Game over, Тэхён-и

Тэхён чувствовал гораздо больше, чем могла уместить в себе секунда. Всплеск возбуждения, восторг, эйфория. Возвышенный круговорот, заземлённый телесным контактом; Чонгук бы с радостью озвучил эмоции, если бы только мог говорить. Но с его губ срывались лишь возбуждённые стоны. Одного из них швыряло на простынь, а другого к воображаемому берегу. Тэхён прижимался губами к влажной шее, чувствовал, как чужой пульс пытался пробиться сквозь кожу. Он оставил укус в том месте, где челюсть сходилась с шеей, и услышал в ответ всхлип, больше похожий на призыв о помощи. Наверно, заклеймить горячее тело будет крайне опрометчиво и по большей части эгоистично. Есть ли у Тэхёна право заявлять, что чьё-то тело может принадлежать ему? Он двигался быстро, вынуждая Чонгука прогибаться в спине и отбрасывать голову назад. Тэхён прижимался вплотную, готовый ответить на каждое безвольное движение. Он всё тянулся к губам Чонгука, чтобы поцеловать их, но каждый раз по пути отвлекался на другие интересные участки. Ему хотелось продолжать до бесконечности: томить и быть томимым, увлекать и быть увлекаемым, осуществлять и быть осуществимым — с Чонгуком череда глаголов никогда не прервётся. Он провёл пальцами по влажным следам на шее и позволил себе закончить пытку. Они лежали на постели и целовались. Тэхён с улыбкой скользил губами по умиротворённому лицу и гладил длинные волосы, мечтая закончить существование на столь счастливой ноте. Взглядом он наткнулся на часы, стоявшие возле кровати, и, резко подскочив, воскликнул: — Чёрт, мне надо бежать! Чонгук поднялся на локтях и спросил: — Куда? Ты ведь только пришёл. — Я обещал встретиться с Чимином. Тэхён натянул джинсы и выразил на лице сожаление в надежде оправдать спешный уход. — Твой близкий друг? — Ага. — Тэхён потянулся за футболкой, валявшейся у окна, вывернул её на лицевую сторону. Заметив грустное лицо Чонгука, он вновь залез на кровать и, невинно улыбнувшись, попытался его приободрить: — Не обижайся. Хочешь, вечером куда-нибудь сходим? Чонгук перевёл на него взгляд и с фальшивым безразличием поинтересовался: — Свидание? — Если хочешь. — Место выбираю я. Тэхён наклонился и поцеловал его, погасив все недовольства лёгкой улыбкой. Если этот день начинается подобным образом, то он уже обречён на успех. — Напиши мне после четырёх. Чонгук кивнул и слез с кровати, чтобы отправиться в душ, Тэхён же продолжил собираться. Оказавшись в одежде, он остановился у полок, опасливо глянув в коридор. Из ванной всё ещё доносился шум воды. Он решил беглым взглядом пройтись по чужому жилищу, выискивая для себя интересные факты. Целый стеллаж, забитый играми и книгами. Учебники и пособия — обычные атрибуты студенческой жизни. Он обнаружил на полке с играми «Watch dogs 2» и мягко улыбнулся — оказывается, у них с Чонгуком даже больше общего, чем он думал. Надо будет спросить, как он относится к Ренчу. Тэхён до сих пор вспоминал этого персонажа с подрагивающими от восторга коленками. Обложкой к нему среди учебников стояла книга, о которой Тэхён многое успел услышать в кругу геймеров. Открывая её на случайных страницах, он принялся читать рандомные факты о создании «Dragon age», в результате чего увлёкся так сильно, что не заметил, как из коридора перестал доноситься шум воды. Уже через две минуты его чтение оборвал насмешливый голос Чонгука: — Чем ты тут занимаешься? Я думал, ты опаздываешь. Тэхён вздрогнул и выронил книгу из рук. Поднимая её тут же с пола, он обернулся и с нескрываемым удивлением спросил: — «Кровь, пот и пиксели»? Серьёзно? Он всеми силами пытался игнорировать влажные волосы и обнажённую вздымающуюся грудь, ещё пару минут назад отзывавшуюся на жаркие прикосновения. Чонгук пожал плечами: — А что не так? — Насколько