здравствуйте, мне 17

...здравствуйте, мне 17,нет, я не сумасшедший... я просто влюблен в своего лучшего друга. хотя, нет. бывшего лучшего друга, именно так. ...и я смотрю на вещи, будто они обгорели, а вместо них — зола... после того, как я побывал в изнанке, я очень сильно изменился. мне просто стало на всё откровенно все равно… я не умею плакать, да и смеяться тоже. я равнодушен к свету, и мне плевать на тьму…если погаснет солнце чувствовать буду кожей. я закрылся и просто отключился от этого мира. после того, как я вернулся у Майка появилась девушка — Оди, а на меня он просто перестал обращать внимание. я сижу в своей комнате в очередной раз пытаюсь решить пример, и да, он получается. откладываю все уроки и беру свой альбом. он — единственное место, где я могу выражать себя, нет, там не только портреты Майка Уиллера (хотя это большинство моих работ), там пейзажи, которые я видел в изнанке, наши с друзьями моменты, до изнанки, когда мы были просто детьми, когда Я чувствал что-то. сейчас я просто просматриваю рисунки, настроения рисовать нет никакого. и я просто ложусь спать. я прихожу в школу, никто со мной не здоровается, Лукас с Макс, а Дастин, скорее всего, в радио-кружке. я иду опустив глаза в пол, но вдруг кто-то меня толкает и от силы удара, я падаю. -какого чёрта? смотри куда идёшь!.. а, это ты Байерс? давно не виделись, - Майк смотрит на меня и подаёт руку. я держусь и кое-как поднимаюсь с пола. -привет, — я чувствую, что мой голос дрожит, но пытаюсь его нормализовать, — да, давно, как насчёт погулять сегодня? -ахах, нет, я занят, как-нибудь в другой раз. ладно, до скорого. — и он уходит. опять. так всегда. а я бегу в туалет и включаю максимально горячую воду… пусть обгорят ладони, вздыбятся нитью вены, а вместо тонких пальцев, снегом белеет кость... я не могу, не могу, так происходит каждый раз, когда я зову его гулять или на ночёвку. поэтому лучше чувствовать боль физическую, чем моральную. нет, я не плачу, мне не грустно, я злюсь. …мне всё ещё 17,и я умею делать вид, что вместо грусти выбираю злость... захожу в класс и сажусь за свою парту, уроки пролетают незаметно и я возвращаюсь домой. мамы нет дома и я завариваю чай. он, горячий, разливается внутри меня и я снова начинаю чувствовать, внутри растапливается злость и по лицу начинают катиться слезы. … ну, а на самом деле, я не умею злиться, я не не умею даже, в общем-то, ничего, я не учу Шопена и не читаю Ницше, я никакой художник и нулевой игрок... почему я веду себя как тряпка, хватит плакать, надо ему сказать и всё. будь, что будет. вечером приходит мама, я говорю, что уже покушал и иду к себе в комнату. я лежу, и не могу уснуть, в голове звенящая тишина, никаких мыслей, никаких чувств. в школе снова синяки под глазами, снова никому не интересно, что со мной, хотя даже если бы кто-то спросил, то я бы не ответил. наверное, это только моё дело я никому не скажу, что со мной. иду по коридору и вижу Его. … я в своём теле, просто крайне бесправный пленник, тот, что не в силах даже нервный унять озноб... я подхожу к нему быстрым шагом -нам нужно поговорить, — хватаю его за руку и веду в класс, в котором нет уроков. -сейчас не время, я спешу. -знаешь, я хотел тебе кое в чем признаться. я... я, в общем, наверно прозвучит странно, но мы с тобой друзья, ну раньше были. и я… -говори быстрее, я тороплюсь -я тебя люблю. -повтори? -я тебя люблю! -если это шутка, то несмешная -нет, это не шутка, Майк, я правда тебя люблю. не по дружески и надеюсь, ты меня поймёшь, я не прошу взаимности, просто хочу, чтобы ты знал. -Уилл, у меня есть Оди, так что не понимаю, к чему весь этот цирк. думаю, наше общение закончится, так как я не вижу больше прежнего Уилла, а новый не хочет ни с кем общаться. это было, как ножом по сердцу, внутри меня что-то рушилось. что-то — это я, я рушился изнутри. Майк ушёл. а от меня осталось, только тело, в этот момент я понял, что мы никогда не были друзьями, даже бывшие друзья так не поступают, это было слишком больно. я выхожу из кабинета, когда я начинаю ощущать свои конечности, до этого они отказывались пошевелиться. в коридоре уже никого нет, звонок на урок прозвенел минуту или 10 назад, я не знаю сколько времени я простоял Там. однозначно, на уроки я не пойду, я просто не смогу. выхожу во двор, не беру велосипед, потому что сил нет вообще. я медленно иду до дома, на меня оборачиваются маленькие дети, которые ещё не знают проблем, которые радуются жизни, ...может помочь хотите, если конечно в силах, только вот помощь близким — это удел святых... ужасно осознавать, что они когда-нибудь вырастут и кто-то будет идти так же, как я. но я их не замечал, не видел, в тот момент я будто вновь оказался в изнанке, только теперь ни страха, ни холода, абсолютная пустота. не помня себя я дошёл до дома, здесь никого не было, это даже хорошо. …дело, конечно, глупость, только чем черт не шутит (или кто знает, может шутит там и не черт)... захожу в ванну. набираю воду. достаю лезвие. ...я достаю тетрадку, мятый листок по сути, и начинаю небу свой представлять отчёт. здравствуйте, мне 17, и нет, я не Бог и не птица. я до сих пор, как будто, был не научен жить. здравствуйте, мне 17 и я сумел влюбиться здравствуйте, мне 17 я не сумел влюбить.