Орден Четырёх Стихий

Беглый осмотр бойцов отряда выдал редкую картину полного благополучия, пара царапин не в счёт. Бой прошёл возмутительно успешно, и потому на моих сокомандников и Буревестников теперь смотрели совсем иначе. Опаска, уважение, местами лёгкий страх. Одно дело утверждать, что ты высококлассный воин-маг, совсем другое – наглядно показать, что находишься в несравнимо более высокой лиге. Удивление и страх понятны. Не все люди признают нас себе подобными после таких зрелищ. Чего уж там, и орденцы не всегда уверены, люди ли они, когда переступают определённый рубеж силы и мастерства. Я никогда не заморачивалась такими вопросами. Человек ты или нет – вопрос привычки, жизненных ориентиров и морали, потому в итоге каждый решает сам. По крайне мере, мы втроём с парнями решили, что мы – люди, а Айго – воспитанный змей и на том успокоились. Пока Настя и её господин секретарь на пару беседовали с единственным выжившим (вернее, с единственным из оставленных в живых) врагом, мы с ребятами с интересом изучали трупы. Мужчин больше интересовала экипировка, а нас с Галатом – аспект патологоанатомический. - Смотри, как вытекает, - указала я на очевидные признаки полуэльфу, затем макнула пару пальцев в сочащуюся из раны кровь одного из трупов и поднесла к носу, принюхавшись. – Интересно… Попробуй сам и скажи, что тебе это напоминает. - Похоже на белорост и корнегной, - заметил Галат, чьё чуткое обоняние, куда более острое, чем человеческое, можно превзойти только опытом. - Точно, в концентрации достаточно большой, чтобы при разложении на открытом воздухе мы с тобой могли почувствовать, - кивнула в ответ я. – И, конечно, принято прямо перед боем. Теперь скажи, ты заметил что-нибудь странное во время сражения? Будущий знаменитый целитель моргнул и нахмурился. - Нетипичные реакции, - наконец, сказал Галат. – Был момент, когда Ива располосовала сразу двоих своим любимым приёмом. Кровь летела во все стороны. Любой бы остановился хоть на секунду, но эти даже не замедлили движение. - Ага, - улыбнулась я, вытирая руку об одежду жмурика. – К счастью для нас с тобой, вселенная не настолько разнообразна, чтобы устраивать исключительно уникальные условия жизни для одного и того же вида. Большинство растений от мира к миру, где живут люди… не то чтобы повторяются, но имеют сходства, и много, что позволяет нам предположить повторение рецептов зелий Ордена на основе растительных компонентов… да хоть с этого леса. - Мы можем сварить зелье из нашего мира из местных ингредиентов, - кивнул Галат. – Да, я знаю. - Тогда ты знаешь, что пили эти господа перед боем, - логично заметила я, махнув рукой на трупы. - Какую-то из вариаций зелья берсерка? – предположил полуэльф. – Искажение восприятия реальности, большая выносливость. - Ускорение восполнения энергетического резерва у магов ещё обычно, - добавила я. – Дорого обошлось, наверно, сварить его столько на тридцать два человека. Может, и ещё какие дополнительные эффекты есть. Заметил этот сладковатый запах? - Да, незнакомый, - вздохнул Галат и оценивающе посмотрел на трупы. – Вскрыть бы и посмотреть действие на внутренние органы. - Ну-ну, - хмыкнула я, хлопнув Буревестника по плечу. – Терпи до местной Академии, а то всех крестьян своим исследовательским энтузиазмом до обморока доведёшь. Они и так напуганы, сам посмотри. - Мастера, - вмешался в разговор один из воинов отряда. – Нужна ваша помощь с пленником. Господин Торье просит. Мы с Галатом переглянулись. - Конечно, - кивнула я. Настя и её ненаглядный тайный агент отошли подальше от повозок под защиту деревьев, чтобы не беспокоить остальных неприятным зрелищем пытки пленника. Маршал молчаливо и безразлично наблюдал за процессом допроса, не вмешиваясь, пока его адъютант раздавал указания отряду по поводу сбора трофеев и слугам – привести всё-таки повозки в порядок, чтобы быстрее отправиться дальше. Что помощь и правда нужна стало понятно сразу. Только не нашим, а пленному. По лицу расползлась сеточка нездоровых тёмно-фиолетовых капилляров, глаза налились кровью. Ясно было, что сейчас