Однажды в театре

      Магнус посмотрел на часы и раздражённо закурил. Алек сам пригласил его в театр, а теперь безбожно опаздывал. Трель театрального звонка, кажется, третьего по счёту, давила на мозг и раздражала ещё больше. С порывом прохладного ветра, который ранее заставлял мышцы расслабляться после знойного дня, а сейчас только вызвал неприятные мурашки по коже, на парня налетело что-то более материальное.       — Привет, — Алек обошёл Магнуса, отбирая сигарету и делая затяжку. Его волосы растрепались, лицо покрылось румянцем, но широкая улыбка не сходила с лица.       — Как минимум, ты спешил, — фыркнул Бейн, разворачиваясь к пафосным и ажурным входным дверям в историческое здание. — Идём, представление уже началось.       — Я думал, ты не горишь желанием идти со мной на трагикомедию, — брюнет опередил парня, открывая перед ним массивную дверь и пропуская вперёд.       — Я люблю театр, — да, Магнус не будет признаваться, что предпочёл бы более уединенное место для встречи, учитывая то, КАК давно они не виделись, но раз Александр решил вывести его в свет, то пусть соответствует. Пожалеет. Хитрая улыбка была быстро подавлена закусыванием губы. Рано.       Ребята прошли все круги ада в виде проверки безопасности, поднялись на третий этаж и устроились на маленьком индивидуальном балкончике. На сцене уже разворачивалось какое-то действие в виде спора двух пожилых людей и молоденькой девчонки.       — Когда я позволил тебе купить билеты, я не думал, что ты так в этом плох, — недовольно признался Алек, облокачиваясь на высокие перила и, прищурившись, всматриваясь в актёров. Магнус действительно с энтузиазмом принял приглашение и пообещал заручиться билетами, чтобы сам Лайтвуд не отвлекался от работы, ведь свободного времени у того было совсем немного, он иногда и спать забывал.       — Если бы кто-то не опаздывал, то мы могли бы выбрать варианты получше, — пожал плечами тот, опровергая какой-либо смысл. Иногда Магнуса сложно понять, а спорить с ним себе дороже.       — Я думал, ты купишь их заранее…       — Так получилось, — перебил Бейн, как-то слишком резко реагируя на мягкое прикосновение чужих мягких губ к виску. Знал бы Алек, что сейчас Магнус злится вовсе не на то, что они проводят время в многолюдном приличном месте, пока даже не пытаясь вникнуть в разыгрывающуюся драму на сцене, а потому, что брюнет решил сегодня надеть ботинки на высокой платформе, делая его ещё выше. О, нет-нет, азиату очень нравилось то, что его… кавалер выше ростом почти на голову, а длинные ноги Лайтвуда вообще являлись личным фетишом… Да и вообще, чем больше Алека, тем лучше, но сейчас это казалось тоже раздражающим, ведь сам парень надел плоские кеды и теперь едва ли доставал до подбородка. Это немного меняло дело, ведь…       — Магнус, если ты не хотел идти, надо было отказаться, — кажется, Александр совсем расстроился, разворачиваясь к выходу с балкона, но не успел сделать и шага, когда его остановила сильная рука.       — Я хотел. Давай сядем наконец-то и попытаемся что-то понять в этих криках.       Магнус Бейн честно терпел. Нет, он и правда любил театр и всегда восхищался актёрами, которые могут проживать маленькие жизни различных героев, примерять характеры и так далее, но сейчас было совсем не до творчества. Взгляд метнулся к Александру, которому позволял тот же рост склониться вперёд, положить руки на перила и опустить на них подбородок, вслушиваясь в диалог. Бейн же вовсе утратил интерес за непониманием сюжета в общем, поэтому исподтишка рассматривал своего парня, чувствуя, как сбивается дыхание. Почему-то именно сегодня Алек надел, пожалуй, самые узкие брюки, которые в сидячем положении очень волнующе обтягивали бедра. Но зная скромный характер своего парня, сложно поверить, что он сделал это специально. Воу, надо отвлечься. Азиат сдвинулся на самый край кресла, вытягиваясь вперёд и практически дублируя позу Алека, с разницей только в том, что опорой является крепкое плечо. Александр только на мгновение улыбнулся и чуть откинулся назад, чтобы Магнусу было удобнее. О, а Магнусу было удобно. Ему было очень удобно теперь дотягиваться дыханием до открытого участка кожи на шее. Почувствовав, как брюнет слегка напрягся и по его телу прошла маленькая волна дрожи, он с удовольствием особо глубоко вздохнул. Алек снова дернулся и медленно повернул голову, заставляя отстраниться.       — Что такое? — Бейн прекрасно умел симулировать эмоции, особенно в корыстных целях.       — Ничего, — даже шепот Лайтвуда вышел по-особенному хриплым.       — Тебе тяжело? — двусмысленно спросил азиат.       — Нет, всё в порядке. — Парень снова отвернулся к сцене, а Магнус был готов продолжить, но громкие овации отрезвили. Свет резко включился, а люди внизу засуетились.       — Закончился? — почти в ужасе спросил Бейн, растерянно хлопая глазами.       — Антракт, балда. Пошли, купим воды. — Ребята вышли на улицу перекурить, но быстро вернулись, озябнув от непрекращающегося ветра. Купив по шоколадному батончику и газировке, они вернулись на свои места как раз к началу второго действия. Кстати, что очень выручило Магнуса, который в силу незаинтересованности и отвлеченности от показа не мог ответить Лайтвуду, когда тот намеревался обсудить некоторые действия героев. Внимание снова устремилось на сцену, по крайней мере одного из них, только в этот раз Алек остался сидеть прямо. Ну, что ж, это даже хорошо. Честно выждав двадцать минут, Магнус вполне невинно положил руку на обтянутое чёрной тканью колено, за что получил удивлённый взгляд, а потом лёгкий чмок в щёку. Всё-таки его парень очень милый. Спустя пару минут пальцы сами чуть сжали ногу и тут же отпустили. Бейн положил голову на плечо брюнета, с каким-то садистским удовольствием отмечая, что ничего кроме софитов не видит с такого ракурса. Медленно повернув голову, он уткнулся носом в тёплую шею и вдохнул приятный запах парфюма. Ему всегда нравилось как пахнет Александр. А ещё очень нравился его вкус. Дерзкий язык без предупреждения прошёлся по крупной артерии, сменяясь в конце пути на губы. Алек хрипло выдохнул, но ничего не сказал, что подействовало на Бейна, как красная тряпка на быка. Рука двинулась вверх по внутренней стороне бедра, а губы уже не просто притрагивались, а жадно целовали, чуть засасывая кожу.       — Маг…- открыл было рот Алек, но был нетерпеливо заткнут горячим языком, который, не стесняясь, проник между приоткрытых губ. Сладкий вкус шоколада на губах опьянил, и азиат быстро поднялся и оседлал крепкие бёдра, снова припадая губами к таким же горячим и податливым губам Лайтвуда. Когда жар распространился по всему телу, держать себя в руках стало невыносимо. Магнус потянулся к пуговицам рубашки, но успел расстегнуть только две, когда брюнет, явно придя в ясное сознание, перехватил длинные пальцы.       — Магнус… мы в театре.       — Ну и что, кроме нас на балконе никого нет, — стряхнув с себя руки, Бейн вернулся к поспешному раздеванию своего парня, считая, что если не дотронется до горячей кожи, то рискует выйти из театра не то чтобы не обогащённым, а вообще культурно и физически униженным.       — Магс… ох, боже, подожди! Нас видно! — жалкие попытки Алека прекратить то, чего он сам хочет даже забавляли.       — Тут стены, соседи не видят.       — Напротив… ох, — пришлось двинуть бёдрами вперёд, чтобы напомнить Александру, что сейчас не стоит думать о других. Расстегнуть рубашку до конца аккуратно не удалось, а рвать ткань не хотелось, ведь это именно Магнус подарил ему её, разбавляя чёрный гардероб добротным синим. Склонившись к ключицам, он с особой осторожностью оставил на одной из них укус и склонился ниже, находя губами сосок. Сверху послышался сдавленный вдох, но Лайтвуд продолжал держать себя в руках, что обидно раздражало.       — Что ж, раз нас видно, я не буду… — азиат медленно встал, морщась от сдавливающего чувства в штанах, но улыбнулся, увидев растерянный взгляд Алека. Облизав губы, он склонился поближе, практически опаляя словами покрасневшее ухо, — … делать что-то на виду. Нам же не нужны зрители, верно? — а потом просто опустился на колени между ног брюнета, сразу приступая к расстегиванию ремня.       — Ты больной, — громче требуемого воскликнул Александр, по инерции раздвигая ноги шире.       — Тише, Александр, нас же могут услышать, — хохотнул Магнус, умышленно то и дело задевая уже достаточно крепкий член. Парень подрагивал от возбуждения и чувствовал ответную дрожь, этого Лайтвуду скрыть не удастся. Справившись со всеми препятствиями, Бейн обхватил горячий орган и тут же склонился ближе, облизывая головку с таким удовольствием, будто это самое потрясающее и изысканное блюдо.       — К чёрту! — выругался брюнет, довольно резко отпихивая азиата и застёгивая штаны. Справившись, он кое-как поправил рубашку и рванул на себя Магнуса, заставляя подняться на ноги. — Я убью тебя, Бейн. — Под понимающее хихиканье, Лайтвуд вытащил не сопротивляющегося парня из зала и, протащив по длинным коридорам, толкнул в первую попавшуюся дверь.       — Ого, как мило, — снова засмеялся Магнус, обнаруживая себя в самой обычной захламлённой подсобке. Тонкая полоска света исчезла, когда брюнет захлопнул дверь и щёлкнул замком. — Ты такой романтик, Александр.       — Заткнись, — Алек толкнул Бейна к стене и впился в его всё ещё улыбающиеся губы. Говорить действительно не хотелось, хотелось препадать этому засранцу урок… приличия в общественных местах. Вот только тот быстро сориентировался в ситуации, уже пробравшись в ширинку и начав поглаживать и без того пульсирующий орган. Александр с тихим рыком дёрнул пуговицу на тёмных джинсах Магнуса, стянул их вместе с бельём и прижался своими уже обнаженными бёдрами к его, услышав недовольное сопение.       — Ненавижу эти твои ботинки! — заявил Бейн, чем заставил брюнета рассмеяться. Приподняв Магнуса, он усадил его на какие-то деревянные коробки, устраиваясь между его ног, предварительно освобождённых от мешающей одежды. — Ох, идеально. — И действительно, положение оказалось более, чем удобным. Магнус подался вперёд, сразу же находя жаркие губы и толкаясь языком в рот, тем самым глуша стоны, вызванные от желанного трения. Азиат нетерпеливо опустил руку, оплетая пальцами горячую плоть Алека и довольно вскрикивая, когда и тот сделал то же самое. Маленькое помещение нагрелось за считанные минуты, голова закружилась, сдерживаемые громкие стоны пульсировали где-то внутри, мир перестал существовать вовсе. Магнус громко застонал и выгнулся в спине, когда Александр надавил на головку и сильнее сжал член, тут же закрывая азиату рот, чтобы заглушить предоргазменный стон. Но, кажется, того мало что беспокоило, он несдержанно выкрикивал имя своего парня, по инерции вбиваясь в горячую ладонь, пока судороги не прекратились. Не давая никому опомниться, Бейн соскочил на ноги, резво сместился так, чтобы было возможно опустить на колени и, не раздумывая, сделал то, что хотел сделать ещё на балконе. Алек только несдержанно захрипел, толкаясь внутрь жаркого рта, пока не упёрся в горло. Азиат плотно сомкнул губы и начал откровенно ласкать крупный член, постанывая от удовольствия, тем самым создавая вибрацию в горле, что сильнее подстёгивало и заводило. Руки медленно прошлись от щиколоток к бёдрам, затем сжали ягодицы, прошлись по ложбинке между ними, пока не достигли яичек и мягко их погладили. Александр задрожал и Магнус чуть отстранился, мягко перехватывая основание пальцами, но не выпуская парня до тех пор, пока тот содрогался в оргазме.       — Ты сумасшедший, — хрипло прошептал Алек, наклоняясь для поцелуя, когда дыхание немного восстановилось, — люблю тебя.       — Взаимно по всем фронтам, — Бейн в темноте нашарил одежду и принялся поспешно одеваться, то и дело задевая брюнета локтями. А потом вдруг захихикал, будто что-то осознав. — Не завидую тебе сегодня ночью.       — Почему это? — после некоторого молчания, будто перебирая варианты, спросил Алек.       — Будешь вытаскивать занозы из моей задницы.       — Ох, Магнус, прости, я…       — Если сделаешь это аккуратно и безболезненно, я подумаю разрешить ли тебе… — Бейн многообещающе замолчал, довольно улыбаясь, а потом резво вышел из помещения, отмечая толпу впереди. Кажется, спектакль закончился. Ну что ж, по его мнению, это было самое лучшее представление в его жизни.