"V" значит "Violence"

      Каждый раз как новый, каждый взгляд как первый, а каждый поцелуй как последний. С появлением в жизни Юнги Хосока, он начал сильно меняться. Стал больше уделять внимания другим, а особенно к своей внешности, ведь: «Как я буду ходить таким страшным пока рядом со мной такой красивый Хосок?» Чимина это всё особенно забавляет, особенно неловкость Юнги при вопросах о своей внешности.       Теперь Юнги пьёт кофе только сделанный руками Чона, и каждый раз видя на стаканчике или салфетке милую подпись, умиляется этому. Кто-то говорил, что видел целую кучу таких стаканчиков и салфеток у него в столе, спрятанных от чужих глаз. С того момента, этого человека никто не видел здоровья погибшему.       Юнги стал романтиком. Шоколадка, цветы или нежный поцелуй — теперь что-то из этого, или всё вместе, есть при его встрече с парнем. Хосок от этого неловко краснеет и смущается, благодарит и называет Мина дурачком, но тот не обижается. Он лишь крепче обнимает, ласково целует за ушком и говорит, что он милый.       Настало лето. Много людей теперь просили кофе со льдом, что Хосоку не совсем по вкусу, а Юнги пил максимум американо со льдом. В заведении везде мирно и тихо шумят кондиционеры, спасая людей от зноя, а вместе с чем-то прохладительным в руке было бы совсем хорошо. Правда ближе к вечеру народу меньше, но прибыль в кафе всё также достаточная, и Хосок мог даже иногда шикануть.       Теплым вечером по улице гуляет совсем лёгкий ветерок, что лишь слегка развивает волосы и края одежды. Хосок как раз закрыл кафе и пошел домой, он много сегодня поработал и сильно устал. Хоть ночной город и завораживает, а шум музыки и голоса толпы из ночных клубов так и манят, он хочет сейчас домой чтобы лечь спокойно в кровать после, может немного поболтать с Гуком и Юнги по телефону, и спокойно заснуть. Хосок шел спокойно, пока не услышал тихие шаги за собой. Он обернулся — за ним шел парень в черном, его шаги увеличивались вместе со скоростью Хосока. Когда он уже хотел сорваться на бег, его крепко взяли за руку и повернули к себе и грубо начали целовать. Хосок начал вырываться и отворачиваться. — Да какого черта ты творишь?! — начал он кричать, но увидя кто это был впал в ступор. — Чондэ? — И тебе приветик, Сок-а, — улыбнулся парень, но Хосока не отпустил. — Долго же я тебя искал. А ты теперь тут работаешь, как мило. — Что ты от меня хочешь? — Как нехорошо ты разговариваешь со мной. А я, между прочим, по тебе очень скучал Сок-а. А ты? — неприятный тип. От его прикосновений Хосоку противно и он хочет уйти, но его держат крепко. — Я хотел извиниться перед тобой. Начнём всё сначала? — Опять? Чондэ, мне хватило моей прошлой ошибки, я не хочу иметь ничего общего. У меня есть парень, поэтому уйди пожалуйста. — Я его знаю? Пожалуйста Хосок, давай попробуем снова? Я буду хорошим парнем, обещаю. — Ты придурок или да? Тебе ведь сказали — отойди от МОЕГО парня, — возразил ему подъехавший вовремя Юнги. Из-за этого разговора они совсем не заметили, как к ним кто-то приблизился. Хосоку при виде своего парня стало легче, а Чондэ заметно напрягся. — Тебя долго не было, и я подумал, что с тобой что-то случилось. И как вижу не зря приехал. — А, так это таки ты. Ну ничего, я всё-таки попытаюсь забрать Хосока обратно себе, — отпустил наконец он Хосока, и парень сразу пошел к Юнги. — Хосок тебе не вещь чтоб просто так забирать. А любил бы, то не отпустил его. Исчезни… — напряжение начало заметно нарастать, Хосок взял Мина за руку чтобы тот не лез в пустой скандал с бывшим. Чондэ глянул на Хосока, потом на Юнги, и улыбнулся гаденько. — Как всё интересно складывается. Ну ничего, мы ещё увидимся, Сок-а, — Чондэ ушел от них, слегка толкнув Юнги в плечо. — Так и знал, что тебя нельзя оставлять одного. А если бы он тебя утащил с собой, где прикажешь мне тебя искать? — начал возмущаться Юнги на Хосока, пока тот стыдливо опустил глаза на землю. — Эх, горе ты моё луковое… садись, поедем ко мне домой. — К тебе? Хорошо, — парни сели в машину и поехали в другую сторону от дома Хосока.       