помрёт. - М-м-м, - задумчиво склонила голову я. – Вам надо, чтобы он жил, или прожил достаточно, чтобы ответить на вопросы? - Лучше, чтобы жил, - негромко ответил граф, хотя ответ ожидался скорее от Торье. - У меня есть противоядие, - сказал Галат, доставая из внутреннего кармашка походной мантии небольшую бутылочку. - Заливай, - кивнула я, а сама быстренько распахнула рубашку на пленнике (броню с него сняли и без нас) и давай наполнять тело энергией жизни, заодно получая понимание происходящего в организме и попутно осматривая его энергоканалы. Дело невеликое, но замедляет разрушение тканей, что даёт время на размышление. Немного, правда. И, конечно, я начала рассуждать вслух о происходящем, в первую очередь для Галата, но и для присутствующих тоже. - Зелий берсерка существует множество, - начала я. - Все они наносят вред телу того, кто их принимает, вопрос только в масштабе. Тут, однако, никто не заботился о нивелировании ущерба, напротив, это было зелье, не только делающее из обычного бойца – хорошего бойца, но и из хорошего бойца – гарантированный труп, чтобы не оставить следов. Конкретно в нашем случае имеют место быть обширные кровотечения во внутренних органах жертвы, разрушение капилляров, вен и, как следствие, энергоканалов, но главное – мозга. К счастью, последнее ещё не произошло, - в этот момент Галат аккуратно заливает противоядие в рот пленника. Тот вял, в полуобмороке. – У нас есть противоядия на большинство случаев в жизни, так что сейчас оно обезвредит ядовитую компоненту зелья, а я восстановлю этому чудику внутренние органы… Это около часа займёт… Ещё нам бы воды. Фляжки три-четыре лучше. Найдётся? - Да, сейчас принесу, - в этот раз ответил секретарь и сразу же ушёл за водой. Я подняла в удивлении брови и с усмешкой посмотрела ему вслед, а потом на Наиссию. - Мастер, насколько… бодр он будет по окончанию лечения? – спросила наша прекрасная амазонка. - На вопросы ответить сможет, - сказала я. – Ходить сам – нет. - Отлично, - улыбнулась Настя ангельской улыбкой, открытой и радостной. – Я тут подожду. Можно? - Конечно, - рассеянно кивнула я, оглядывая пациента. Из-за вливаний магии энергоканалы приостановили разрушение, ткани тоже. Я начала «помогать» компонентам противоядия проникать в органы, быстрее попадать в кровь. Гилиасмар отдал полуэльфу фляжки с водой, и Галат начал поить ей пострадавшего. Когда яд был нейтрализован, обмен веществ пришлось ускорять искусственно. Отмирали мёртвые клетки, на их месте формировались новые, выращенные на основе элементов в организме и подгоняемые энергией жизни. Скорость процесса, правда, разная для разных тканей, так что это заняло время. Пациент вспотел, пот был противного грязно-жёлтого цвета и вонял страшно. Спустя час мужчину было не узнать. От крупного, с мышцами воина остался задохлик с впалыми щеками, сдувшийся, как воздушный шарик. Организм потратил много энергии и элементов на восстановление. Вообще говоря, будь он не пленным, а нормальным пациентом, его залили бы зельями с полезными компонентами для восстановления потерь, причём ещё на предыдущем этапе, но тут выгоднее оставить как есть. Так он далеко не убежит в случае чего. Учитывая то, что и кормить усиленно в дороге его никто не станет, восстановиться парень сможет вряд ли… А, тут же нападение на графа. Проживёт только до виселицы или местного её аналога. В Ордене не родился свой Гиппократ, так что степень приложенных для излечения усилий каждый целитель определяет сам, и зависит это обычно от количества выплаченных денег, сложности случая и обстановки. Тем не менее, раз уж Орден именно этой статьёй делает себе треть бюджета, есть некоторые правила и требования к качеству работы, ниже которых целитель опускаться не имеет права. Но только в том случае, если лечит не врага, а клиента. Я, изначально дитя общества, продвигающего гуманистические ценности, пошла дальше во врачебной практике и каждый раз делаю всё возможное, чтобы пациент стал максимально здоровым, даже если обратившийся стеснён в средствах. Это сделало мне очень хорошую репутацию