Понедельник - день тяжёлый

Стоило Крэйгу открыть глаза и прийти в себя после недолгого сна, он сразу понял: это будет тяжелый день. Потому что Твик уже не спит, если он вообще ложился, и бродит кругами по комнате, что-то бормоча себе под нос. Если раньше у него довольно быстро получалось успокоить парня, практически сразу же вынуждая его заснуть, то сегодня ночью не помогли ни забота, ни поддержка, ни ласковые слова, на которые Крэйг был щедр лишь в присутствии Твика. Что опять беспокоит этого невротика? Твик не рассказывал ничего и даже не смотрел в сторону Крэйга. Нужно было что-то предпринять, правда, неизвестно, что именно, потому что горький опыт подсказывал, что и в этот раз блондин не захочет его слушать из-за своей паранойи. После множества тщетных попыток добиться от Твика хоть слова, Крэйг, безумно уставший и утомленный, всё же уснул. Но больше спать нельзя, ведь сегодня понедельник, и нужно идти в школу. А может, прогулять? Твик, судя по всему, в школу вообще не собирается. И ему ведь за это ничего не будет, его родителям всё равно плевать на это, а вот Крэйгу может неплохо так влететь от родителей за прогулы, хотя, после того, как он стал геем, они смягчились. Это, конечно, немного странно, но не сказать, что он против. Ладно, сейчас главное — не его гейство, а то, что заставило нервничать блондина. Крейг смотрит на Твика, бродившего в углу, и тихо говорит:  — Что-то не так? — будто это и так непонятно. — Доброе утро. — также добавляет Крэйг. — Всё не так. — буркнул Твик. — А конкретнее? — Крэйг поднимается с кровати, намереваясь подойти ближе. — Гномы… — Крэйг вздыхает и кладет руку на плечо парня, глядя на него устало, но сочувствующе. — Ну, что на этот раз? Стащили очередную пару трусов? — Всё не так просто, Крэйг! — верещит Твик и тянется к волосам, но ладонь брюнета его останавливает. — Во-первых: Не надо дёргать себя за волосы, милый. Во-вторых: Что могли сделать эти гномы, кроме того, как украсть твои трусы? — Понимаешь, Крэйг. Это очень личная тема. Я всю ночь думал, стоит ли рассказывать тебе это, и в итоге… НИЧЕГО НЕ РЕШИЛ! — …Что у тебя может быть личного с ГНОМАМИ? Прошу тебя, скажи, что они просто воруют твои трусы. — Твик тяжело вздыхает и отворачивается от Крэйга, драматично глядя в окно. — Твик?.. — парень даже и не знает, что думать. Ну почему понедельник — такой тяжёлый день? Твик шмыгает носом и скрещивает руки на груди. Он боится сказать парню правду, потому что знает, что это позорно, стыдно. — Ну же, ты чего? Не нужно бояться чего-то мне сказать, я же твой парень, я всё приму. — Твик сомневается. Может ли он рассказать такое? — Крэйг… — начинает Твик неуверенно и поднимает на него глаза.Взгляд парня полон поддержки, это приободряет Твика и побуждает его продолжить. — Обещай, что не будешь ругаться. — Хорошо, я обещаю, Твик. — парень прошёлся рукой по блондинистым волосам, чуть поглаживая их, тем самым немного успокаивая невротика. Хоть Крэйг и пытается вести себя более-менее спокойно, но он всё равно жутко волнуется по этому поводу. — В общем… — Твик делает паузу, что начинает действовать на нервы парня. — Они украли трусы, да. Но не мои. — …И это было так трудно сказать? Любишь же ты раздувать из мухи слона, Твик. — Такер вздохнул с неким облегчением, но данное признание его немного выбесило. — Ты не понимаешь. Речь идет не об обычных трусах, Крэйг! Ты помнишь свои счастливые стринги? Те, которые ты надевал только по важным датам? Которые я не мог трогать? — …Почему ты думаешь, что мне есть дело до каких-то там тру… — тут до брюнета дошёл смысл слов блондина. — Стой, что ты сказал? Они забрали мои стринги? — Да! То есть… — Твик заминается. — Они решили, что это мои трусы. Потому что сначала украл их… ну… как бы я… — Парень опустил в пол смущённый взгляд, после чего, набравшись смелости, решил попытаться оправдаться. — Я взял поносить всего на один день, а эти уроды забрали их! Крэйг не сдерживается и произносит скверное ругательство, от которого блондин вздрагивает и испуганно пятится назад. Видя это, флегматик решает сменить свой тон на более спокойный: — Ладно, начнём