нужно гореть своей специальностью, чтобы даже в свободное время читать книги по гейм-дизайну? — Тэхён пролистал несколько страничек и вернул книгу на полку. — Это так же странно, как если бы я читал… — Он замолчал, понимая, что дальнейшая информация не несёт в себе никакой полезной информации. — Впрочем, неважно, я и правда опаздываю. Но Чонгука заинтересовали слова Тэхёна. — Что за тайна с твоим образованием? Ты что, скрываешь двойную жизнь? — Просто не вижу смысла акцентировать на этом внимание. Тэхён почувствовал, как лукавый взгляд парня прошёлся по его телу, и подавил почти зародившуюся дрожь. Он выдержал чужое внимание и спрятал руки в карманы, наблюдая за каплями воды, спускающимися по волосам к плечам. — А может, — начал новое предположение Чонгук, — ты просто пытаешься подогреть интерес к себе, рисуя образ загадочного парня? Тэхён улыбнулся. В этом предположении что-то есть. — Напиши мне сегодня, — напомнил он в последний раз, обнимая за шею. Он поцеловал Чонгука, вложив в своё действие максимум нерастраченных эмоций, и отправился в коридор за курткой. Если бы вся жизнь была такой, как сегодняшнее утро, он бы даже хотел прожить её. Покидая квартиру, он провёл пальцами по собственным губам, растворяясь в сладком привкусе нежности.

***

— Рассказывай, что у вас с Чонгуком. Чимин как всегда разговаривал властным тоном, не предусматривающим возражений. На нём был деловой костюм, в котором он выбрался из офиса в час обеденного перерыва. — Отношения, — пожал плечами Тэхён. — Для человека, который сам просил о встрече, ты не слишком многословен. Тэхён вздохнул, понимая, что друг прав. Он ведь сам позвал сюда Чимина, чтобы поделиться переживаниями. Нет смысла ходить вокруг да около и недоговаривать очевидных вещей. — Он мне нравится, — выдохнул он, признавая поражение. Чимин кивнул, пережёвывая листья салата. — Что ж, ты увеличил количество слов в три раза — это прогресс. Но для диалога пока недостаточно. Тэхён сжался. Как ему начать говорить? Он ведь даже не уверен, что проблема вообще существует. Возможно, он опять сам выдумал сложности и просто портит себе жизнь, анализируя то, что анализу не поддаётся. — Ладно, я не знаю, что у нас с Чонгуком. Он мне нравится — даже сильно, — но я не уверен, что подобного рода симпатию можно назвать любовью. — А что изменится, если ты выяснишь, что это любовь? — спросил Чимин, вгоняя Тэхёна в ступор. Он понял, что не имеет представлений об ответе на этот вопрос. — Ну… — неуверенно начал он. — Ясно, — заключил Чимин, отодвигая тарелку. — Контраргументы ты не подготовил. — Ты любишь Юнги? — спросил он внезапно. — Разумеется. Я ради этого человека готов на всё. — Ты даже не дал себе времени усомниться. А я бы не смог ответить на подобный вопрос, не задумавшись хотя бы на минуту. — Тэхён, мы с ним полгода встречаемся. Срок побольше твоего будет. — Он выдохнул, наклоняясь ближе. — Послушай, любовь не имеет закреплённого сценария. Она не обязана идти одним путём для каждого человека. Кто-то впутывается в неё сразу, кто-то долго пытается разглядеть. Нет устоявшихся правил, по которым ты всегда с уверенностью можешь сказать, что прошёл «истинный путь до любви». Если для того, чтобы чувства обрели вес, требуется время, это не страшно. Страшно раньше времени свернуть и не испытать их совсем. Тэхён уловил посыл друга, но быть серьёзным для него казалось чем-то невозможным сейчас. Он улыбнулся и выдал шутку, за которой скрывалась благодарность на слова. — Не нужно изображать мудреца, Чимин. Пак развёл руки, недоумевая. — Но ты сам пришёл ко мне за советом. Стало быть, подсознательно уже принял меня в подобной роли. — Справедливо, — согласился Тэхён. Он всё ждал, что в нём щёлкнет переключатель, и к диалогу