Чону было всё время немного неловко рядом с Юнги, но тот просто брал его ладонь в свою и крепко держал. Через 10 минут они подъехали к дому Юнги и быстро зашли к нему. — Не голоден? — Нет, спасибо, — к ним на встречу выбежал пёсель, весело виляя хвостом и лая. — Привет малыш. — Холли привык к тебе с прошлого раза, как я понимаю. Я так и заревновать могу, — Хосок улыбнулся и поцеловал Юнги в щеку, чтобы тот не дулся. — Позвони Чонгуку, чтобы он знал, что ты дома не будешь, я пока найду тебе что надеть. — Но я думал, что попаду сегодня домой, — возмутился он, а юнги нежно поцеловал его в губы. Чёрт, знает же, что это действует безотказно. — Хочешь побыть со мной подольше? — А может это «подольше» растянуть до вечности? Мне даже этого будет мало рядом с тобой, — снова эти томные взгляды и сердечки в глазах, от которых у Хосока смущение и красные щеки. — Можешь спокойно лазить у меня на кухне, может мы сможем-таки сделать хороший ужин, — только было Хосок хотел снова возразить, как его шлепнули по попе и с хихиканьем скрылись за дверью. Чон лишь сильнее надулся и крикнул, что Мин-дурак.       Хосок вздохнул и улыбнулся маленькому Холли у своих ног, и двинулся на кухню. В холодильнике нашлась пара стейков, спаржа и яйца, а также ещё пару овощей, из которых вышел бы неплохой салат. Достав продукты, он начал искать посуду для готовки, и случайно нашел бутылку красного полусладкого. Уже после того, как он всё приготовил, закатал рукава и взял в руки нож, его обняли со спины и уткнулись носом в загривок. — Мне нравится, как ты смотришься на моей кухне. Такой весь теплый и солнечный, и очень красивый, — прошептал он на ухо и улыбнулся, замечая, как любимые щеки парня порозовели. — Можешь помыться и переодеться, я всё приготовлю. — Как хочешь, я быстро, — он отложил нож и пошел в сторону ванной комнаты. — Если я не забыл с прошлого моего визита, ванная тут? — Ага, развлекайся.       Хосок скрылся за дверью, а Юнги принялся готовить ужин. Мин быстро нарезал мясо, заправил его специями и положил на горячую сковороду, почищенную спаржу он кинул вариться в кастрюльку, и заранее приготовил яйцо, чтобы позже сварить. Пока всё готовилось, Юнги задумался о деле. Убийца, что же им движет на самом деле? И как он так делал идеальные преступления, без улик, свидетелей… Юнги до ужаса хочется найти его и просто поговорить, узнать его мышление, спросить обо всём что он делал и думал в те моменты… Желание его найти становилось лишь сильнее с каждой мыслью о том, что следующей жертвой может стать кто-то из близких.       Его мысли прервал звук шагов. Хосок стоял в проходе на кухню, в растянутых вещах Юнги, и смущённый. Он слишком красивый, слишком милый, и слишком собственный сейчас. — С легким паром Сок-а, — улыбнулся ему Юнги. Хосок кивнул и обнял Юнги со спины, положил голову ему на плечо. — Мне так нравится, как ты меня обнимаешь, так сразу спокойно и уютно, — Хосок тихо угукнул ему в спину и сжал его в объятиях крепче. — Сок-а, что-то не так? — Юнги повернулся к нему и положил руки ему на плечи. Уж очень ему не нравится такой подавленный вид парня. — Юнги, я ведь хороший парень? Я имею ввиду как партнёр в отношениях? — этот вопрос Мина вставил в ступор, но лишь улыбнулся ему. — Сок-а, ты замечательный. Как тебе в голову могло это могло прийти, что ты можешь быть плохим? — Хосок поджал губы, в любимых Мином глазах не было искорок радости. Юнги поцеловал его в щеку. — Давай поужинаем, а потом глянем какой-нибудь фильм, согласен? Я всё приготовил уже. — Я нашел у тебя вино, выпьем немного? — Если ты только захочешь.       