Крысы.

//// Подвал. Крысы. Кровь. Я гнил четыре дня заживо, хотел умереть как можно быстрее, я чувствовал, как эти твари жрут мою плоть, как мерзко, просто отвратительно чавкают. Было больно и…так смешно. А-ха-ха! А-ха-ха, я мог бы сейчас рассуждать о социальных крысах, но речь пойдёт о самых настоящих, тех самых мерзких грызунах. О тех самых крысах с жёлтыми зубами, злобным шипением, чрезмерной агрессией и кровожадностью, о тех, кто готовы сожрать самих себя, лишь бы прокормиться. Крысы способны на любое дерьмо, какое можно и нельзя представить. .....Знаешь, а к социальным это тоже относится. Но сейчас не об этом. //// «Ты когда-нибудь был в подобной ситуации? Когда негде жить и от безвыходности ты находишь вполне целый, наверное, надёжный, постоянно мокрый и холодный подвал. Воняешь уже неделю, мыться ведь негде. А теперь есть. По ночам можно обнародовать фонтан на главной площади. Мыла и прочего, что улучшило бы качество гигиены, у тебя нет, поэтому не жалуйся пожалуйста на неприятный зуд и странные движение в волосах. М-м-м, вши…забавные существа. Кишат также, как и крыски. И вот ты переезжаешь в свою новую «квартиру» на цокольном этаже, даже не ожидая, что будешь ютится с соседями. Такими отвратными соседями… А что ты будешь есть? Ты подумал? Как в каменном веке, что ли, пойдёшь в лес и будешь собирать ягодки-коренья? Ха-ха-ха, какой ты ущербный.»       Несколько дней моего проживания здесь не были самыми лучшими в моей жизни. Верно. Мерзкий запах мочи и дерьма, какой-то кислоты и ещё чего-то, он…просто захватил всё моё тело. Даже если я буду мыться сутки подряд, поверь, он меня не оставит. Теперь он — это я. — Твою мать. Здесь, что, крысы?! — с воплем я подорвался со своей импровизированной постели, части которой нарыл на помойке. Меня испугал какой-то шорох и писк посреди ночи, вот я и вскочил.       Я понял, что…не могу здесь оставаться. Сегодня я проснулся с какими-то маленькими укусами, которые ещё кровоточили… В самом темном углу что-то копошится, но я боюсь пойти туда и посмотреть. Темно ведь, я все равно ничерта не увижу. «Это были крысы. Ты знаешь, что это они, ведь слышал и даже видел этих тварей у своих оголённых ног, у лица, даже спящими на твоём животе ты их заставал. Конечно, забавный такой обогреватель. Ты знаешь, что они отгрызли по маленькому кусочку кожи. Ты знаешь, что хорошего исхода всему этому не будет.»       Мне так не нравится здесь жить. Мне всего двадцать, а жизнь стала такой…ужасной. Сегодня пойду прогуляюсь по крайним улочкам города. Может, хотя бы немного подниму настроение красотой города.       Я так устал…На меня показывают пальцем. Подаяния совсем нет, я голоден… Девчонку вырвало на её парня, когда она учуяла мой запашок… Ха-ха.       На утро я заметил, что мой глаз как-то странно болит. На щеке тоже что-то будто пощипывало, но я свёл это к кожному зуду от грязи. Я еле-разлепил больной глаз, а он…он… Его нет. Моего глаза нет! КУДА ДЕЛСЯ МОЙ ГЛАЗ?!!??!!??!       Я поднял панику, бегал по округе и просил помощи, кричал о том, что крысы съели мой глаз, даже растягивал перед прохожими пальцами пустую глазницу… ИМ ВСЕМ ВСЁ РАВНО!       Странно… Этой ночью твари не показывались. Двумя следующими тоже. Зато на третью я наконец увидел, как их много… Моя кожа вся в каких-то зелёных пятнах, похожих на трупную гниль. Кажется, я гнию заживо… МЕРЗКИЕ ОТРОДЬЯ. Я НЕНАВИЖУ ВАС.       Мне очень плохо. Сил передвигаться уже не осталось. Я просто лежу и смотрю в едва освещённый потолок днём своим единственным глазом… Я очень много рыдаю по прошлому. По тёплой квартирке в хрущёвке… Эх, классно ведь было.       Ночью ко мне приходили мои соседи. Грызуны ели мою плоть, а во мне уже ползали черви. Опарыши. Мерзость, сказал бы я, если бы видел их. Второго глаза теперь тоже нет, я не смог отбиться от них, твари даже пытались съесть мой язык. Я гнию так уже несколько дней, наверное… Когда я умру? Я так хочу быстрее закончить это. Надо было убить себя, когда меня выселили из квартиры! Всё равно я бесполезный! «Одной из ночей на бедолагу напала колония крыс. Они жрали его несколько часов, забив на его гниющее тело. Вскоре и твари передохли в том подвале, засыпая на останках парнишки и больше не просыпаясь.»