среди себе подобных, на секундочку. Но даже мне приходится вносить поправки с учётом реальности, как сейчас, например. Этот человек, если вылечить его как полагается, без жалости меня прирежет, поставь перед ним выбор: моя жизнь или его свобода. Средневековье. Сентиментальность не в ходу. Итак, к концу лечения земля под мужиком и чуть-чуть вокруг была мокрой, воняло от него так, будто он пил и не мылся каждый день в течение полугода. Одежда (рубашка да штаны – сапоги сняли) прилипла к телу. А ещё ему срочно надо было в туалет, о чём я и сообщила остальным. И добавила: - Вы же не хотите, чтобы он вонял ещё сильнее, правда? Короче, в ближайшие кусты его тащили двое воинов, матерясь под нос от омерзительного запаха, и страховали, чтобы не сбежал, ещё двое, хотя пленный в ближайшие три дня мог только лежать, и то без возможности перевернуться на бок самостоятельно. К величайшему сожалению всех вокруг, рядом не было речки, в которую можно было бы окунуть источник вони, а ближайшая – около деревни, в которую лежит наш путь. Иначе говоря, терпеть придётся все следующие сутки… …Вообще, можно было бы наложить заклятие повозку, в которой поедет пленник. Надо будет вырезать на ней руны, правда. Но здесь трудозатраты превысят саму необходимость действий. Вроде как нужно избавиться от запаха в туалете, а ты вместо того, чтобы купить освежитель воздуха, делаешь сложное специальное устройство над унитазом своими руками. Не стоит того, короче. Лучше просто потерпеть до деревни… Но перед этим – допрос. Пленника разбудили сравнительно легко. Он соображал, конечно, с трудом, но понимал, что происходит. Взгляд его был мутноват, с лёгкими проблесками разума. И этот разум говорил ему, что ничем хорошим тут не светит. Граф встал прямо перед пленником и спросил: - Ты знаешь, кто я? - Да, - сипло ответил мужчина, чьи руки и ноги заранее хорошенько связали. Его прислонили к ближайшему дереву, поскольку сам сидеть прямо он не смог бы при всём желании. – Граф Зоран Кемьен Аревар. О. В голосе послышалось такое усталое презрение и тлеющая ненависть, что стало ясно: человек ввязался в происходящее исключительно добровольно. - Кто отдал вам приказ на моё убийство? – буднично спросил маршал. Очевидно, не в первый раз задаёт такой вопрос и полностью уверен в себе. Вряд ли, конечно, ему ответят, но уверенность графа проистекает из простого факта, что всех своих предыдущих врагов он пережил, переживёт и этого. Пленник рассмеялся. - Никто. - То есть вы совершенно самостоятельно узнали, куда и откуда я двигаюсь, правильно определили маршрут и время встречи. И всё без чужой помощи? – сохраняя невозмутимость, переспросил маршал, спрятав руки за спину. - Время и место нам сообщили эльфы, - внезапно довольно откровенно сказал связанный мужчина. – Остальное мы организовали сами. Пауза в допросе заняла секунды четыре. Стоящий рядом секретарь Торье утратил спокойное выражение лица, нахмурившись, Настя аккуратно положила руку ему на плечо. Граф смерил пленника изучающим взглядом. Не похоже, что неожиданно всплывшая государственная измена сильно его волновала. Маршал скорее прикидывал что-то в уме. - Дезертир семнадцатого пограничного разведывательного отряда, - скорее констатировал факт, чем спросил граф. Вот тут-то пленника и перекосило. - Я – честный солдат! А ты – говно в дорогих тряпках! – попытался рыкнуть мужчина, но в его текущем состоянии получилось скорее жалко провыть. Мы с Наис и Галатом переглянулись. Очевидно, тут всплыла какая-то история. Все дружно посмотрели на секретаря Торье, уж он-то должен знать, о чём речь. Тот, ясное дело, наши красноречивые взгляды проигнорировал. - Не могли бы вы покинуть нас на время, мастера? – безупречно вежливо попросил маршал. – Боюсь, это вопрос не только лично моей, но и государственной важности. - Да, простите, граф, нам следовало бы и самим уйти сразу же, как это стало ясно, - моргнув, очнулась я. – Если нужна будет помощь целителей, смело обращайтесь. - Благодарю, - кивнул граф, – но этому отребью больше не понадобится. Когда мы отошли на достаточное