Доверие

— Значит ты мне больше не доверяешь? — Я люблю тебя. — Стоп-стоп. Я больше в твои игры играть, Гагарина, не буду. Ты меня использовала, говорила о чувствах, а какие чувства без элементарного доверия? — Серёж… Я беру её за горло и со всей силы притягиваю к себе, накрывая ртом её сладкие губы. Моя агрессия хочет перетечь на её тело, и в моей голове яркие позы, в которые я сейчас её поставлю. Мой язык врывается в её глотку, устраивая невероятный танец страсти. Но Полина Сергеевна не сразу соображает, что происходит, и пытается выбраться из моих цепких рук. Избивая меня кулаками по спине, она сдаётся и вовлекает меня в более спокойный поцелуй. Инстинктивно двигая своими бёдрами, Гагарина показывает, насколько сильно она хочет меня. — Доверяешь мне? — спрашиваю я, глядя прямо в глаза. — Нет. — Тогда разденься и ляг на кровать. Я скоро буду. Я грубо кинул её на постель и отправился на кухню. Мне хотелось выпить стакан воды, но, вспомнив, что ее любимый муженёк является большим любителем мороженого, у меня родилась извращённая идея. Достав из морозильника ведро с шоколадным мороженым, я улыбнулся словно дьявол. Ммм, люблю его. По пути захватив ложку, я вернулся в спальню и оглядел кровать. Обнаженная певица лежала посередине и ждала только меня. Послушная. — Мороженого так захотелось. Твой муж не будет против, если сначала я поем, а потом как следует трахну его жену? — Абсолютно хладнокровно поинтересовался. — А, впрочем, мне плевать. Я слегка присаживаюсь на плоский живот Гагариной и от удивления у неё открывается рот. Я зачерпываю ложкой мороженое и подношу к ее губам. Она с удивлением смотрит на меня, но раскрывает ротик, и я кладу мороженое в ее рот. — Вкусно? — Да. Я снова зачерпываю мороженое и жду, пока она слегка начнёт таить. Певица не понимает, что происходит, а мне нравится молчать и просто смотреть на неё. Идеальная картинка в зеркале — возбужденная Гагарина, а сверху не менее возбужденный Лазарев. Я наклоняю ложку над грудью Полины. Растаявшее мороженое капает ей на соски, стекая ниже. У нее раскрывается рот. Опустившись, я слизываю сладкое лакомство, тяну зубами за соски. Она закрывает глаза и протяжно стонет. Я проделываю подобное со вторым соском, и Гагарина, не в силах сдерживаться, хватает меня за волосы и притягивает как можно ближе к себе. Отстранившись, я снимаю с себя одежду и кидаю на пол. Она кладёт руки мне на торс и проводит ладонями. Я по-лисьи улыбнулся, спустился вниз и встал на колени между ее бёдрами. Я взял кусочек мороженого и положил к ней на пупок, проводя дорожку через лобок к нужной цели. Она громко кричит и напрягает ноги, закидывая одну мне на плечо. — Лазарев, — она притягивает меня сильнее к себе, когда я облизываю языком все капли мороженого в самой интимной зоне на ее теле. — Боже Бог, Лазарев. Я продолжаю работать языком, пока пальцы Полины Сергеевны пытаются ухватиться за мои волосы. Мне становится почти больно, когда моя девочка достигает оргазма. Её стоны заполонили всю спальную комнату, но мне даже не стыдно, что совсем скоро здесь появится Исхаков, а Гагарина не сможет не думать обо мне и о том, как я имел её на этой кровати. Поставив банку с шоколадным мороженым на стол, я раздвинул ей ноги и жду, когда Полюшка опомнится от оргазма, а потом резко проникаю в нее. — Я… Я… Хочу быть сверху, — прошипела она. — Пожалуйста. Сереня. Ложась под неё, в ее глазах вспыхнул огонёк, и я понял, что сейчас она меня переиграет. Она медленно опустилась на член, положа руки на плечи. Наш зрительный контакт не был нарушен, а потом Гагарина подняла меня за подбородок и прильнула к шее, как вампир. Её медленные и проникновенные движения заглушали всю боль от её не менее проникновенных укусов. Вероятнее всего, на моей шее останутся дикое бордовые засосы, которые мне придётся скрывать, чтобы не возникали лишние вопросы. — Почему ты мне не доверяешь? — спросил я, резко войдя в неё. — Ты сам знаешь, — оторвавшись от шеи, ответила Полина. — Нет. Из-за мороженого я прилипаю к ней при каждом касании, и это возбуждает ещё больше. Я обхватываю её за рёбра и как можно глубже вхожу в неё. Полина Сергеевна начинает томно стонать, намекая мне о том, что её мысли находятся дальше, чем её голова. — Ты же все знаешь, так почему не доверяешь? — Потому что мне страшно. — Я никогда тебя не отпущу. Она со стонами запрокидывает голову. Я ласкаю ее, слегка покусываю ей шею и одновременно двигаю бедрами, медленно входя в нее все глубже и глубже. Она ужасно вкусно пахнет шоколадом. Поля шедеврально двигает бёдрами, приближая нас к оргазму, и я решаюсь ей помочь. Одной рукой я обнимаю ее за талию, а другой за бедро, чтобы полностью контролировать глубину движений. Я сдвигаю ей ноги и увеличиваю темп движений, заставляя Полину Сергеевну кричать на всю комнату от наслаждения. — Давай, малыш, — рычу я сквозь стиснутые зубы, и после этого она взрывается, выкрикнув громко мою фамилию. Я следую за ней, и мы вместе погружаемся в агонию. Мы легли на кровать, сладкие и удовлетворённые. Мы тяжело дышим и никак не можем отдышаться. Она нужно целует меня в губы, и я расплываюсь в улыбке. — Я буду тебе доверять, — сказала она, прямо мне в глаза.