заново. Твик, скажи мне, нах… — зачем ты взял мои трусы, если знаешь, что они будут тебе велики? Я, конечно, не против, чтобы ты носил мою одежду, но, сладкий, не трусы же. — Так я взял их не для того, чтобы носить! — восклицает Твик и тут же закрывает себе рот ладошками. — Ну, постирать свои вещи я и сам могу. Ничего сложного в том, чтобы закинуть бельё в стиральную машинку нет. Твик истерично смеется, потому что Крэйг не понимает, почему он их взял. Брюнету всё ещё непонятно, зачем они понадобились блондину. Конечно, бесит, что невротик ничего не сказал про это, никак не предупредил, но злиться из-за какой-то тряпки на жопу, приносящую удачу — как-то глупо. — И что ты с ними делал? — спрашивает Крэйг и тяжело вздыхает. — Я одолжил их Картману. А после того, как он их вернул, и я закинул их в стирку, гномы украли их. — Вернёмся к той же самой проблеме. Они не налезли бы на Картмана, в этот раз, они слишком малы. Да и после Картмана их вообще в церкви освятить нужно, по-другому никак. Ненароком в голове Крэйга появляется вопрос: «А зачем Картману вообще его трусы? И почему Твик так спокойно их отдал?» Школу точно придется прогулять. Намечается что-то серьезное. Черт, видимо, нервозность Твика передается половым путем: Крэйг неосознанно начинает себя накручивать, напрягаясь от того, что у его парня и Картмана может быть какой-то секрет. Но всё равно как-то мерзко от этой мысли. Что их может связывать? Они же не любовники?.. Да даже если и любовники, на кой-черт им пригодились его трусы? Полная бессмыслица… А почему Крэйг так спокойно принимает мысль о том, что Твик и сам Эрик Теодор Картман могут быть любовниками? Это, блять, ненормально! — Я запутался. — признается Крэйг, глядя на Твика с мольбой всё объяснить до того, как его мозг взорвется. — В чём именно? Я же, вроде, всё понятно объяснил, не? — Крэйг тяжело вздыхает, потому что происходящее начинает раздражать: все-таки он не ошибся, когда предположил, что это будет непростой день. — Зачем Картману нужны были мои трусы? Почему ты вообще согласился одолжить их жиртресту? — У него и спрашивай! — Крэйг впал в ступор. — Почему этого не можешь рассказать мне ТЫ? — Нам пора в школу. Если ты пропустишь занятия, тебе будет плохо. Я не хочу этого, поэтому давай поторопимся. Мы ещё успеваем на четвертый урок. — Мне не будет плохо, родители мне лишь пальчиком пригрозят. Поэтому мы остаёмся дома. — Твик раздраженно вздыхает и отходит от парня на приличное расстояние, бормоча себе под нос что-то вроде: «И зачем вообще я начал все рассказывать?!». — И что ты там себе бормочешь под нос? — О том, как сильно люблю тебя! — Твик, давай вернемся к теме и покончим с этим раз и навсегда. Расскажи мне абсолютно всё. Обещаю, что орать я буду только на Картмана. — Хорошо. Он хотел купить провокационный «подарок» для Кайла, но не знал его размеров. Из-за того, что ты самый крупный из нас, то и обхват задницы у тебя покрупнее будет, а у Кайла она как раз большая. Так что он просто на примере твоих стринг искал похожие… — И все так просто? — Крэйг в изумлении смотрит на своего недалекого парня. — Стоп. И ты отдал ему мои стринги из-за такой ерунды? Мой талисман? Да, тряпки не имеют значения, но все-таки, Твик. Они были важны для меня. — Если бы я не отдал ему эти стринги, то вся школы узнала бы про то, чем мы занимались на прошлых выходных в школьном туалете… А ЭТО БОЛЬШОЕ ДАВЛЕНИЕ! — Крэйг прячет ухмылку, слишком быстро появившуюся на лице, и пытается смотреть на парня грозно, но воспоминания затмевают их разборки. — Как же классно было… Стоп, не об этом. Почему ты мне не рассказал про шантаж? — Я не хотел волновать тебя. Ты и так ведешь себя странно в последнее время, Крэйг. Реже обнимаешь меня, шепчешь приятные слова на ушко. Кажется, в наших отношениях застой, и я не хотел усугублять ситуацию. — У нас контрольная скоро, прости, но как-то к ней готовиться нужно было, а не наслаждаться друг другом. — Постой… А контрольная не сегодня? — Блять! Парни подскочили на месте и побежали в школу. Семейные разборки отходят на второй план, когда дело касается математики. Пора было начать учиться.