Моя любовь в твоих глазах

Время течёт быстро, иногда кажется, будто какой-то неизвестный нам постоянно подталкивает и торопит его. Так, не успеваешь оглянуться как пролетают недели, месяцы и года, а что уж говорить об одном часу. Чимин вынужден попрощаться с матерью Юнги, так как если он и в этот день прогуляет универ, то определённо наткнётся на проблемы. Поэтому сейчас он, выйдя из палаты, быстрым шагом направляется к выходу, тем временем как Юн решил ещё побыть здесь. — Мам, спасибо. — сказал Мин. — Да брось. Он очень очаровательный и приятный мальчик. А как смотрит на тебя? Будто ты — это весь его мир. Главное, что ты счастлив, сынок, тогда и моё сердце спокойно. — улыбаясь говорила женщина. — Я безумно люблю тебя и рад, что ты у меня есть. — сказал парень, но его взгляд периодически падал на дверь. — Юнги, я немного устала и хотела бы поспать. Мать всегда чувствует своего ребёнка, как и сейчас прекрасно видит, что Юнги уже как будто не здесь, после ухода Чимина, и она понимает его, ведь сама когда-то любила до потери пульса. И Мин был ей за это безумно благодарен. Он поцеловал её в щёчку и, попрощавшись, выбежал вслед за Чимом. К счастью, Пак не успел далеко уйти и Юн смог догнать его. Он стоял у выхода из больницы и по всей видимости ждал такси, так как на автобусе слишком долго. Парень смотрел куда-то вдаль, задумавшись о чём-то, изредка на лице появлялась маленькая, но такая тёплая и родная улыбка. Иногда Чим съёживался от холодного ветра, который то и дело усиливался, он утыкался в свой порой кажущийся нелепым красный огромный и мягкий шарф, который однако ему безумно шёл. И эта картина заставила Юнги улыбнуться. Он подошёл к парню со спины и обнял, положив свои тёплые ладони на вечно мёрзнущие руки Чимина, тем самым согревая. — Тебя подвести? — тихо и нежно спросил Мин, а Пак сначала вздрогнул от неожиданности, но почувствовав родной запах и услышав любимый голос, расслабился. — Давай, но почему не остался с мамой? — спросил Чим. — Она устала, и ей действительно нужно отдохнуть, поэтому решил пойти за тобой. Ты чего тут стоишь, мёрзнешь? Не руки, а ледышки. — последнюю фразу он сказал немного ворчливым, но в то же время обеспокоенным и заботливым тоном. — Такси жду, я немного опаздываю, на транспорте не успею к началу пары. — ответил он. — Садись, так быстро тебя ни одно такси не доставит. — усмехнулся Мин, открывая дверь машины. И да, действительно, доехали они меньше чем за десять минут. Чимин как раз успевал к началу занятия. Поцеловав Юна и кое-как переборов желание остаться с ними, забежал в здание университета. А Юнги поехал домой, где сел за новую песню, на написание которой его вдохновил тот парень в красном шарфе и чьи губы такие бархатные и любимые. Пак прибегает к аудитории, обгоняя профессора и успевая до его прихода. Он было хотел порадоваться этому, но, увидев друга, внешний вид которого был не самым лучшим, сразу же позабыл обо всём и переключился на него. — Привет, Тэ, ты как? Что-то плохо выглядишь. — спросил Чимин, сев рядом. — Ничего серьёзного, просто задумался. — ответил совершенно неубедительно он. — Это ведь… из-за Чонгука, да? — аккуратно задал вопрос Чим, а тот, услышав это имя, замер и, кажется, даже дышать перестал. — Он… просто мы… Давай после пары поговорим, сейчас занятие начнётся. — перевёл тему Ким, а Пак согласился только из-за того, что зашёл преподаватель и начал что-то объяснять. Как ни старался Чимин вникнуть в тему занятия, у него всё равно не выходило. Он сильно переживал за Тэхёна, который словом тоже лишь с виду выглядел сосредоточенным, а на самом деле думал совершенно о другом, а именно о них с Гуком, о том, как жить дальше. Это состояние друга не укрылось от Чима, и он обязательно позже поговорит с ним, хотя уже знает причину. На удивление пара закончилась достаточно быстро. Парни вышли из аудитории и встали возле окна с широким подоконником, где обычно и любили сидеть. Чимин не стал ничего говорить или спрашивать, он дал время Тэхёну, чтобы тот смог собраться с мыслями и рассказать. Через несколько минут молчания Тэ всё же начал. — Знаешь, мне всегда нравились девушки, я встречался с ними, но… никогда не было в их глазах того