That's not my name

Ист-Виллидж, Манхэттен — Январь . На улице было холодно, темно и дул пронизывающий ветер. На Исаке была его любимая куртка Nike, шарф, который не подходил по цвету, и снепбек, повёрнутый козырьком назад. — Тебе не холодно? — спросила Келли, девушка, которая буквально заставила его пойти с ней. — Нет, я в порядке, — ответил он по-английски, стараясь скрыть тот факт, что у него заложен нос. Они были в «Webster Hall» — в ночном клубе и концертном зале, расположенном на 11-й Восточной улице; находились в Студии на первом этаже на концерте Crywolf. Исак понятия не имел, кто такой Crywolf. Но ему казалось, что звучит это слишком напыщенно. Ненавижу это хипстерское дерьмо. . До этого он бывал в «Webster Hall» лишь однажды — на клубной вечеринке для студентов, куда пришёл с другими ребятами из Колумбийского университета, которые ещё не достигли 21-летия — и до сих пор с неприязнью вспоминал об этом. Он ненавидел тот факт, что его заставили носить браслеты разных цветов и что из-за этого все вокруг точно знали, что он младше 21 года. Он ненавидел мейнстримную музыку, оравшую со всех сторон. Но больше всего он ненавидел девушек, которые появлялись из ниоткуда и начинали тереться об него. — Исак, чувак, ты, блядь, гей, что ли? — спросил Маркус, нахальный студент, приехавший по обмену из Германии, с которым Исак познакомился на общем собрании несколько дней назад. Да, Маркус. Вообще-то я действительно, блядь, гей. Не пойти ли тебе нахуй. В тот вечер Исак ушёл раньше всех. Он сел на первый же поезд от Юнион-сквер и, добравшись до Таймс-сквер, пересел на линию 1. Когда целую вечность спустя он вышел на 125-й улице, он какое-то время стоял на морозе, пока щёки не закололо так сильно, словно Исака по ним отхлестали. После этого он отправился домой, свернулся клубком в своей односпальной кровати и заснул. Замёрзший, потерянный и одинокий. Мне просто следует вернуться в грёбаный Осло. . Когда Исак объявил своим друзьям в Осло, что целый год будет учиться в Колумбийском университете в Нью-Йорке, они были несколько ошарашены. — Бро, это круто. Но с чего вдруг? — спросил Юнас, который всегда замечал, если что-то было не так. — Я увидел рекламный постер и подал заявку. Это отличный универ, Юнас, — ответил Исак. — Я знаю, что это отличный универ, какого хрена. Но целый год? Твоя мама не против? И как ты собираешься за это платить? — Послушай… Неважно, против моя мама или нет. Я и так её почти не вижу. К тому же это стипендиальная программа, так что это мне будут платить. Я буду каждый месяц получать стипендию и вообще. — И всё же Нью-Йорк — дорогой город, — сказал Юнас. — Я в курсе. Я найду подработку. Ну не знаю. Придумаю что-нибудь. . Исак действительно придумал. Он устроился на работу в школьный книжный магазин, где проводил двадцать часов в неделю — допустимый максимум, разрешённый его визой. Платили немного, но ему хватало. На самом деле у Исака всё было нормально. Его решение фактически сбежать из страны на другой конец света не было поспешным. Нет, ему выпал великолепный шанс учиться за границей. И Исак собирался быть счастливым, начать новую жизнь и существовать в мире с самим собой. Только вот всё вышло иначе. У него была эта большая мечта о том, как он сможет «выйти из шкафа», как он влюбится и будет принимать себя таким, как есть. Но стоило ему начать общаться с другими студентами из программы по обмену во время собрания, Исак почувствовал, как стены вокруг него снова начали расти. Поэтому, когда Маркус спросил его, видел ли он здесь горячих тёлочек, Исак ответил: «Да, бро, в Нью-Йорке охуенно горячие девушки». Вау, вот