подключится серьёзный человек, готовый внимать советам друга, но этого никак не происходило. — Не жди от себя взрыва фейерверков и бабочек в животе, — добавил Пак. — Иногда любовь — это просто «приятно», вот и всё. Для каждого она ощущается по-разному. Если чувства не кружат тебе голову, как в романтических дорамах, это не значит, что ты дефектный. — Но иногда я думаю об этом: что если я сломан? Буря эмоций, всплеск ощущений — это не про меня. Я слишком спокоен к отношениям, чувствам и проявлениям заботы, что немного пугает. Разве это нормально? — Тэхён забыл о еде и придвинулся ближе, забрасывая руки на стол. Он перешёл на заговорщический шёпот, желая посвятить Чимина в обнаруженную «тайну»: — О, а ещё меня не покидает чувство, что я знаю Чонгука лишь наполовину. Есть столько фактов о себе, которые он от меня скрывает. Как я умудрился впутаться в отношения с человеком, которого узнал не до самого конца? — А что, есть факты, которые могут изменить твоё отношение к нему? — Да. Если, например, выяснится, что он маньяк-педофил, мне придётся его бросить. Чимин не оценил шутку. — Я серьёзно. — Да я тоже. — И всё же я искренне не понимаю твоего стремления разложить чувства по полочкам. Дать всему название, запутаться в определениях. Любовь, симпатия, привязанность — да какая разница? Если ты наслаждаешься проведённым с Чонгуком временем и боишься вычеркнуть его из жизни прямо сейчас, то чувства чего-то да стоят. Остальное неважно. Ты узнаешь его в процессе, всё ещё будет. Ты же не связал себя какими-то обязательствами. Если узнаешь что-то неприемлемое, всегда будет шанс уйти. Не усложняй. Да, Тэхён и правда всё усложняет. Как всегда — тактика у него такая. — Возможно, ты прав, — произнёс он не без усилий. — Конечно, прав, — фыркнул друг, прежде чем вздохнуть обречённо. — На самом деле, я не имею представлений. Из меня такой же советчик, как из Юнги трезвенник. Диалог почти исчерпал себя, но Тэхён внезапно вспомнил, что собирался разузнать у Чимина ещё кое-что. Он задал вопрос, не ожидая, однако, стоящего ответа: — Пока не забыл: скажи, ты случайно не знаешь ДжейКея? Пак оторвался от еды, уставившись на него недоуменно. — Это вопрос с подвохом? — Нет. — Что ж, тогда ДжейКей — это парень, к которому ты испытывал виртуальное сексуальное влечение. — Интересная формулировка, — кивнул Тэхён, — но я не о том. Ты знаешь, кто такой ДжейКей в действительности? Пак нахмурился. — А должен? — Вдруг. Может, Юнги знает? Чимин пожал плечами, извиняясь за неосведомлённость в данном вопросе. — Прости, не могу порадовать положительным ответом. — Его глаза встретились с глазами Тэхёна, и он с искренним беспокойством спросил: — Должен ли я переживать? Хороший вопрос. Но ещё лучше: должен ли переживать Тэхён? ДжейКей признался на прошлой неделе, что смог вычислить его через общего знакомого, и то была неплохая зацепка для ответных поисков. Выйти на виртуального соперника/союзника будет теперь не так уж трудно, ведь знакомых Тэхёна можно пересчитать по пальцам. — Забудь, — отмахнулся он, надеясь, что Чимин потеряет интерес к вопросу. Но Чимин не Чимин, если упустит возможность выдать глупость. — Вы с Чонгуком ищете третьего человека для групповухи? — Я даже не знаю, что удивляет меня больше: групповой секс или наличие ДжейКея в нём. — Он поднял взгляд и произнёс серьёзно, намекая, что не допускает мысли о возражениях: — Никогда и ни при каких обстоятельствах я бы не ввязался в какого-либо рода отношения с этим человеком. Чимин усмехнулся. — Ты уже хотя бы называешь его человеком. Это прогресс. К счастью, на этом глупые вопросы вечера закончились. Принимаясь за десерт, Тэхён с наслаждением положил в рот ложку мороженого и позволил себе забыть обо всём хотя бы на ближайшие минуты.