Парни сели за стол и принялись есть. Чон был всё ещё подавлен, и Юнги это очень сильно тревожило. Хосока не нужно трогать в такие моменты, он сам всё расскажет. Надо просто подождать, а ждать Юнги не любит. Поэтому сразу после ужина они пошли в гостиную с вином, сели вместе у телевизора и включили фильм. Хосок иногда отпивал из бокала и смотрел на экран, но смотрел будто сквозь него. Юнги взял его за руку и переплёл пальцы вместе, Хосок устроился у парня на плече. Вот момент, которого Юнги ждал. — Тебя всё ещё что-то беспокоит? Мне не нравится твоё настроение, — Хосок кивнул. — Расскажи мне. — Мне вспоминается наша встреча с Чондэ, и то, как ты меня защитил от него. Я так счастлив тому, что ты рядом, — теперь Юнги в недоумении. — Я просто думаю, что ты слишком хороший, Юн. — Не бывает «слишком хороших» людей Хоби. В каждом есть дерьмо, просто я стараюсь не выливать его при тебе. Нам всем хватает проблем, итак, а в отношениях я не хочу никаких таких ситуаций. А ты у меня самый милый и любимый дурачок, — следует поцелуй в лоб, от которого Хосок наконец-то улыбнулся. — Есть что-то, чем я могу успокоить тебя? — Хосок кивает и садится к парню на колени и обнимает за шею. — Хочу попробовать быть снизу. Мне не будет больно, если ты из-за этого переживаешь. — Ты почистил себя? — Да. Но если ты не хочешь… — крепкие ладони легли на упругий зад. — Всё-таки хочешь? — Знаешь, как много раз я хотел поиметь твою сочную задницу за всё это время? Ещё с первого нашего раза, — парень на его коленях хихикает и тянется за поцелуем, который сразу же получает.       Юнги всегда целует медленно и тягуче, словно растопленная карамель. Да так что в глазах звёзды взрываются и хочется лишь больше и больше.       Юнги перекладывает парня под себя на диван и целует в шею, вызывая толпы мурашек за собой и сдавленное дыхание. Крепкие руки уже лезут под большую футболку и гладят живот, бока, бедра, касаясь холодными пальцами всех любимых мест. Хосок змеёй под ним извивается, старается быть тише и не кончить от одного хищного взгляда на себя, да от нежных касаний Юнги. Юнги оставляет за собой всё новые и новые следы, что после станут сине-фиолетовыми, и в итоге снимает с Чона такую лишнюю сейчас одежду, а потом и рубашку с себя.       Они много раз видели друг друга без одежды, но восхищение от вида тел друг друга будет, думаю, вечным.       Хосок проводит ладонями вверх по телу Мина и сцепляет руки на его шее. — Мы можем поменяться, если тебе будет неприятно или больно. — А может ты всё же трахнешь меня? Я давно блин жду этого, — возмущается он, а Юнги улыбается и целует его в подбородок, параллельно с этим раздевая парня до конца.

****

      Мин стоит на балконе и мирно курит, одетый в одни шорты. Царапины на спине ещё немного болят, но он уже привык к этому, а ветер развевает отросшие волосы. Может их перекрасить, а то блонд уже надоел. — Юнги, возвращайся в кровать, — теплый комочек, завёрнутый в одеяло, стоит возле него. Юнги улыбается и целует его в лоб, а Хосок хмурится. — Фу, вонючка. — Прости Сок-а, замёрз? — Угу, а ещё я переживаю, — Чон обнимает его и тычется носом ему в шею и вздыхает, а потом улыбается, видя оставленные после себя следы на шее и спине парня. — Мне порой страшно, когда ты на работе. — Почему? — А вдруг там будет какой-то неадекватный на задержании? Тебя ведь могут ранить, а ты мне целым нужен, — Юнги улыбается ему и прижимает парня к себе, перед этим выкинув окурок. — Люблю ведь тебя. — И я тебя люблю, поэтому и работаю. Чтобы ты оставался в безопасности, и я точно знал, что ты цел, — парень кивает и обнимает его крепче. — Пойдём спать, завтра рано вставать.