тебе и новая жизнь. Иди нахуй, Исак. В общем, вышло так, что Маркус продолжал спихивать на него девушек и раздавал телефон Исака всем этим «американским тёлкам», которые считали Исака высоким и мечтательным. Келли была одной из них. . Исак скачал Grindr в первую неделю пребывания в Нью-Йорке. Когда первый шок прошёл, он довольно быстро привык к тому, насколько неприличные сообщения приходят ему на телефон. И спустя несколько дней даже стал отвечать на некоторые из них. Он согласился встретиться с парнем, которому на вид было чуть за двадцать, в Starbucks неподалёку от Геральд-сквер. Прождав полчаса, он понял, что пришёл не в ту кофейню. Когда он наконец нашёл и узнал парня, сидевшего за одним из столиков, у него так быстро заколотилось сердце, что он сбежал. Блядь. Блядь. . Исак не помнил своего первого раза. Это случилось в Осло во время последнего года в старшей школе. Он забрёл в гей-бар после того, как бросил друзей на вечеринке. Он был настолько пьян, что даже не мог произнести собственное имя. Парень был едва ли выше, чем он, но у него были сильные руки, и он грубо прижал Исака лицом к стене. «Перестань ныть», — прошипел он ему на ухо. Исак ненавидел каждую секунду. И когда всё закончилось, он позвонил Эскилю, чтобы тот его забрал. — Какого хрена, Исак? Кто это с тобой сделал? — закричал он. Исак был в полном раздрае, так что Эскилю ничего не оставалось, лишь гладить его по голове, пока Исак плакал в такси. На следующий день Эскиль снова заговорил об этом, потому что «тот, кто оставил на тебе эти грёбаные синяки, должен быть изолирован». И когда Исак признался, что ничего не помнит, Эскиль сказал: «Никогда не спи с парнем, если не знаешь его фамилию». — Я и имени его не знаю, — сказал Исак. — Вот именно. . С третьей попытки Исак смог сходить на свидание с парнем из Grindr. Они встретились в «Dig Inn» в Мидтауне и разговаривали целый час. Он был старше, явно за тридцать. Его сложно было назвать красивым, но зато его взгляд был тёплым. Он не сделает мне больно. Мужчина позвал Исака в свою квартиру на Верхнем Ист-Сайде, и, пока они ехали на такси, крепко сжимал его бедро, и жадно поцеловал Исака, стоило им закрыть за собой входную дверь. — Ты такой идеальный, — сказал мужчина. Исак ничего не ответил. Он просто получил то, ради чего оказался в этой квартире, пусть даже ничего особо и не почувствовал. Хотя взгляд мужчины продолжал оставаться тёплым, он очень быстро стал вести себя агрессивно, вдавив лицо Исака в матрас и продолжая называть его красавчиком. Да пошло всё. Когда Исак, уходя, наступил на игрушку, он понял, что находится в трёхкомнатной квартире, где со всех фотографий улыбались этот мужчина, его жена и маленький ребёнок. Твою мать. Возможно, в следующий раз не стоит доверять парню, который отказывается назвать тебе свою фамилию. . Исак сидел в своей комнате в Гарлеме, когда получил смс от Келли. «Привет, Исак. У меня есть билеты на Crywolf, но никто не хочет со мной идти: (((((((ПОМОГИ». Келли училась в Колумбийском на первом курсе. Она была симпатичной, с тёмными волосами, зелёными глазами и тёплой улыбкой. Исака бесило то, как и что она говорила, но он знал, что она от него без ума. Она постоянно чувствовала необходимость напоминать ему, что он «такой высокий», и брать его за руку. Он динамил её уже много раз, но в тот день он чувствовал себя таким одиноким, что решил пойти с ней на грёбаный концерт. — Тебе не холодно? — спросила Келли. — Нет, я в порядке, — ответил Исак. Музыка была оглушительной. Исак совсем не слушал подобное, но басы гулким эхом вибрировали у него в груди, а слова находили отклик в голове.

