Орден Четырёх Стихий

Берег широкого пруда усыпан разноцветными опавшими лепестками. Небольшой ветер разносит их по кристально чистой водной глади, и в ней отражается голубое небо. Сейчас середина лета, но наш зачарованный лес пестрел всеми временами года: кое-где лежит лёд и снег, а где-то всё цветёт и пахнет. При этом деревья чувствуют себя прекрасно, их жизненный цикл не сокращается, в каком бы состоянии они не находились. Орден живёт на этом месте уже лет пятьсот, магия творилась тут направо и налево, поэтому неудивительно, что в какой-то момент лес мутировал от постоянно повышенного энергетического фона. Он стал живее, активнее, выше, отзывчивее на магию, разросся и реагирует агрессивно на чужаков, начал захватывать территорию. Понимая, что ни к чему хорошему это не приведёт, мастера начали практиковать здесь искусство управления жизненной энергией. Лес генерировал профильную магию Ордена как одна большая батарейка, и мы начали вытягивать излишки, чтобы вернуть растения к норме, но было, по большему счёту, уже поздно: даже сейчас местные деревья радовали глаз необычным цветом кроны и ствола, от чистого золота до нормальных цветов, фиолетового, белого, чёрного, при этом самых разнообразных сочетаний; некоторые из них старше Ордена, но увядать даже не думают. По отдельности деревья выглядят почти нормально, но, когда рядом стоит одно с фиолетовыми листьями и золотым стволом, а рядом чёрное, включая крону темнее ночи, поневоле осознаёшь, что развитие леса пошло куда-то не туда. К счастью, Орден таких ошибок больше не допускал, контролируя распространение энергии жизни там, где нас много. А зачарованный лес так и остался напоминанием о том, что за собой надо следить, или будут последствия. Я сижу на берегу, отдыхаю, гляжу в пруд. Там живёт рыба несмотря на то, что в лесу в целом животных нет. Поскольку вода тоже претерпела некоторые изменения, её обитатели стали крепким орешком, который не поймать на удочку. Местная рыба считается лекарством, чешуя и требуха - ингредиенты, входящие в нашу алхимию, а для еды её никто не ловит - слишком ценная. Я, как и многие мастера, имею привычку практиковать здесь фирменное боевое искусство Ордена - Тай-гу, искусство управления самой жизнью как в себе, так и в других, и это то, что является краеугольным камнем нашей организации. Мы называемся Орденом Четырёх Стихий, поскольку используем боевую магию, основанную на стихийном элементе, но только потому, что наша основная магия… слишком эффективна. В последнее время в Ордене очень скучно. Моя команда занимается своими делами: Гхарат варит свои забористые зелья и спорит с другими химерологами об очередном исследовании, Альдо набрал за год приличное количество редких материалов и теперь увлечённо мастерит что-то на заказ, Капитан в кои-то веки уделил внимание собраниям стратегов, больше похожим на посиделки тех, кому за шестьдесят, и чувствует себя прекрасно. Одна я не знаю, куда приложить своё свободное время. Обычно перерыв между наймами занят тренировками и лечением Буревестников - нашего подразделения разведки, но сейчас все они на заданиях в поле, как обычно непонятно где. Высвободившееся время я сначала тратила на саморазвитие, но всё быстро свелось к обычному режиму, а большая часть дня снова свободна. Жизнь тянулась отвратительно медленно. Захотелось запустить камешек в безупречную гладь пруда, но я уже давно вышла из возраста, когда плохое настроение является оправданием деструктивному поведению. Погода тёплая. Немножко облачно, но, кажется, не будет дождя. Может быть, пойти прогуляться? Сделать крюк до дома? Не такая плохая мысль. На этом я поднялась с земли и пошла в сторону входа в Гостевой зал. Деревья, чувствуя приближение источника энергии, тянут ветви навстречу. Это жутковато, как и факт того, что местная растительность активно стремится к дармовой кормёжке. К счастью, всё, что нужно, это скрыть объём своей силы, и вуаля, деревьям вокруг уже становится неинтересно. Лес в какой-то мере опасен даже для своих создателей. Тут запрещено бывать детям, поскольку для прогулок требовался контроль энергетики, иначе кусты-деревья облепят со всех сторон и начнут выпивать из тебя