Облако в разрезе

      Двигайло сидел на большом плоском камне недалеко от части. От камня и до самого леса, царапающего небо кронами сосен, раскинулось широкое бугристое поле, колосящееся иссохшимися высокими травами. Облака невесомыми клочьями белоснежной медицинской ваты медленно плелись редкой грядой куда-то на север. *       Движки винтокрылой машины ревели, страшно и протяжно скрежеща каждым винтиком механизма. Стекло кабины прошила косая автоматная очередь. К счастью, никого не задело. Впереди, из-за камней утёса, высунулся белый силуэт, от которого в следующее мгновение взметнулась в воздух яркая точка, стремительно летящая вперёд. - КРЕН ВПРАВО! - Орал тогда ещё лейтенант Двигайло, смещая вертолёт в манёвре уклонения. МИ-24 едва не столкнулся с зарядом РПГ, буквально вскользь миновав взрывающуюся стрелу. В следующую секунду стрелок щёлкнул кнопкой, и по утёсам заработал гранатомёт. АГС-17 "Пламя" успешно сровнял с землёй несколько огневых точек врага за десять-пятнадцать секунд... *       Майор с жуткой тоской и скукой в каждом движении выцеливал большую и жирную белку, уютно расположившуюся на одном из деревьев лесного массива... И потому не заметил подошедшего Ковалёва. - Освободился? - спросил Двигайло, когда Михаил покашлял за его спиной. - Да. Я сегодня никому и ничего не должен. - Стране ты своей должен. Служишь ведь, - майор пожал Ковалёву руку. - Скучаю я, да харчи казённые невкусные ем, - Михаил присел на камень. - Считай, помогаешь стране поедать просрочку, - Двигайло громко и отрывисто засмеялся, положив СВД на камень. - Откуда винтовка? - Михаил взял драгуновку в руки, любуясь тёмным лакированным деревом приклада. - Ваш "начальничек" - мой хороший друг. Взял из арсенала пострелять, пока тебя жду. Ты бы лучше спросил, что я, "тот самый отставной старикан из училища" делаю здесь, в паре километров от Зоны Отчуждения. - И что же? - А хуй его знает, Миха. Может, за тебя беспокоюсь. Ты ведь лучший из ребят в училище был, да и понимал много, интересно было с тобой говорить. А тут после стольких лет звонит один мой хороший знакомый и рассказывает про тебя. Про то, что ты сюда, в Зону, рванул. - Это плохо? - Бог с тобой, Миха. Хорошо это. Я всеми руками "за". На гражданке скучно летать. Миша взглянул на лес сквозь прицел: - А ты летал на "гражданке"? *       - Сраные горы... Двигайло потянул штурвал вниз, и вертолёт утянуло к достаточно ровному для аварийной посадки участку. Правый двигатель надрывно дорабатывал свои последние обороты, а раненный стрелок снял палец с гашетки. Шанс выжить? Сомнителен. Вертолёт ещё не упал, а среди горных кустарников уже мелькали силуэты боевиков. Остаётся надежда на спецназ в пассажирском отсеке. Если там ещё кто-то жив... *       - Нет. А сейчас я слишком стар даже для детского вертолётика на аттракционах в Парке Горького. Ковалёв вернул винтовку Двигайло. - Так давай со мной. У меня завтра рейд. Слетаешь, вспомнишь хорошее. * Ремень кресла заклинило, а боевики вышли почти напрямую и теперь находились лишь в пятидесяти шагах от упавшего вертолёта, неумолимо приближаясь. Двигайло откинул крышку люка и теперь отчаянно отстреливался из АКСу, стараясь целиться в головы. Но падение сильно сказалось на голове лейтенанта, и не все пули достигали установленной цели. Несколько выстрелов врага оцарапало кабину, а сверху на голову посыпались осколки стекла разбитого люка. На секунду спрятавшись от огня, Двигайло наконец разрезал ремни, и буквально вывалился наружу, спрятавшись в маленькую колею за камнем. В относительной безопасности. Между молотом и наковальней. С пулей в печёнках и животным страхом в пятках, Двигайло обречённо смотрел на бойцов спецназа, тщетно пытающихся выбраться из прошитого пулями вертолёта. Один за одним, они падали, даже шага не отходя от вертушки. *       - Хм. Можно. Что за рейд? - Странный рейд. Вообще планировалось вылетать сегодня, но тут у учёных возня. В лабораторию таскают ящики, о проектах каких-то лопочут. В общем, пока всю часть по казармам разогнали, чтоб не мешались, а то у них там какая-то тонкая работа с материями. Меня только отпустили повидаться со старым другом. Майор задумчиво постучал пальцами по прикладу. - Миха, можно я дам тебе последний совет? - Слушаю. Двигайло вздохнул. - Будь аккуратнее там, внутри Периметра. В Зоне Отчуждения всё выглядит не так, как обычно. Друзья станут врагами, а те, кого боялся, будут твоими союзниками. Люди, они такие. Посмотри вон, на облака. Ковалёв поднял глаза. - Ну, облака, как облака. И что? - Дурак ты. Вот смотри, туча летит. Какая она? - Угрюмая. - А во-он то облачко? - Лёгкое и пушистое. - А вот взять все эти облака и разрезать... Хмурое, не хмурое. Пушистое, не пушистое. Облако в разрезе - всё вода. Вот так и люди. Понял? - Нет. - Вот и я сейчас тоже нихуя не понял. - Ха! Философ, блин. *       Кровь на руках, седым обрамлением заклеймившая волосы. Бесчисленные смерти и убийства, отпечатавшиеся шрамами на теле и душе. Блеск латуни и лака на медали. "От благодарного афганского народа". Хотя, лучше бы назвали "Спасибо, что ушли". P.S. - Кстати, Миха. Двигайло целился куда-то в траву. - Видишь суслика? - Нет. - Вот и я нет. А он есть. - А в чём прикол? - Эх, темнота.