огонька как у него, такого голоса, пробирающего до самого сердца, как у него, такого смеха как у него. Ничего… И теперь я не знаю как жить без этого человека, Чим. Он просто сказал, что это ошибка и что я не нужен ему. Но как быть мне? Чонгук мой мир, моя жизнь, мой кислород, без которого никак. Я сам виноват, привязался к нему слишком сильно. — объяснил Тэхён, а на щеках появлялись мокрые дорожки, которые оставляли слёзы. — Тэ, иди сюда… — мягко сказал Чим, раскрывая руки для объятий. — Ты ни в чём не виноват, слышишь? Не смей даже и мысли такой допускать. Я всегда рядом, Тэ. Всё будет хорошо, поверь мне. — говорил он, похлопывая друга по спине, а сам думал, что нужно с этим что-то делать. — Спасибо, без тебя было бы вообще невыносимо. Не знаю как жить дальше. — шёпотом сказал Ким. — Мы справимся вместе. После долгого и трудного дня в университете парни решили зайти в кафе. Пак всячески пытался отвлечь друга от плохих мыслей и воспоминаний, рассказывая смешные истории и неловкие ситуации, которые случались с ним. Но всё же иногда замечал этот взгляд полный боли и грусти, даже когда тот улыбался. — Пойдём ко мне? Поиграем в приставку или фильм посмотрим? Комедию как ты любишь, м? — предложил Чим. — Я бы с удовольствием, но мне надо побыть одному, подумать обо всём ещё раз. Мы обязательно соберёмся как-нибудь. Не сегодня, хорошо? — Конечно, только если что-то случится или просто захочется поговорить, то сразу звони, ладно? — ответил Чимин. — Да, тогда пока. Пак проводил Тэхёна взглядом, а потом, допив кофе, вышел из заведения. Конечно же он очень переживал за Тэ, но никак помочь не мог, он обещал Чонгуку не говорить Киму о настоящей причине его поведения, ведь у Чона сейчас тоже не лучшие времена. Из-за погоды, которая, к слову, ухудшилась к вечеру, Чимин предпочёл поехать домой на транспорте, чем идти пешком, как он любит. С каждым днём становилось всё холоднее и холоднее, поэтому нужно скорее доставать вещи потеплее. Когда Чим зашёл в квартиру, то заметил, что как-то подозрительно тихо. Свет горел лишь на кухне и исходил от тускло светящей лампочки на столе. Рядом лежала записка и ключи. Не сложно было догадаться, что Чонгук решил вернуться домой. Так оно и есть. Но это его выбор, Чимин не вправе останавливать друга, но как предостеречь того от совершения ошибки, которую не сможет себе простить Чон? Без Гука стало как-то слишком неуютно. Пак не понимал, как же до этого он жил здесь один. Холод и одиночество так и давят со всех сторон. Эти стены и мебель будто чужие. Хочется тепла, уюта и любимых объятий, поэтому сейчас парень запирает квартиру и направляется к лифту, на котором поднимается на этаж выше. После долгих и бесполезных попыток дозвониться до Юнги, Чим даже было начал волноваться, а не случилось ли чего? Почему Юн не открывает? Пак вспомнил его пароль от замка на двери и без проблем она открылась. Квартира, охваченная в свой плен темнотой, встретила Чимина. Света не было ни в одной комнате, поэтому оставался лишь один вариант. Парень поднялся на второй этаж и пошёл в самую дальнюю и неприметную часть, где как и ожидалось нашёл Мина за работой. Тот даже и ухом не повёл, когда Чим зашёл, а всё потому, что был весь в работе. По всей видимости занят написанием новой песни, которую, к слову, Чимин ждёт с нетерпением. Таким занятым и сосредоточенным Юном можно любоваться вечно, что Пак сейчас и делает, присев на диванчик, стоящий у противоположной от Юнги стены. Его длинные эстетичные пальцы с равномерной скоростью перебирают клавиши на клавиатуре, иногда прерываясь, когда Мин что-то записывал в блокноте или щёлкал мышью. Из наушников была слышна музыка, которая постепенно заволакивала Чимина в царство сна. Юнги сел за работу с того самого момента, как пришёл домой, отвезя Чима в университет. За последнее время его жизнь кардинально изменилась, и всё благодаря одному человечку, появившемуся так внезапно. Эти чувства, которые он испытывает к Паку довольно непросто описать словами, поэтому Юн решил сделать это так, как для него более подходяще. Ноты сами собой складывались в прекрасную мелодию, а слова в единое целое, стоило лишь подумать о Чимине. Посмотрев на часы, Мин приподнял