силы. Впрочем, детей вообще не выпускают наружу из Гостевого Зала, это правило довольно строго соблюдается. Орден пропагандирует поговорку «мой дом – моя крепость». Мы расположены внутри огромного замкнутого кольца гор, практически неприступных снаружи, но полных живописных долин внутри. Каждая долина связана с остальными системой порталов и подгорными переходами. Сердцем же Ордена являются Залы: Гостевой, Исторический, Военный, Большой и Малый, Зал Совета Старейшин и несколько Портальных Залов, причём это ещё не всё. Тем не менее, попасть внутрь кольца гор можно только из Гостевого, как и выйти наружу. По чести говоря, в древности местные горы принадлежали одному из народов гномов. В какой-то момент они пали жертвами демонического вторжения, и об этом, к сожалению, узнали только тогда, когда в пещеры пришёл Орден, выбирая место для базы, и обнаружил большое количество трупов. Гномы вообще стараются держаться подальше от всех, поэтому выбрали именно эти горы: не примыкающие к ближайшим государствам, неприступные, если не знать, где вход в пещеры, с уютными долинами внутри хребтов. Без этого народа весь местный потенциал так и не был бы реализован, потому что половина пещер внутри рукотворная, вход тоже искусственный, а пройти ножками через высочайшие вершины континента дураков не оказалось. В дальнейшем народ гномов так и не вернулся сюда, опасаясь нового вторжения. Однако Орден вложил в безопасность пещер и долин немало труда, и теперь демоны попасть сюда не смогут, даже используя всю суммарную магическую мощь, как народа. В случае, если вообще смогут договориться, конечно же. Я остановилась посреди леса, ловя себя на неуместных рассуждениях об истории Ордена. Увы, такое случается часто на протяжении всей жизни здесь. Сначала это был результат информационного голода, а потом переросло в привычку, вывести которую, может, и можно было бы, но не хотелось. Чаще всего, например, закрадываются мысли о том, попаданка я всё-таки или нет? Давным-давно, аж двадцать лет назад, в большом городе жила-была женщина. Женщина самая обыкновенная, хоть это и клише, но всё-таки правда. Впрочем, нет, было кое-что необычное в ней – рак. Борьба с ним не стихала у женщины ни на минуту, но, в конечном итоге, болезнь, увы, победила через полгода после того, как женщина справила своё тридцатилетие. Родители этой несчастной умерли лет за пять до этого, отношений больная не заводила по понятным причинам. Дома у неё не было даже кота, потому что животное было бы жалко в случае чего. На этом сказке несчастливый конец. Понимание того, что я, по сути, родилась заново, пришло где-то в шесть лет. Помню, случайно уронила любимую игрушку с высоты вниз, расплакалась и разревелась, а потом, бум! Как обухом по голове пришло первое воспоминание о том, как в детстве кидала шарики с водой с балкона второго этажа и смеялась. Воспоминание было таким ярким, что слёзы мгновенно прекратились, и я несколько минут не могла понять, кем являюсь: тридцатилетней женщиной или ребёнком шести лет? В дальнейшем, впрочем, это не стало проблемой. Какой бы багаж опыта и знаний я ни принесла с собой, тело маленькой девочки и гормоны никто не отменял. Вся разница заключалась только в скорости обучения: магия жизни постигалась с невероятной для ребёнка скоростью, что взрослых вокруг только радовало. Магический резерв у моего тела был очень приличным, поскольку в этой жизни я была орденским жителем в третьем поколении. Тем не менее, её большую часть пришлось провести в одиночестве: родители сгинули во время одной из миссий, да так, что факт их смерти установили только по немногочисленным останкам исключительно с помощью магии. Где дед и бабушка я не знала: точно не в Ордене, контактов с родителями они не поддерживали, так что и сообщить о произошедшем было невозможно. Такое случалось время от времени, поэтому социальный механизм общества на этот случай отработал, как надо: детский дом, потом учёба на целителя, затем, в шестнадцать, специализация на полевом целительстве, обучение боевой магии, боевое направление Тай-гу… Я моргнула, когда луч света пробился сквозь листву и ударил прямо в глаза. Поднявшийся ветер оглушил шелестом бесчисленного