****

      Тэхену которую ночь не спится. Он никого к себе не пускает, а только смотрит на знакомый номер, и лишь сильнее зарывает себя в пучину отчаяния. Он общался с младшим в последний раз только после Нового года пару раз, и видел того, когда проезжал мимо его института.       Чонгук всегда улыбался тогда, но не ему.       Чонгук кого-то обнимал, но не его.       Чонгук смущался или смеялся с кем-то, но не с ним.       Это похоже на зависимость, и он это понимает. Ким даже подписался на его соцсети. И видя на фото улыбающегося парня, у сердца что-то тянуло. Чона хотелось обнять и никому не показывать, чтобы он улыбался только для Кима и любил только Кима. Педофилией попахивает.       Тэхён сидит в машине и смотрит на уже выученный на подкорке мозга номер, вздыхает, и нажимает кнопку вызова. Он нервничает, будто ему четырнадцать и это его первая влюбленность, сильно прикусывает губу и сжимает руль. Гудки идут медленно, словно назло. Наконец трубку подняли. — Да, кто это?.. — слышится сонный голос Чонгука, а у Тэхёна будто дар речи отняли. Ему так нравится этот сонный, со слегка сексуальной хрипотцой голос младшего, от чего по коже бегут мурашки. — Эй, есть кто-то? — Это Тэхён, прости что так поздно, — улыбается он и смотрит на часы на торпедо машины — они показывают 03:43, естественно младший спал в это время. — Мы можем поговорить? — Э. да, конечно хён. Что-то случилось? Я могу как-то помочь?       Ты блин случился. Ты и всё что с тобой связано — это то, с чем у меня серьёзные проблемы… — Да, есть разговор. Ты можешь выйти ненадолго? — Эм, могу. Куда подойти? — Чонгук уже слышно, что проснулся, хотя нотки сонливости ещё уловимы. — Я стою у твоего подъезда. Спустись и сядь в машину. Можешь не спешить, — Тэхён отключился и отложил телефон в карман, смотря на то, как в комнате на одном из этажей загорается свет, и за шторой мелькает размытая фигура парня. Тэхён точно сталкер какой-то, хоть бы не посадили его.       Через минут десять, из двери подъезда выходит Чонгук. Ему немного холодно, поэтому парнишка быстро идёт к знакомой машине, и садится на переднее сиденье. Ким с ним здоровается, и Чон понимает, что это впервые как он увидел Кима после Нового Года. Старший немного накачался, волосы перекрасил в красный цвет, но на нём всё тоже, кажется даже родное, Gucci. Но даже при всей его опрятности и красоте, в нём было что-то печальное сейчас, и это «что-то» очень сильно заботило Чонгука. Наконец спустя несколько минут молчания, Чонгук начал говорить. — Ты хотел о чём-то поговорить? Я внимательно слушаю, — Тэхён вздохнул, он напрягся. Но отступать теперь некуда. Он поворачивает лицо к Чону. — Мне кажется, что я в тебя влюблён, — оба замирают сразу же. Напряжение в машине не то, что ножом, бензопилой резать можно было. Чонгук сначала впал в ступор от услышанного, а потом, когда в его голову наконец всё дошло, щеки сильно покраснели. Тэхён же отвернулся от него, а в груди и сердце залез маленький червячок сомнения. — Прости, я знаю, что это безумно неожиданно и даже глупо звучит, но это правда. — Я понимаю, что это не шутка, просто не ожидал что ты скажешь именно ЭТО, — делая акцент на последнем слове говорит парень и тоже отворачивается. Это слишком сильный удар по его сердечку, он не был готов от слова совсем к тому, что услышал. — И, как давно ты это понял? — Думаю через несколько недель после Нового года. Скажу честно, у меня такое впервые. Не считай меня каким-то неадекватным или педофилом, но ты мне правда нравишься. И дело не во внешности, хотя ты всегда очень красивый. Мне нравится твоя улыбка, твой смех, голос, то, как ты мило краснеешь от слов и как стараешься вести себя старше чем ты есть. Ты удивительный, такой открытый и милый… Может ты мне понравился ещё в самую первую встречу? Не знаю… Но я… ты чего? — Ким только сейчас обратил внимание на лицо Чонгука, который еле сдерживал слёзы. Червячок сомнений начал грызть его ещё сильнее. — Господи, прости, если я что-то не то сказал. Я перестану с тобой общаться если тебе я противен, я пойму. Только не плачь.       Чонгук опускает голову и прикусывает губу, сдавленно дышит. А у Тэхёна будто все моменты их общения пролетают перед глазами. Он готов сейчас что может получить по лицу. Возможно даже заслуженно. — Х-хён, ты уверен во всём этом? — тихо спрашивает Чонгук и поднимает взгляд на Кима, тот кивает. –Тогда вот мой ответ на всё это…       Тэхён хотел что-то ещё сказать, но его резко притягивают к себе за рубашку и целуют в губы. Мягко, нежно, и с привкусом слёз. Чужие пальцы отпускают его рубашку и ложатся на красивую шею, а тот червячок сомнений стал красивой бабочкой, что теперь каждый раз бьётся в груди и излучает тепло.