***

Какое место мог выбрать Чонгук для их свидания? Разумеется, пиццерию. Здесь проходили их частые встречи после отработанных смен и просто счастливые выходные. Тэхён успел привыкнуть к такому обстоятельству жизни, и оно его нисколько не смущало. Однако гавайская пицца и всё, что имело к ней отношение, в целях безопасности находились под запретом. Чонгук время от времени бросал на Тэхёна задумчивые взгляды. Казалось, он искал силы сказать что-то важное, но никак их не находил. Не выдержав, Тэхён сам поинтересовался: — Что там у тебя? Чонгук испугался. Он был уверен, что его взгляды оставались незамеченными, но это не так. — Ты ведь простишь мне что угодно? — спросил он спустя время. Тэхён нахмурился. Вопрос оказался слишком серьёзным и подозрительным для столь незатейливого вечера. Он думал, Чонгук спросит глупость, вроде «Сходим снова в кино?» или «Ты знаешь, что выглядишь потрясающе?», но никак не то, что было озвучено в конечном счёте. Тэхён попытался обернуть всё шуткой и непринуждённо спросил: — Что ты уже успел натворить? Но Чонгук не разделил его веселья. В глазах загорелось чувство, похожее на вину, за столом повисла пауза. Чонгук выпрямился и хотел уже было сознаться в чём-то, но в последний момент струсил; пошёл на попятную. — Ничего, — отмахнулся он. — Решил спросить на будущее. Это не то, что Тэхён ожидал услышать. Он лишь сильнее прочувствовал давление момента и предпринял попытку вытянуть из Чонгука правду: — Я не могу обещать прощение за поступок, который ещё не успел увидеть. — Он облокотился на стол и улыбнулся, чтобы расположить Чонгука к дальнейшим откровениям. — Вдруг ты собираешься сделать что-то ужасное? Вдруг ты собираешься разбить мне сердце? Теперь настала очередь Чонгука опускать взгляд и криво улыбаться. В асимметрии выражалась доля прозрачных, но таких ощутимых опасений. — Больше похоже на твою привилегию. Всего лишь шутка, задевшая Тэхёна до глубины души. Он разом растерял веселье, опуская уголки губ. Глаза нахмурились, лицо приняло серьёзное выражение. — И что это должно значить? Чонгук пожал плечами, не утруждая себя объяснениями. К чему тогда вопрос? От чего столь удушающая скорбь в голосе? Тэхён не знал, что задевало его сильнее — факт чужой неуверенности в нём или злободневная истина. Ведь, будем честны, если они с Чонгуком однажды расстанутся, то произойдёт это скорее всего в самом деле по его инициативе. Только он здесь спорил с сердцем о чувствах и желаниях. Чонгук в этом плане был более чист. — Не представляю, что должен ответить тебе на это, — сказал он с долей обиды. — Прости. Забудь. — Чонгук оживился, пустившись в панику. — Я не собирался нагружать тебя воображаемыми проблемами. Я всего лишь хотел… Правда, забудь. И прости. — Перестань извиняться. — В голосе Тэхёна не осталось озорства. Чонгук обнял себя за плечи и отвёл взгляд. Что успело произойти с ним сегодня? Они не виделись с утра всего пару часов — как можно найти проблемы за столь короткое время? — Просто пообещай, что не будешь слишком строг ко мне, если я умудрюсь всё испортить, — возобновил Чонгук. — Помни: я бесконечно… дорожу тобой. И, что бы я ни делал, я делаю это, переживая за тебя и твои чувства. Манипуляция. Дешёвый трюк. Чонгук заставлял обещать то, что Тэхён, возможно, не сможет выполнить. Идеальный трюк — скрыть давление за признанием. Тэхён дёрнул бровью и ответил обрывками, словно без намёка на искренность: — Хорошо. Обещаю. И тогда он запутался окончательно. Когда только в их двухнедельных отношениях успели появиться проблемы? Тэхён чуял запах приближающейся неизбежности. Таймер, что должен был отсчитывать время до конца, запустили с чужого позволения. Но что должно произойти? Почему сердце стучит так, словно ощущает подступающее бремя? Что-то грядёт, но что именно — Тэхёну неизвестно. Остаётся только ждать и надеяться, что после конца у него останется хоть что-то.