количества листьев вокруг. Тьфу, опять уплыла. Нет, с этим надо что-то делать. Справедливости ради следует сказать, что, если бы у меня не было столько лишнего свободного времени, то и концентрация не терялась бы, и мозг был бы чем-то (хоть чем-то!) занят. А не строил несвязные внутренние монологи сам для себя. Тьфу. Нахмурившись, я решительнее зашагала сквозь лес навстречу цивилизации. Где-то минут через пятнадцать ходьбы взгляду открылась местность, очищенная от растений, мощёная камнем площадь, ведущая к каменной горе, в которой искусно вырезаны двустворчатые врата около четырёх метров в высоту. Они не открывались последние лет шесть, пожалуй, поскольку гости Ордена приходят через магические порталы, а сами местные жители используют другой способ. Во вратах высечены растительные узоры, цветы и листья которых представляют собой резные клесониты – недрагоценные камни молочно-бежевого цвета, которые, тем не менее, активно добываются и используются как накопители. Я привычно дотронулась до ближайшего и добавила немного своей энергии. Камень красиво, но тускло засиял, запуская встроенное заклинание. Ответом стал подсвеченный участок врат. Я дотронулась и до него тоже, и реакция не заставила себя ждать, телепортируя моё тело на другую сторону буквально за секунду. Способ мудрёный, да, но Орден болен паранойей давно и прочно, так что вопросов никто не задаёт. Внутри Гостевого Зала светло и шумно. По центру он немного ниже уровня пола, и нужно спуститься на три ступени. По бокам идут белые колонны, к которым прикреплены магические светильники, а за ними – коридоры в те части, что, как и Зал, называются Гостевыми. Стены заняты непрерывными барельефами, включая потолок, которые изображают наглядно ключевые исторические события Ордена в хронологическом порядке. Заметно впереди арка открывает вид на вторую часть зала, за которой находится уже Первый Портальный, из которого можно попасть во внутреннюю часть Ордена. Туда-то мне и дорога. Сегодня вокруг людно: спешат куда-то целители-стажёры в зелёных мантиях, поодиночке мелькают люди в чёрных куртках – воины, маги в синих мантиях – учёные и учителя. В простых платьях с ручной вышивкой идут девушки, в обычных штанах и рубашках мужчины – эти либо в отгулах, либо мирные жители. В Ордене идёт неделя Большой Ярмарки, когда можно купить действительно великолепные вещи по сравнительно справедливой цене. Прибывают торговцы из других стран и даже миров и ведут свои дела в Гостевых помещениях. Попутно идут выступления музыкантов, артистов, гимнастов, различные соревнования на потеху публике, в общем, народ развлекается, как может, поскольку в следующий раз такая потеха будет аж через полгода. Меня не очень волнует, правда, а вот Альдо обожает такие мероприятия: его душа коллекционера поёт и заставляет хозяина бродить из одного угла Ярмарки в другой в поисках редких вещиц. Кроме того, он и сам продаёт свои артефакты, хоть и по бешеной цене. В основном амулеты, кольца, экзотичного вида предметы одежды с зачарованием – всё высокого качества, отсюда и стоимость. Хотя… Остановившись посреди зала, я осознала, что, пожалуй, за всё время жизни в Ордене не тратила свои деньги на что-то кроме еды и снаряжения. И компонентов для зелий. Все целители в Ордене оказывают частные услуги, это не запрещалось и даже поощрялось: манипулирование жизненной энергией способно на многое само по себе, а в умелых руках да с подготовкой превосходит по эффективности любое другое лечение, включая таковое у вечноживущих рас. То же самое касается и алхимии, ведь зелья, по сути, это законсервированная энергия, усиленная или видоизменённая с помощью компонентов, входящих в состав. Всё это делает честь и рекламу Ордену лучше любых других методов. Таким образом, варят исцеляющие зелья все целители, вышедшие из поры ученичества и получившие разрешение. Я не стала исключением, и, в силу ранга, делаю высокоуровневые зелья по стоимости не такой большой, как у продукции Альдо или Гхарата, но тоже очень приличной. Правила Ордена запрещают их массовую продажу на Ярмарке, можно только в частном порядке поштучно гостям и большими партиями жителям Ордена. В любом случае требуется качественное