брови. Вот он снова не заметил как пролетело кучу времени. Он всего на минуту отвлёкся и почувствовал неимоверную, но приятную усталость. Сняв наушники, Юнги потянулся, медленно разворачиваясь в кресле. — Пресвятые угодники! — вскрикнул он, но тут же прикрыл рот рукой. На диване в обнимку с одной из мягких игрушек лежал Чимин и по всей видимости давно спал. Для Юна это было большой неожиданностью, ведь он даже не слышал, когда тот вошёл, так как в наушниках безумно громко играла музыка. Взяв плед с подлокотника дивана, Мин накрыл им мирно сопящего парня, а сам у изголовья присел на корточки. Перед ним ангел не иначе. «Как так вышло, что он обратил на меня внимание?» — задавался вопросом Юнги, ведь до сих пор не мог поверить, что этот человек сейчас рядом. Живот предательски заурчал, давая знать, что желудок очень давно пустует и надо наконец что-нибудь съесть. Юн поднялся и хотел было уже пойти, но почувствовал лёгкое прикосновение маленьких пальчиков Чимина, пытающихся захватить руку Мина. — Юнги? — сонными и охрипшим голосом произнёс Пак, на локте приподнимаясь. — Ты куда? Закончил работать? — прочистив горло, спросил он. — Да, прости, что не заметил, как ты вошёл. Ты мог позвать меня и… — Всё в порядке. А… что ты там писал? Это новая песня? Если да, то жду с нетерпением. Я — твой самый главный фанат. — улыбнулся Чим. — Предварительный вариант готов, осталось на свежую голову подкорректировать некоторые нюансы. Ты можешь послушать, если хочешь конечно же. — чуть смущённо предложил Юн. — О, правда? Неужели я первым услышу новую песню Шуги?! — восторженно, почти крича от радости, говорил Пак. — Конечно ты первый, ведь эта песня посвящена тебе. — улыбнувшись сказал Мин, протягивая наушники. Сердце Юнги бешено колотилось. Одна часть его немного переживала, ведь эта песня — практически открытое признание, а вторая безумно хотела, чтобы Чим услышал то, что Юну так сложно сказать словами, но он усердно старается показать. Понравится ли Чимину? Поймёт ли он? Эти вопросы прокручивались в его голове миллионы раз. Но когда спустя время на лице Пака засияла улыбка, а на глазах заблестели маленькие капельки слёз, все его волнения и сомнения разом исчезли. Ещё через минуту Чимин усердно вытирает с лица тоненькие ручейки от слёз счастья. Сняв наушники, он подходит к парню и крепко прижимается к нему, обвивая руками его талию, отмечая для себя, что тот слишком худой, но сейчас мысли совсем не об этом. Песня, которую Пак сейчас услышал поразила и тронула до глубины души. Через рифмованные строки, где слова выстраиваются в цепочку и похожи на полёт бабочек, такие же прекрасные, живые и искренние, исходящие из самого сердца. Конечно же Чим понял абсолютно всё, что хотел сказать ему Мин этой песней, поэтому сейчас так нужно говорит: — Я тоже безумно люблю тебя, Юнги. Ты самый прекрасный парень на свете, и я хочу, чтобы ты помнил это всегда. — говорил Пак. — Значит… тебе понравилась песня? — как-то неуверенно и чуть расстроенно спросил Юн, обнимая в ответ. — Что за вопрос? Конечно. И всё-таки не понимаю, почему ты всё ещё не хочешь выступить перед аудиторией, пусть сначала небольшой, чтобы тебе было легче, а потом я думаю, ты будешь собирать целые стадионы. Ты не представляешь сколько у тебя фанатов, которые так хотят увидеть своего кумира. — У меня были подобные мысли, но я пока не готов к этому, только начал привыкать, однако иногда всё-таки бывает трудно и хочется спрятаться за очками, но я стараюсь. И ты думаешь люди нормально воспримут… это? — спросил Мин, указывая на глаза. — О чём ты? Юнги, ты слышал, что я тебе сказал минуту назад? Ты прекрасен и никакие очки или что-то там ещё тебе не нужны. Поверь мне. — уверял Чим. — Спасибо, как бы я жил без тебя? Хотя это и нельзя было назвать жизнью… — Так, ты небось и не поел ничего за целый день, да? Пошли есть, приготовим что-нибудь вместе? — предложил Чимин, взяв парня за руку. — Да, и правда, так незаметно время летит, когда я за работой. — ответил Юн. Итогом этого дня стали: разгромлённая кухня, не без помощи Чимина; вкусный ужин, а тут уже не без помощи Юнги и два счастливых и по уши влюблённых парня, которым казалось в этот момент, что всё ни по чём.