Дракон, сэр

       Это случилось в конце пятого курса. Гарри заперся в особняке на Гриммо и никого не пускал к себе. Обеспокоенные друзья писали ему письма и пытались связаться по камину, но совы не могли найти нужного адреса, а камин был закрыт для всех. Даже для Рона и Гермионы.        Целыми днями он бесцельно бродил по дому, не обращая внимания на Кричера с его ворчанием и на портрет неугомонной Вальбурги, которая всеми способами пыталась подъесть Мальчика-Который-Выжил тем, что полукровке не место в этом доме и ему тут никто не рад. Он и сам себе был не рад. По его вине погиб его крёстный, были подвергнуты опасности его друзья, а Волдеморт остался безнаказанным и всё так же бесчинствовал на свободе, убивая и запугивая простой народ. Пожирателей стало больше. Сила врага росла с каждым днём всё больше и больше, но что он мог сделать? Он — простой мальчишка, которому до этого всего лишь везло. Гарри подумывал о том, чтобы больше не возвращаться в Хогвартс.        Так он провёл большую часть летних каникул. Медленно загоняя себя в угол. Но в один из дней всё резко изменилось. Это был его шестнадцатый день рождения.        Этот день начался для юного волшебника со страшных болей. Ему казалось, что болела каждая клеточка организма. Он кричал. Много и подолгу. Иногда, боль отступала и тогда он мог отдышаться. Горло саднило от криков, кожа горела огнём, а сознание уплывало в спасительную тьму, но потом всё начиналось сначала и так по бесконечному кругу. Гарри повезло, что старый Кричер сразу сообразил, что происходит с новоиспечённым хозяином. Такое в этом доме уже случалось. Он обрабатывал кожу юноши нужными отварами и отпаивал необходимыми зельями. Кто знает, сколько бы промучился Поттер, если бы не своевременное вмешательство домовика, а так, провёл он в таком состоянии всего лишь пару дней.        Через какое-то время боль стала настолько нестерпимой, что Гарри всё же потерял сознание. Тело продолжало меняться…

***

       Он не знал, сколько времени провёл в этом состоянии, но когда он очнулся, была глубокая ночь и ему до жути хотелось пить и чем-нибудь перекусить. Сесть в кровати удалось лишь с пятой попытки, уставшие мышцы отказывались работать, а голова нещадно болела. Всё же сев, он перевёл дух, посидел несколько долгих минут и решил довести дело до конца. Сорванный голос не желал слушаться своего хозяина и поэтому вместо «Кричер!» из горла вылетел лишь тихий хрип. Поэтому рассчитывать на помощь не стоило.        С горем пополам он спустил ноги на пол и приподнявшись сделал рывок. Ноги его не удержали и потому он мешком рухнул на пол. Это действие отозвалось тупой болью во всём теле. Перевернувшись на спину, и, раскинувшись по полу в форме звезды, Гарри решил проанализировать что с ним случилось.        Очевидно, что с его телом произошли какие-то изменения, но повернув голову в сторону и посмотрев на собственные руки, он не заметил ничего необычного. Идём дальше. Это всё началось в день его рождения, итак, что мы имеем в таком случае. Кажется, про что-то такое им говорили на уроках Защиты от Тёмных Искусств. Кажется это была тема магического наследия. Но Гарри отчётливо помнил, что магическое наследие можно принять только в восемнадцать, не раньше, поэтому эту версию он откинул тут же.        Не увидев ни одной адекватной теории того, что это могло быть, он решил оставить это на потом и всё же сходить и утолить потребности. В этот момент в комнату вошёл Кричер, решивший проведать юного хозяина. Обнаружив того в сознании да ещё и на полу, тот переполошился. Он помог Гарри встать с пола, сходить по нужным делам в ванную комнату, а потом лечь обратно в кровать., сносился на кухню и принёс кувшин с водой и еды.       — Кричер, что со мной случилось? — отправляя первую ложку супа в рот, прохрипел Гарри еле как.       — Вы приняли наследие рода Поттеров, сэр, — без бывшего ворчания ответил домовик.       — Как наследие? — удивлённо воскликнул мальчик, суп Кричера подействовал лучшим образом на его голосовые связки, — Но ведь мне же ещё нет восемнадцати…       — Сущность сама выбирает когда ей выходить, хозяин, — начал объяснять Кричер, — у вас она решила появится раньше.       — И… и кто, — он кашлянул, — кто моя сущность?       — Дракон, сэр.        С этого всё и началось. С простого, благоговейного: «Дракон, сэр»