сырьё, которое стоит денег, и четверть моего заработка в месяц уходит именно на это. Все оставшиеся деньги, кроме тех, что тратятся на еду и снаряжение, лежат, по сути, мёртвым грузом. Ну, или откладываются до лучших времён, кому как нравится. Сумма скопилась приличная. Никогда не любила шоппинг, но, учитывая общую скуку, может быть, это не такой уж плохой вариант. С этими мыслями я и свернула в один из коридоров, ведущих в Малые Гостевые Залы – череду двухэтажных помещений, разбитых на комнаты. Там живут гости Ордена простого происхождения. Сейчас всё занято торговцами. Они пригоняют с собой телеги с товаром, поднимают навесы, и начинается потеха. Поскольку их много, Залы пестреют от тканей разных цветов, товаров неизвестной степени экзотичности, оружия, талисманов, семян и прочего. Иногда привозят что-то совсем необычное – это стоит поискать. Я немного поморщилась от шума толпы. Среди лотков ходило много наших, местами у наиболее популярных торговцев собиралась небольшая толпа, в которой начинались стихийные торги. В основном тут были люди, но попадались алькоры – существа, похожие на красивых детей эльфов, но на деле – совсем другая раса, дальние родственники. Пока они молоды, то путешествуют в качестве торговцев, поскольку их знание трав и качество эликсиров ценится высоко даже в Ордене. К сожалению (или к счастью?), они слабые маги, но чрезвычайно чувствительны к любому виду энергии. Невольно я остановилась напротив одного из таких лотков. Привлёк внимание пучок травы ирилис – её красивые фиолетовые листочки сушатся и добавляются в специфические снадобья, необходимые, чтобы откатывать обращение в демонов большинства гуманоидных существ. Несмотря на то, что зелье применяется многими, с успехом это делают только в Ордене, поскольку наша энергетика нейтрализует демоническую, что является важным условием для отката обращения. А травку нам обычно поставляют алькоры, да. Хотя видеть её на Ярмарке несколько необычно. - Госпожа целитель желает пополнить запасы ирилиса? – звонкий голосок продавщицы отвлёк от рассмотрения травки. Я подняла взгляд. Низенькая алькора, рыжая, кудрявая, улыбчивая и сероглазая, в белой рубашке с невообразимой разноцветной вышивкой на воротах, манжетах и вдоль пуговиц. Алькоры и их вышивка – отдельная история. В неё они вкладывают особый смысл: всё, о чём они не хотят говорить вслух, но желают, чтобы остальные знали, нанесено на одежду узорами. - Было бы неплохо, если бы он был дозревший, госпожа целитель, - чуть улыбнулась я в ответ, лёгким движением указывая на манжеты. - Ему не хватило всего пары дней, - чуть менее жизнерадостно заметила Алькора. – И вы можете усилить снадобье своими заклинаниями. «Будь я серебряного ранга, может быть», - согласно подумала я, но в слух сказала другое: - От качества ирилиса зависит уровень снадобья. Если он слишком рано сорван, то не получится ничего выше среднего, даже в случае, если будет особый флакон и специальная выдержка. - Госпожа знает толк в снадобьях, - «уважительно» кивнула алькора, не стесняясь польстить. – Но если взять ещё свежий горелух, то эффективность ирилиса вырастет в разы! Торговка указала на лежащий немного правее пучок золотистой травы. Горелух действительно действовал на снадобья с примесью ирилиса положительно, вот только… - Да, конечно, при условии, что горелух свежий, - кивнула я, соглашаясь. – А скажите мне, уважаемая, где у вашего горелуха корни? Чтобы сохранять эту травку максимально свежей, её везут в горшках и выкапывают вместе с корнями. Горелух часто встречается то тут, то там, но, кроме как усилитель илириса, больше практически нигде не используется, а перевозка его неудобна. Таким образом, если горелух лежит на прилавке без корней и не в горшке, то к продавцу возникают определённые вопросы. Вот почему самые лучшие целители либо лично выбирают надёжных поставщиков, либо собирают травки сами, а то и оба варианта одновременно. - Будьте уверены, он попал на прилавок свежим!.. – улыбнулась, хоть и немного натянуто, рыжая. - …День назад, - закончила я за неё, вглядываясь в травку. На кончике, чуть-чуть, но было видно, что травка подсохла. Нет, я понимала, почему эта торговка тут