку матери, он приложил её к своей щеке.
— Мама… я здесь… Мы так давно не виделись, прости… Это моя вина. Мам, только поправляйся поскорее, ладно? Я всё для этого сделаю. — его голос периодически прерывался, так как говорить было трудно, видя мать в таком состоянии. — Прости…
Юнги сидел ещё очень долго, не замечая, как на улице начало темнеть, да и вообще он так устал за последнии дни, что не заметил, как уснул, так и сидя рядом с матерью, не выпуская её руки из своих.
Вдруг сквозь сон он почувствовал лёгкое прикосновение к его лицу, а потом и волосам. Он понял, что мама пришла в себя, но показывать то, что он проснулся не хотел. Ему так не хватало её таких прикосновений, они напоминали ему детство, такое беззаботное и полное радости, когда его мать вот так перебирала пряди волос и оставляла невесомые прикосновения на лице, любуясь спящим сыном. Тогда Мин был совершенно обычным ребёнком без всяких комплексов, тогда он даже не задумывался о том, что с ним что-то может быть не так.
Юнги медленно открыл глаза, но вставать не собирался, он просто лежал и смотрел на улыбающуюся ему маму.
— Мам… — тихо произнёс Юнги.
— Да, сынок. — ответила ласково женщина.
— Прости меня, мам.
— Ты ничего плохого не сделал, чтобы извиняться сейчас. — она продолжала перебирать непослушные волосы Мина.
— Это я виноват. Ты скучаешь по мне, а я только отталкиваю тебя. Прости. — сказал он, выпрямившись и сев поудобнее на стуле.
— Главное, чтобы ты был в порядке.
— Почему не сказала, что болеешь?
— Не хотела мешать тебе. Уверена, у тебя и так много проблем, а тут я ещё.
— Что за глупости… — тихо сказал Юнги, опустив голову, чтобы мать не видела его слёз.
— Юнги, не плачь. Моё сердце так болит, когда я вижу твои слёзы. Всё будет хорошо, я обещаю тебе. — улыбнулась женщина.
Юнги посидел с ней ещё некоторое время, пока она не уснула. После этого он снова надел свои очки и вышел из больницы.
На улице уже давно темно, а дороги освещают тысячи фонарей. Свет в окнах домов постепенно гаснет и город погружается в сон. Мин продолжает шагать по тротуару. Как-то даже странно осознавать, что домой идти совершенно не хочется. Здесь и сейчас он чувствует свободу, и этот лёгкий прохладный ветерок приятно скользит по лицу.
Однако вопрос «где достать деньги на операцию?» не оставляет мысли. Найти ещё одну работу не вариант, так как сумма нужна большая и сразу, на новую песню нужно кучу времени, одолжить столько он не может ни у кого. И что же делать?
Кажется, остаётся только один выход и ради этого придётся переступить через себя, свои страхи.
— Джин, прости, что так поздно. Хотел сказать, что бы ты не отклонял предложение того мужчины. Я сыграю на его празднике. — сказал Мин, позвонив другу.
— Ю-юнги, ты серьёзно? С тобой всё в порядке? — сонным голосом ответил Ким.
— Я тебе всё потом объясню. Спи, не переживай за меня. Скинь только адрес и время смской. Спокойной ночи. — сказал Юн и отключился.
К этому времени Юнги дошёл до своего дома. Он посмотрел на небо, которое было украшено звёздами, а потом, вздохнув, зашёл в подъезд. Лифт ехал чертовски медленно. Сейчас парню хотелось просто плюхнуться в кровать и спокойно заснуть, забыв обо всех проблемах, которые ему предстоит преодолеть.
Но всё-таки перед сном он решил принять душ. Тёплая вода тонкими струйками нежно стекала вниз от ключиц по подтянутому торсу, расслабляя тело. С чёлки на лицо маленькими горошинками падали капельки воды, стекая по скулам. В этот момент в голове Юнги пустота, просто ничего, он подумает обо всё завтра, а сейчас парень наслаждается моментом, пока это возможно.
И вот Мин касается головой мягкой подушки, зарывается в лёгкое невесомое одеяло, будто защищаясь ото всех и в скором времени проваливается в сон.
