Не только Сказки

- Куда ты? Иван остановился, не глядя на Кощея. Было видно, что внутри у него происходит борьба, но если дело касалось безопасности других, то про себя царевич мог и забыть. - Тут рядом, за холмом, произошел прорыв из Сказок. Яга говорит, что это Змей Горыныч, он ранен, невменяем и очень опасен. Для местных это выглядит просто как шторм с громом и молниями. Нужно задержать его на холме, пока не прибудет Илья Муромец с подкреплением. - И ты собрался туда один? От Кощея так шибануло холодом, что у Ивана волосы на затылке встали дыбом. Он резко развернулся. - А у меня есть выбор?! Ты представляешь, что может натворить трехглавый Змей, если его вынесет на жилой поселок? Нам ещё повезло, что у него что-то с крыльями и он не взлетает. - И чем ты один можешь помочь? - Я, Кощей, воин. Возможно, у меня нет великой силы Ильи Муромца, но задержать Змея и какое-то время продержаться я могу. Спасибо, кстати, за Иглу, вот и пригодится. Резко развернувшись, Иван взбежал по лестнице на второй этаж и вскоре появился в легком заговоренном доспехе с мечом-кладенцом в руке. Чешуя у Змеев такая, что её даже современное оружие не возьмет, только особенное, да и то не каждое. Кощей ждал его внизу, завернувшись в черный плащ из Тьмы, под которым виднелся двуручный Ледяной меч. - Я иду с тобой. - Как знаешь. На мгновение во взгляде Ивана мелькнуло облегчение, но за всё время в дороге они не сказали друг другу ни слова. Может быть, для мирян всё и выглядело как разбушевавшаяся стихия, но никакой шторм не сравнится с тем, что предстало перед сказочниками. Среди обожженных, поваленных деревьев в темноте подступившей ночи метался, яростно рыча, огромный многотонный Змей. Крылья его, как сломанные паруса в бурю, беспорядочно хлестали по верхушкам деревьев, которые пригибало под оглушительным ревом, ветром и дождем. Вывалившись на просеку, Змей на мгновение замер, вскинув две огромные рогатые головы. Третья шея заканчивалась обрубком, из которого фонтаном хлестала черная кровь. Иван крепче сжал рукоятку меча, Кощей коротко выругался. - Что б вас Светлых… Когда они пробирались через лес, Яга позвонила с новой информацией. В Сказках произошло эпическое сражение Добрыни Никитича и Трехголового Змея. Победу одержал богатырь, да такую, что Змея собственным огнем испепелило и даже тела не осталось, кроме отрубленной головы. Глядя на это самое тело, что грозило сейчас сравнять тут всё с землёй, Кощею очень зло хотелось проехаться по способам Светлых сражаться за всё хорошее, против всего плохого. Но он не успел – царевич решительно шагнул вперед, взмахивая сверкающим в отблесках пламени клинком. Как в каком-то третьесортном триллере, в этот самый момент раздался оглушительный раскат грома, сверкнула молния, высветившая в рваной вспышке две оскаленные морды, мгновенно развернувшиеся в сторону Ивана, не замечая укрытого Тьмой Кощея. Взревев, Змей попытался одновременно вцепиться в Ивана, сжечь его и втоптать в грязь, яростно мешая сам себе. Ловко увернувшись от беспорядочно мечущегося хвоста, царевич вскинул руку, прикрываясь от короткой, но мощной огненной струи, мгновенно раскрывшимся Щитом Иглы. Иван невольно прикрыл глаза, опасаясь обжигающего жара, но тут же заметил как трава вокруг него на мгновение покрылась инеем - Кощей подстраховал. Убедившись, что Иван уверенно держит оборону, Тёмный скользнул между деревьев, стараясь как можно ближе подобраться к одной из голов. Он метил в ту, что уже разрядила свой огненный запас, и рассчитывал, что Змей слишком увлечется охотой за царевичем. Но у чешуйчатой твари оказалась отличная реакция. Когда ледяной клинок мелькнул в темноте, та из голов, на которую Кощей нацелился, молниеносно развернулась, уходя из-под лезвия, и тут же ударила со скоростью атакующей змеи. Понимая, что у него не получится второй раз подобраться так близко к верхней части шеи, где его меч мог бы пробить более тонкую чешую, Тёмный мгновенно изменил тактику. Перескочив по ветвям выше, он пару раз отбил клинком стремительные нападения, прежде чем почувствовал, что собрал достаточно Силы. Оскалившись не хуже Змея, Кощей метнулся вперед, прямо в распахнутую клыкастую пасть. Чудовищные челюсти клацнули, почти перерубая его пополам, но боли не было. Прижав ладони к незащищенным ноздрям, Кощей ударил холодом, мгновенно превратив всю слизистую Змея в лед. Не понимая, что произошло, тот мотнул головой и через пару минут, когда трахея осыпалась ледяным крошевом, всё было кончено. Будь Тёмный просто человеком, его бы размазало по грязи, когда огромная голова рухнула на землю. Разжимая безвольные челюсти, Кощей добрым словом помянул своё бессмертие и тут же резко вывернулся, поднимаясь и цепко оглядывая разгромленную просеку. Игла! В пылу сражения он совсем упустил из вида царевича! Рядом с обледеневшей, мертвой головой, валялась вторая. Её шея была почти перерублена всёрассекающим мечом, который там и торчал, зажатый между позвонками. Ивана Кощей нашёл неподалеку от туши Змея. Тяжело привалившись к мокрому стволу, бледный как мел царевич с трудом дышал, хрипя на вдохе. Его глаза, в которых еле теплилось сознание, словно выцвели от боли. Она крупной дрожью прошивала тело и тогда царевич тихо, мучительно стонал, цепляясь пальцами там, где Кощея перерубило клыками. Их взгляды встретились. В непроницаемых ледяных глазах Тёмного невозможно было что-то прочесть. Словно два бездушных зеркала они отражали упрямое, горячее желание Ивана жить. И верить. Несколько мгновений царевич и Тёмный неотрывно смотрели друг в друга, потом Иван медленно прикрыл глаза, а Кощей, коротко замахнувшись, ударил.