стоит. Целители золотого ранга делают частные заказы на ингредиенты, но серебряные чаще всего не могут позволить себе такой роскоши, поэтому закупают травки, где могут и любого качества, кроме самого низкого. - …Я вижу, госпожа многое знает, - капризно поджав губы, заметила алькора, но затем просветлела. – Возможно, госпожа захочет взглянуть на товары моего дядюшки. Он – признанный целитель алькоров, специально приезжает со своим товаром каждый год, и до сих пор его прилавок – самый посещаемый среди тех, что продают травы. Скажите, что вы от Гельмисы, и вас пропустят без очереди! - Да? – удивилась я. – И где его найти? - В последнем Малом Гостевом Зале, - легко ответила девчушка и обворожительно улыбнулась. В общем, это похоже на развод. Вероятно, упоминать имя этой алькоры не стоит, а вот пойти взглянуть на другую лавку – почему бы и нет? Тем более, среди торговцев тут тоже есть ранжирование: ближе к выходу самые дешёвые, а чем дальше, тем дороже. Кивнув алькоре на прощание, я отправилась дальше, лавируя в толпе. Чем дальше продвигаешься, тем шире прилавки, лучше одеты торговцы и меньше людей. В последнем зале прилавков стояло в половину меньше, зато товар радовал глаз. Я уверено прошла мимо стойки с оружием, уже не так уверенно мимо амулетов и, спустя ещё несколько шагов, остановилась напротив прилавка с травами. Очереди, к слову, тут не было совсем. За ним стоял маленький алькор, что и не удивительно. Возможно, та девчонка, Гельмиса, не врала в итоге: этот представитель низкорослой расы был так же рыж и кудряв, как она. Разница была в глазах – более голубого оттенка, их хозяин смотрел на мир не просто серьёзно. Весь его возраст отражался в них, и видел алькор, похоже, в жизни, не мало, раз даже прожитые годы не сгладили впечатления. Он смотрел на окружающий мир как судья, беспристрастный, но цепкий, внимательный. И при этом он просто продаёт травки за прилавком. В такие моменты важно помнить, что, хоть алькоры и выглядят как дети, но не являются ими на самом деле. Особенно в этом осознании помогают длинные остроконечные уши. Я моргнула, сбрасывая наваждение. Обнаружила, что мы стоим и смотрим друг на друга, что невежливо ни в моей, ни в его культуре. - Кхм. Прошу прощения, - неловко улыбнулась я. – Иногда бывает, что мой разум начинает блуждать, когда видит нечто, что даёт пищу для размышления. - Оригинальное оправдание для отвратительных человеческих манер, - безэмоциональный голос алькора не оставил надежды на мирный разговор. И, возможно, он ещё более стар, чем казалось на первый взгляд. Откровенно говоря, этот алькор уже не в том возрасте для торговли. И этот взгляд… такой бывает, когда слишком многих уже похоронил. Я нахмурилась и вздохнула. Алькоры сотрудничают с Орденом последние триста лет, и за это время на маленьких ушастых бессмертных не было демонических нападений, кроме самых мелких, которые успешно отбиваются. Однако этому периоду предшествует «Альенор Демор» - «Кровавая река Альенор». Как можно понять из названия, Альенор – река. Демоны организовали большое вторжение в родной мир алькоров, вырезали половину населения, угнали множество женщин, убили детей, а трупы, бесчисленное их количество, равномерно разбросали по реке, которая пересекает полстраны. Говорят, она до сих пор красного цвета, а сами алькоры держатся от неё так далеко, как это возможно. Никакого судоходства, жизнь рядом с Альенор полностью запрещена и, учитывая резкое понижение численности, данная традиция исполняется с лёгкостью. Помимо прочего, это означает, что данному алькору за прилавком лет триста минимум. Впрочем, это всё лишь догадки. Может, у него просто отвратительный характер. - Можно посмотреть? – спросила я, кивая на перчатки, лежащие на прилавке. - Да, - коротко и холодно ответил алькор. Я взяла перчатки – простые кожаные – надела и начала перебирать травы. Качество было высочайшее, это нельзя было не признать. И дело даже не в том, что они правильно хранились и аккуратно перевозились, нет, сами травы были отборные, видна селекция с магической примесью. Обычно в таких случаях принято интересоваться, что добавляли и насколько добавки нейтральны. - Эта? – спросила я, взяв в руки