***
Юнги стоит на пешеходном переходе. Вокруг много людей и проезжающих мимо машин. Это обычное утро понедельника, когда все спешат на работу или учёбу. Парочка студентов стоит и что-то бурно обсуждает, улыбаясь и смеясь. Девушка листает ленту в социальной сети, слушая музыку. Все заняты своими делами и следуют своему привычному ритму жизни. Один Юнги чувствует себя не на своём месте и не в то время. Вдруг он видит знакомую фигуру на противоположной стороне. Этот человек тоже замечает Мина и с широкой улыбкой машет рукой. Кто-то такой знакомый и близкий, но лица не рассмотреть. В глазах будто пелена, не дающая возможность чётко видеть. Спустя некоторое время на светофоре наконец-то загорается зелёный свет. Но почему все люди стоят? Один тот паренёк бежит через дорогу навстречу Юну, крича «Хён». И от этого голоса идут мурашки, а душа медленно наполняется светом и теплом. Однако всё прерывается в один миг. Когда парню остаётся всего пару шагов до тротуара, из-за поворота вдруг появляется машина и сбивает того с ног. В этот момент, будто доступ к кислороду был перекрыт. Воздуха мало того не хватает, его просто нет. В глазах всё расплывается, он видит лишь суету, людей, столпившихся вокруг окровавленного и безжизненного тела. Крики женщин и сирены машины скорой помощи смешались в одно. Сейчас словно тысяча тонких лезвий пронзили тело. Юнги вскакивает с кровати в холодном поту, с тяжёлой отдышкой и ужасом в глазах. Он с облегчением понимает, что это был всего лишь сон. Обычно ему редко что-то снится, а если и снится, то что-то подобное обязательно случится в реальной жизни. От этого Юн и не мог долго отойти, ведь это жуть как пугает. На часах 5.40, а за окном восходит солнце, окрашивая небо в пламенно-розовый цвет. Заснуть уже в любом случае не получится, поэтому было принято решение встать. Мин умылся и привёл себя в порядок. На кухне налил себе кофе и сделал тосты с его любимым персиковым вареньем. После завтрака он и вовсе забыл об этом сне и занимался своими делами. А около одиннадцати часов пришёл Джин и замучал вопросами, после чего Юн не выдержал и всё рассказал. — Оу, Юнги, я бы помог, да вот только… — начал говорить Ким, но Мин перебил. — Не стоит, я бы в любом случае не принял такую сумму, даже если бы она и была. Но… тот мужчина правда заплатит столько лишь за игру на фортепиано? — спросил Юнги. — Ещё до твоего ночного звонка, я позвонил ему и передал, что ты отказываешься, и тогда он предложил ещё большую сумму. На этом вечере будут какие-то особые гости, которые ценят искусство, а в особенности музыку. Ты довольно известен и разносторонен в этом плане, поэтому он очень хочет, чтобы именно ты сыграл там. Сегодня утром я позвонил ему и сказал, что ты согласен. — объяснил Джин. — Ладно… — ответил Юн. — Но… ты точно будешь в порядке? Там будет очень много народу. — У меня нет выбора. Иначе моей маме не сделают операцию. Я должен, это ради неё… — Ох, надеюсь, что всё пройдёт гладко. Какое-то у меня плохое предчувствие. — вздохнул Ким. — Не переживай, всё будет нормально, я справлюсь. — сказал Юнги, хотя сам был в этом не совсем уверен.***
Во второй половине дня Мину позвонил Чимин, и они, поболтав немного, хотя это только им показалось, что немного, а на самом деле около часа, договорились о встрече возле пекарни, чтобы заодно и перекусить. И вот Юнги уже стоит собранный в коридоре и обувается, также не забывая о незаменимом аксессуаре, закрывающем его глаза. На улице сегодня хорошая погода и самое подходящее время для прогулок. Тем более Юну не помешает развеяться перед завтрашним вечером, где ему придётся преодолеть все свои страхи. Он стоит на пешеходном переходе, на светофоре горит красный. И что-то неприятно щемит в груди. И тут узнаёт тех студентов, весело общающихся друг с другом и ту девушку, с наушниками в ушах. А потом Мин в страхе переводит взгляд на противоположную сторону пешеходного перехода и пугается, видя парня, машущего ему рукой. Только на этот раз он чётко может разглядеть его идеальные черты лица и такую тёплую искреннюю улыбку. Это без сомнений Чимин. Перед глазами так чётко проносится момент, когда Юнги протискивается сквозь толпу и видит Пака, лежащего на холодной земле. Его лицо бледное, а губы потеряли тот живой розовый оттенок. На лице и руках множество царапин, а тёмный асфальт в районе головы начинает приобретать ярко-красный оттенок. Паника охватывает изнутри. Юнги понимает, что видит то, что происходило во сне сегодня ночью. И вдруг осознаёт, что если сейчас с этим человеком что-то случится, то он просто не переживёт этого. Чим, словно лучик света в его тёмной жизни. За то небольшое количество времени, в которое они виделись, Юн был счастливее, чем за всю его жизнь. Этот человек стал слишком дорог. Загорается зелёный свет. Он будто сигнал для Мина, ведь он, совершенно не оценивая свои действия, срывается с места и сломя голову бежит через дорогу. А Чимин, видя это, просто стоит как вкопанный, не понимая что произошло с Юном, ведь тот никогда себя так не вёл. И вот за считанные секунды Юнги налетает на Пака и обнимает его. Чим всё ещё в ступоре от этого, ведь они и не настолько близки, но улыбка сама собой появляется на лице, сердце начинает взволнованно набирать темп, а руки обвивают талию парня в ответ. До Юна всё, что он только что сделал доходит не сразу, но когда он всё же осознаёт, то хочет отстраниться, но чувствует маленькие ладони на своей спине, поэтому не делает этого. В этот момент оба парня чувствуют что-то необъяснимое и новое для них самих. Но это не что-нибудь отталкивающее, а совершенно наоборот. В душе Чимина порхают бабочки, а Юнги чувствует спокойствие и тепло, что совершенно не свойственно его жизни. Возможно, это начало чего-то нового?