расстояние, место допроса накрыл непрозрачный магический купол. Готова поспорить, звуков он тоже не пропускает. Интересно. Я посмотрела на Наис. Их Связь с секретарём должна угасать, поскольку не прошёл полный ритуал, но пока что девушка может что-то чувствовать. По любому Настя знает гораздо больше нас сейчас, но вид имеет столь же легкомысленный, как и всегда. Спросить нельзя, Торье это тут же узнает. Даже намерение Насти что-то нам рассказать Гилиасмар почувствует ещё на этапе формирования мысли или желания, пока их Связь не распадётся до незначительной величины. Так что подставлять ученицу нельзя. Даже если очень хочется узнать, что же всё-таки у неё на уме… Пока мы были заняты пленным, наши команды и личная охрана графа делили трофеи. Делёж проходил соответственно вкладу, внесённому в схватку. То есть Гхарат, Айго, Зуман и Ива берут, что хотят, специфические магические вещи уходят Альдо, всякие необычные зелья без подписей, если таковые находят, отдают нам с Галатом, оставшееся распределяют между собой охранники графа. Улов не был таким уж хорошим. Наши почти ничего себе не взяли, кроме денег, коих было немного, разве что Ива взяла какой-то приглянувшийся ей кинжал. Нам с Галатом привалили две колбочки разных зелий, Альдо нашёл разряженные амулеты и зачарованные мантии, на которые смотрел скорее как на мусор. Так и получилось, что большую часть вещей отдали охранникам, за что те были формально благодарны, пусть даже ценность вещей не была такой уж высокой. Разве что амулеты действительно были нужны. Альдо практически сразу же попросили их зарядить по возможности, и маг так и сделал. Трупы людей и лошадей свалили на обочину и решили сжечь. Мёртвые нападающие быстро разлагались под влиянием зелья (без угрозы для живых – это мы с Галатом проверяли в первую очередь), но их кони – нет, а проехать подальше отсюда для ночлега хотелось, так что в дело вступили маги. Зуман и Гхарат аккуратненько жгли, как люди, чья ведущая стихия соответствует, и вскоре наш крохотный караванчик пошёл дальше. Кости так и остались лежать на обочине жутковатой и большой грудой. О том, что мертвецы напали по наводке эльфов рассказали всем, поэтому ни у кого не появилось желания закопать. Следующие несколько часов стали незабываемыми. Вонь была противной, но стала полегче, когда мы привыкли, и ещё полегче, когда подул встречный ветерок. А ведь предстояла ночёвка. Почти сразу посыпались робкие просьбы слуг сделать что-нибудь. Пришлось вежливо объяснять, что для этого придётся испортить повозку. Поскольку сам граф ехал впереди с поистине каменным выражением лица, ни одним словом или движением не выдавая недовольства запахом, с ним вместе держали марку его охрана и секретарь, так что волей-неволей остальным пришлось терпеть. А мы с Буревестниками вообще не избалованы комфортными условиями, так что в итоге все начинания заглохли. Вечером на привале, после ужина, стало понятно, что крестьянам кормить пленника отчаянно не хотелось. То, что дали ему объедки – понятно, а вот то, что преимущественно жёсткие, даже не измельчённые, и без воды – уже не совсем. С ними общался Галат, доходчиво объясняя требования, так что двойных толкований быть не могло. Однако же результат был налицо: миска с тем немногим, что выделили предателю человеческой расы, была небрежно брошена рядом с ним же, ложки никто не дал, как ему есть – непонятно. Даже если каким-то чудом сможет, его желудок просто это не переварит. Я могла бы устроить разбор полётов на эту тему, всё-таки формально наши команды стоят выше по социальной лестнице относительно слуг графа, да и сам маршал пожелал, чтобы пленник дожил до… до чего бы там ни было, вот только это бессмысленно. Во-первых, эти люди подчинялись именно что нашему нанимателю, мои слова будут учитываться, пока серьёзно не противоречат их убеждениям. Слуги чувствуют необходимость подчинятся только своему феодалу. Настучать графу на их поведение можно, но слишком мелочно на мой вкус. С другой стороны, этот парень – часть государственной тайны чужой страны, потому самой кормить – тоже