пучок тейпелиста – растения, чьи листья используются в стандартных целительских зельях высокого уровня, а стебель – в тонизирующих. - Земля с гор Мильвис, светлая вода, - всё так же ровно и блекло ответил алькор. «Светлой водой» называют ту воду, что достаточно очищена, чтобы пить в условиях, когда Альенор полон трупного яда. Гора же Мильвис – одна из тех, что окружают священную гору алькоров, и земля там настолько плодородна, насколько вообще может быть плодородна магическая земля. Ну, то есть очень. - А эта? – спросила я, взяв в руки респию – очень редкую травку с колючками, растущую только в условиях полнейшей ночи, обычно в пещерах, куда не проникает свет светила. Она портится, стоит только вынести куда-то днём, но на красную ленточку, которой перевязан пучок, нанесено заклинание сохранения. И, поскольку колючки сохранили твёрдость, остроту, не потеряв в цвете, нельзя не признать, что заклинание хорошо работает, а сборщик знал, что делал. - Болотная земля ашара, - ответил алькор и более ничего не добавил. Да и не нужно. «Ашара» - «смешанная с кровью». Болотная земля из низовий Альенора. Символ того, насколько далеко готовы зайти алькоры, лишь бы хоть как-то противостоять демонам. Я положила травку на прилавок обратно и снова зависла. Честно говоря, качество этого товара заставило бы моего поставщика плакать и бросить работу, если бы он его увидел. Думаю, покупка всего прилавка оставила бы меня нищей и голодной, но дико счастливой. Так, стоп. Я же сюда пришла для покупки чего угодно, кроме трав. Почему в конечном итоге стою тут и размышляю как бы грабануть заезжего алькора?! Я снова посмотрела на травки. Ладно, оно того стоит. Товар сверкает качеством, другого шанса не будет. С другой стороны, этот алькор не похож на того, кто будет торговаться. - Сколько за один пучок респии, илириса и тейпелиста? – спросила я в итоге. - Десять золотых, - ровно ответил алькор. Это… дико дорого, но всё-таки не настолько, как ожидалось. Почти демократично за товар премиум-класса. - Отлично, - довольно улыбнулась я. – Значит, мне по три пучка респии и тейпелиста, а илириса – шесть. Сколько за всё? - Тридцать три золотых, - впервые за весь разговор, если можно это так назвать, алькор заговорил с оттенком лёгкого удивления. Ещё бы, я намереваюсь оставить у него свою зарплату за четыре года или около того. Бешеные деньги. Без шуток. Усмехнувшись, я потёрла руки друг о друга – это жест для частичного снятия той системы печатей-блокировок, которую вынужден носить каждый боевой маг, чья магическая мощь в пассивном состоянии может навредить. Этого не видно, но под рукавами чёрной рубашки сейчас сияют золотом мои татуировки-глифы, проводя к ладоням энергию. Сконцентрировавшись, я нарисовала в воздухе перед собой три круга повторяющихся иероглифов. Процесс только кажется сложным, но после тысячного раза повторения не вызывает трудностей. Кольца остались висеть в воздухе, наливаясь сиянием, и вскоре внутри появился голубой свет, а затем зарябило пространство. Небольшие волны, ограниченные иероглифами, успокоились, и внутри стал виден мой рабочий стол: куча старых книг, бумаг, чернильница и перья, но самое главное – ящики стола внизу. Без страха просунув руку в круг, я нащупала ящик, открыла его и, не глядя, достала тяжёлый мешочек с золотыми. - Тут двадцать, - сказала я, бесцеремонно положив его на свободную часть прилавка. – Секунду… Я снова потянулась к ящику через круг, доставая ещё один мешочек, а затем пошарила по ящику, нащупав три золотых монеты, и с довольным видом выставила всё рядом с первым мешком. - Всё, - заключила я. – Мне нужны мои травы. Сейчас. Алькор, вновь вернувшись к своему спокойному состоянию, достал откуда-то отрезок красной ткани. С одной стороны она испещрена символами заклинаний, – магия алькоров – а с другой пуста. Торговец аккуратно сложил весь заказ туда, затем свернул валиком и отдал мне. - Приходите ещё, - пожелал рыжий, и, кажется, сам факт этого уже дорого стоил. - Хорошей торговли, - кивнув, пожелала я, ясно понимая, что больше не приду сюда в этом году, ибо теперь денег хватает исключительно на еду. Вот это шопинг, вот это да. Оказывается, Ярмарка – это здорово!