Лицо Гриффиндора

Странник сидел на кровати, лениво закинув ногу на ногу. Вокруг него то и дело проходил Лис, собирающий вещи, Матушка же нежно перебирала волосы Барона. – Мне вот интересно… Наш босс так просто говорил про убийство министра. Это он серьёзно? В наши планы входит участвовать в этом? Я не думаю, что мне хочется убивать. Я предпочитаю наблюдать за катастрофами, а не создавать их, оказывается, – спокойно сказал Странник, улыбнувшись уголком губ девушке. – Прекрасно понимаю твои чувства, детка, – Лис оскалился, его глаза чуть сузились и стали совсем злыми. – Но чертовка Афина держит нас на коротком поводке. Уверен, вам нахуй не сдался я в образе животного. Про Мать без лоа и говорить нечего – она ведь просто ребёнок, потому что Матушка была с ней с детства. Как и ты лишь неразумное дитя, если лоа из тебя резко выгонят. Поэтому мы просто вынуждены сидеть на привязи, как собачки. Я слышал, что многие пытались получить обещание от таких, как я. Но эта змея обошлась без таких процедур. Мы закончим своё дело здесь, а потом уйдём на покой. Мы станем знатными и не будем ни в чём нуждаться. А ещё мы будем вместе. Разве не в этом счастье? – Ты прав, Локи. Я бы никогда не стал подвергать вас опасности, если вам интересно. Я не знаю, с чего вы вдруг решили обратить на меня внимание. Но вы теперь моя семья. И я никому вас не отдам. Но… Я едва ли смогу убить. Хоть когда-нибудь. Боюсь, я слишком слаб духом для этого, – юноша протянул руки к Лису, тот послушно подошёл и обнял Странника, ласково укусив его за ухо. – Лок, Лок, а это правда, что ты кицунэ? – Что-то вроде, – смущённо пробормотал юноша, уткнувшись Барону в шею. – Я не родился таким, если тебе интересно. Мать помнит, что случилось, в отличие от меня. Я забыл свою жизнь от рождения до того момента, как проснулся совсем один в поле. Сначала я не понял, что произошло. Потом осознал себя как животное и помчался, руководствуясь инстинктами. Мать первая нашла меня и всё пояснила. Оказывается, у меня была сестра и много братьев. Я скрыл от остальных, что ничего не помню. Просто сказал, что, кажется, поглотил эмоции демона и немного изменился. Но иногда мне кажется, что я родился заново. Когда я косячу на заклинаниях – это не из-за того, что я тупой. Просто палочка не слушается меня. Возможно, это из-за того, что я немного и не волшебник вовсе. – Это не так важно, – подала голос Мать. – Всё скоро закончится. И мы не будем привязаны к этому месту. Представляете, как здорово? И вообще, Барон, выпей. Ты такой серьёзный, когда пьяный. Расслабься. Ведь эта кровь не на наших руках. * * * – Слушай, а почему мы идём именно на север от Лондона уже которую неделю? Я задолбался, Ма, – протянул Лис, делая очередной шаг. – Мы останавливаемся в палатках, я не мылся пять дней! И не ел нормально. Да от меня разит так, что у Странника только чудом встаёт, я уверен. И никаких признаков демонического влияния вокруг я просто не ощущаю. Это значит, что нам ещё как минимум день идти. Если ты знаешь место, в которое мы направляемся, почему бы не трансгрессировать прямо сейчас туда? Барон лишь устало качнул головой. Ноги просто отваливались, хотелось устроить привал и никуда больше не идти. Плевать на опасность, у него закончился алкоголь на третий день, и внутренний лоа тихо ныл из-за недостатка подпитки. Ещё и сигары вымокли под дождём… – Я тоже доверяю своему чутью, олух. Завались и иди за мной, если не хочешь сдохнуть в какой-нибудь канаве. Это тебе не милые земли Хогвартса, где все вокруг настолько слепые, что не видят истинную суть такой твари, как ты, – прошипела Матушка. Её припасы тоже закончились, поэтому ругались они очень часто. В середине недели все втроём сцепились друг с другом, не сдерживая сил. Настолько горячо им ещё не было ни в одну из ночей, хотя Лис и