не вариант. Эх, ладно, попробуем иначе. - Господин секретарь, - окликнула я Гилиасмара, пока тот организовывал себе место для ночлега. Рядом были вещи Наис, но она сама сидела у костра рядом с Ивой. – Можно с вами поговорить? - Да, конечно, мастер, - кивнул молодой человек. Он оставил свои вещи и подошёл поближе. – Я вас слушаю. - Это опять о нём, - вздохнула я, махнув рукой в сторону повозки. – Понятно, что предателей никто не любит, но маршалу надо, чтобы этот пленник прожил ещё какое-то время, а для этого ближайшие пару-тройку дней его надо кормить. Сам он не сможет удержать ложку в руке, слуги не… как бы сказать… не готовы морально к таким обязанностям, да. Заставить их я не могу, как понимаете, - Торье на это флегматично кивнул. – Я могла бы сделать это сама, или даже лучше посменно с Галатом, но раз уж там государственная измена, не могу быть уверена в том, что это уместно. И даже если слуг всё-таки заставят, возможно, выполнять работу как надо они просто… не станут. - Их трудно не понять, - сказал Гилиасмар, философски пожав плечами. – Для нас нормально испытывать ненависть к тем, кто спутался с нечеловеческими тварями. - Да, но нашу проблему перевозки это не решает, - заметила я. – Кормить его всё равно пока надо, только кто будет это делать? - Вы намекаете, что это придётся делать мне? – со вздохом спросил секретарь, и на секунду его даже стало жалко. Ведь он не имеет права припахать кого-то из воинов охраны, они тоже принадлежат только графу. - Простите, но это единственный выход, который я вижу, - призналась я. – Просто нужен тот, кто сможет выполнить инструкции для того, чтобы наш живой груз не пришлось бросать на корм диким зверям в середине пути. Мы же не для того его тащим, нет? - Вы правы, - прикрыл глаза на мгновение Торье, но потом посмотрел на меня внимательно и прямо. – Что нужно делать? Я быстро объяснила особенности диеты, там не было ничего сложного, кроме необходимости копаться в объедках, чтобы их измельчить. Гилиасмар слушал смиренно и кивал в нужных местах, но я понимала, что это профессионал, и тут разговор не об устройстве Вселенной идёт, так что всё должно быть в порядке, пока мы не доберёмся до столицы. Торье ушёл к повозке кормить пленного, а сзади уже тихо подошла Настя. Ну, она, конечно, всегда ходит бесшумно, но для меня это не проблема. - Вы уже вовсю помыкаете моим мужчиной, мастер? – с улыбкой подколола она, глядя своему парню вслед. - В смысле, вместо тёщи? – ужаснулась я. – Нет-нет, да спасут меня боги от этой роли. Лишь суровая необходимость заставила просить господина секретаря об услуге. И вообще, не знаю, что ты там наплела обо мне, что он так безропотно слушает всё, что ему говорят. - Я всего лишь сказала правду, - безмятежно сообщила Наис, улыбаясь. - Это сейчас прозвучало ещё более подозрительно, - заметила я, глядя прямо на ученицу. Она легко и приятно рассмеялась, отчего половина мужчин вокруг невольно оглянулись. Что уж там, всю дорогу охрана графа нет-нет да и поглядывала на девушку, чью красоту сложно чем-то затмить. Даже адъютант маршала бросал на неё взгляды. Только сам граф смотрел на девушку, как на всех прочих, заставляя всё сильнее подозревать недуги по мужской части. Следующим вечером мы, наконец, добрались до деревни. Представлена простыми срубами с соломенными крышами, какие можно было бы увидеть даже в Ордене местами, разве что заметно бросался в глаза цвет: красный или алый, где темнее, а где странный розовый. Старые дома, может? Местные крестьяне по фасону одеты были обыкновенно: штаны да туники, у женщин рубашки да юбки, закрывающие щиколотки, разве что цвет опять красный. Прям мир кровавого культа какой-то. Наша процессия здорово выбивалась из этой общей цветовой гаммы. Охрана графа и даже слуги не носили на себе ничего красного. В этом смысле Гхарат в своей мантии выглядел более органично, чем местные. Капитан охраны сам договорился со старостой. Поскольку в деревне три десятка домов, нас нашли куда расселить, если не в дом, так в сеновал. Пленника утащили мыть практически сразу, причём эту