вырвал девушке клок волос, а Странник чуть не откусил рыжему ухо. * * * Через сутки Локи объявил, что он начал чувствовать того самого беса и его армию мертвецов. Барон, сначала не понимающий, почему на дело не позвали Афину, осознал: с некромагом может тягаться только некромаг. Ибо то существо, которое достигло успехов в этом искусстве, меняется не только внешне, но и внутренне. Пускать на переговоры с тёмным магом ту, кто ловит демонов и борется с темнотой, – бессмысленно. Забавно, что никто не заметил раньше громадную проблему в виде рогатого качка и его солдат прямо посреди поля. Это было совсем не смешно, но Странник хихикнул немного нервно, обнял Лиса за плечи и притянул к себе Мать. Было так хорошо рядом с ними, так спокойно. Не хотелось шагать на верную смерть и оставлять тот путь, который мог бы привести их к совместной идиллии прямо сейчас. Но другого выбора не было. – Эй, ты, гора мышц. Мы пришли поговорить. Не нападай на нас, выслушай сначала. Я честно не хотел тебя тревожить. Это была случайность, более того, я о ней совсем не помню, – Лис широко улыбнулся, подняв руки вверх. Демон лишь кинул на него презрительный взгляд и отвернулся. – Тебе ведь нафиг не сдался этот мир. Отправляйся к своим, а? Я же освободил тебя. Мы даже подарим тебе один замечательный сувенирчик. Штучки, которые сделала сама Смерть. Классно, а? – Ты ведь суккуб, да? – голос у существа был низким и отвратительным. – Суку… Что? Это ты на меня сейчас обозвался, что ли? – Локи очевидно играл в дурачка и моргал своими невероятно честными глазами. Барон же увидел языки пламени, которые вновь мелькнули между рыжих волос. Видимо, Лис вышел из себя и готовился к битве. Но они не планировали сражаться, вроде. Странник на всякий случай пригнулся, готовясь к прыжку. – Иди за мной, суккуб. Договоримся, – хмыкнул демон и направился к огромному шатру. Юноша повернулся к Страннику и Матери, глядя немного испуганно и вопросительно. Барон ничерта не понимал, но, видимо, от него этого и не требовалось, потому что всё решила девушка: – Иди и побудь хоть немного хорошим мальчиком. Только возвращайся, ладно? Ты не имеешь никакого права нас бросить. Лис как-то нервно дёрнулся, как от удара. На мгновение Страннику он показался зверем, который сидел на цепи. Барон не был убийцей и не чувствовал в себе силы для совершения такого падения, однако ему очень хотелось, чтобы эта грязнокровная шлюха провалилась под землю со своими способностями. – Я обещаю вам вернуться. И клянусь в верности. Давно хотел это сказать. Не знаю, значит ли это так много, как говорится в легендах. Но я ваш, – Локи нервно улыбнулся и пошёл за демоном, выглядя куда более уверенно, чем до этого. – Он протянул нам цепи к своему поводку. Глупый и доверчивый. Держи сильнее и не отпускай его никогда. В конце концов, мы будем рядом целую вечность, верно? – Мать прикоснулась к плечу Странника, поддерживая его. – Обещаю, скоро ты придёшь домой. Твой путь будет закончен. * * * Лис вернулся назад следующим утром, хромая и скалясь. Выглядел он потрёпанным, но живым. Барон, который узнал у Матери, кто такие суккубы, лишь сочувственно похлопал юношу по спине. – В следующий раз Грифон сам будет с ним говорить. Пусть ему мозги трахает. И не только мозги. Он согласился на обмен. Славьте меня, – фыркнул Локи, сонно щурясь. – Ты хотя бы поел… – с завистью протянула юная особа, ласково растрёпывая рыжие волосы. – В том-то в проблема, что нихуя. Не может демон меня насытить. Я будто жевательную резинку в рот положил. С самым отвратительным вкусом. Такую, что проблеваться хочется, – жалобно протянул юноша, утыкаясь лбом в холодную ладонь Матери. – Давайте перенесёмся домой уже, а? Все мы знаем, где находится Хогвартс. Ло, трансгрессируй нас, пожалуйста, – подал голос Барон, обнимая своих любимых.