обязанность (как и кормёжку) делегировали всё тем же крестьянам в сопровождении охраны. Возможно, местным жителям так и не сказали, за что конкретно схватили пленного, потому-то они и были такими сговорчивыми. Наша команда оказалась на сеновале. Все вместе. И пусть по обычаям этой страны девушке нельзя проводить ночь в одном помещении с мужчинами, если они не родственники, я предпочла сеновал, поскольку в доме хозяйничал мужик весьма сомнительного вида. Несмотря на жену и двоих детей впечатления порядочного он не производил, что мне подтвердили другие девушки в деревне. Да и вообще-то все мужчины в команде – мои кровные родственники через ритуал родства (даже змей, пусть и в значительно меньшей степени), но объяснять это всем вокруг я устану очень быстро, так что эту историю даже не начинала рассказывать. Всё равно будет выглядеть, как ложь. И вот перед сном, убедившись, что лишних ушей поблизости нет, Капитан дал знак на сбор. - Как ваши впечатления от небольшой стычки? – благожелательно поинтересовался Айго, вертя в руках красную соломинку. - Ну такое себе, - ответила я, зевая. – Хотя местные эльфы – это, конечно, проблема. - До сих пор разумным хватало ума не мешать нам в работе, - косвенно согласился со мной Альдо, хотя его реплика звучала раздражённо. - Пророки, - презрительно рыкнул Гхарат. – Никогда не знаешь, что за мусор в их голове. Что на этот раз? Мы пнём где-то по дороге их любимую кошку? - Вряд ли, - усмехнулась я. – С другой стороны, для нападения на целого графа и маршала армии как-то слабовато. Даже дополнительной засады не было нигде. Пользы ноль, зачем работали, непонятно. Зелья потратили только. - Бесполезно гадать, - вздохнул Альдо. – Как всегда у их усилий будут слишком далекоидущие последствия. - Действительно, - спокойно согласился Айго, завалившись спиной на стог сена. – Забудьте пока об эльфах. Как вы оценили подготовку напавших солдат? - Сами нападающие ничего из себя не представляют, - пожала плечами я. - Классическая магия в чистом виде, посмотреть не на что. Хотя, не будь они под зельями, может, какую-нибудь индивидуальность и проявили бы. - Экипировка слабая, амулеты дешёвые. На лошадях были татуировки для подавления звука топота копыт, - сказал Альдо, задумчиво почесав подбородок, где начала пробиваться щетина. - Как они этого добились? – спросил Капитан, глядя прямо на меня. - Не волнуйся, это не была магия жизни, - закатила глаза я и вздохнула. – Тоже классика, татуировка – само заклинание, маги врагов просто напитали её энергией и всё. - Навыки средние как для людей, - лениво фыркнул Гхарат. – Видал отряды и половчее. Если армия вся такая, то помощи во время вторжения не будет много. - Не-не, похоже, у них вроде магические воины – элита армии. На графа глянь, скажешь, не суровый? – сказала я, с беспокойством глядя на друга-химеролога. - Хм, суровый, - усмехнулся Гхарат. – Не спорю, в жизни он что-то видел, но таких надо больше, чтобы заставить демонов волноваться. - Кстати говоря, я не чувствовала от графа ни капли магии, если подумать, - сказала я, припоминая всю историю нашего недолгого сотрудничества. – Либо он магически не так и силён, либо подавители очень хорошие. Да и от адъютанта, похоже, тоже. - Он силён, - уверенно сказал Айго. – Его ученик ему под стать. Если бы ты посмотрела на его энергетическую систему, знала бы это и сама. - Мой взгляд заметен, - резонно возразила я. - Да, но я думал, ты не удержишься, - с весельем в голосе заметил Капитан, хотя на лице не дрогнул ни один мускул. Я скрестила руки на груди и фыркнула. - Помните, что у въезда в столицу мы разделимся, - напомнил Айго уже серьёзно. – Будьте так осторожны, как сможете. О любом демоническом следе немедленно сообщайте мне и будьте готовы прийти на помощь остальным так быстро, как это возможно. Желательно избежать разрушений и сопутствующих жертв. Демонов или Обращённых, если наткнётесь, сначала допрашиваем, потом убиваем. Общая связь раз в три дня, чтобы держать всех в курсе событий. Есть возражения или предложения? – мы промолчали. – Тогда давайте спать.