«Я сейчас надеюсь на чудо, Хотя и не верю в бога».

Концерт проходил в уютном тёмном зале, но, если приглядеться, то можно было различить лица других людей. В толпе было не больше двухсот человек. Рядом со сценой располагался бар, и Исаку отчаянно хотелось выпить, чтобы притупить ощущения от руки Келли, сжимающей его предплечье. Но браслет на его запястье напоминал, что придётся обойтись без алкоголя. Исак внимательно всматривался в лица людей вокруг. Здесь все настолько же опустошены, как и я?

«Дай мне хоть что-то, о чём я мог бы подумать, Лишь бы не о дерьме в моей голове».

Взгляд Исака зацепился за ярко-жёлтую повязку и спустился ниже, чтобы посмотреть в глаза её обладателю. Вау. Он был высоким, вероятно, даже выше, чем Исак. На нём была белая футболка, большим и указательным пальцами он держал джинсовую куртку, закинутую на плечо. Его светлые волосы были нелепо уложены, губы в темноте казались большими и полными, а за ухом была спрятана сигарета. Свободная рука парня лежала на животе девушки, трущейся об него. Но самое главное — он так же пристально смотрел на Исака.

«Я знаю, что это химические вещества заставляют меня цепляться за тебя».

Исак какое-то мгновение смотрел ему прямо в глаза.

«Я сказал, что ты чудо. Настоящее чудо».

Потом он смутился и отвёл взгляд в сторону, посмотрел на Келли. — Исак, ты в порядке? — спросила она. — Хм, да. Э-э-э… Отлучусь в туалет на минутку, — ответил он. . Исак добрался до туалета в конце зала и вздохнул. Что, блядь, это было? Вот дерьмо. Исак помыл лицо и вздрогнул, когда его телефон внезапно завибрировал. Это была Келли. Она хотела знать, всё ли у него нормально. — Блин, она такая охуенно привязчивая и назойливая, — пробормотал он по-норвежски. — Это не слишком красиво, — ответил кто-то по-английски. Что? Исак обернулся и увидел того самого парня, который стоял в паре метров от него, скрестив на груди руки и улыбаясь так ослепительно, что, вероятно, мог бы поспорить с солнцем. — Хм, что? — по-английски спросил Исак. — Я сказал, что это не очень красиво — то, что ты сказал о той милой девушке, — ответил парень. — О чём ты говоришь? — Мне нравится твой акцент, — вдруг заявил незнакомец, не отвечая на вопрос. — У меня нет акцента! — фыркнул Исак, хотя прекрасно знал, что это неправда. — Никогда не думал, что встречу соотечественника в туалете в «Webster Hall», — улыбнувшись, сказал парень по-норвежски и вскинул брови. — Ты норвежец? — Исак перешёл на родной язык. — Ага. Родился и вырос в Осло, — ответил тот, вынимая из-за уха сигарету. — Давай выйдем. Исак в замешательстве замер на месте. Давай выйдем? Куда? Зачем? Кто ты вообще? Но по какой-то причине, недоступной его пониманию, Исак пошёл за парнем на улицу, где тот поздоровался с охранниками и сказал им, что они просто вышли покурить. Потом он сел на поребрик, и Исак устроился рядом, оставив между ними небольшое расстояние. Он понятия не имел, что делает. Парень поджёг сигарету и протянул её Исаку. — Хм, спасибо, но нет. Я не курю, — сказал Исак. — То есть я не курю сигареты, но иногда курю травку. Исак нервничал и нёс какую-то чушь. — Окей, — кивнул парень, обхватывая сигарету губами. — Так что такой маленький мальчик, как ты, делает здесь в субботу вечером? — Я не маленький, — возразил Исак. — Ну… тебе не может быть больше двадцати, судя по браслету. — О… да. Ты меня подловил, — ответил Исак, быстро прикрывая браслет рукой. Незнакомец улыбнулся и легко толкнул его плечом в плечо. Исак ещё больше разволновался. — Так где ты познакомился с той милой девушкой, которую бросил внутри? — спросил он. — Ох блин, Келли. Блядь. Я не знаю. Нас познакомил один чувак, — честно ответил Исак. — Она тебе нравится? — спросил парень, не сводя с него глаз. Они были небесно-голубые. Исак смутился. Что происходит? Он что, флиртует со мной? — Не знаю. А тебе нравится девушка, о которую ты тёрся? — спросил Исак. — Хмм… Не мой тип, — ответил незнакомец. — Да, и кто же тогда твой тип? — поддразнил его Исак и затаил дыхание в ожидании ответа. Парень сделал ещё одну затяжку, потом повернулся и заглянул Исаку прямо в глаза. — Ты, — просто ответил он. У Исака перехватило дыхание. Он понятия не имел, что сказать. Окей. Окей. Это хорошо. Это охуенно хорошо. Скажи что-нибудь. — Хм… Ну… — начал Исак. И тут на улице появилась Келли. — Исак! Вот ты где! Я тебя повсюду искала. Ты в порядке? Я беспокоилась, — сказала она. Блин. — О! Привет. Прости, я просто… Я просто разговаривал с… э-э-э… — Привет. Я Эвен, — по-английски ответил незнакомец, у которого теперь появилось имя, и протянул Келли правую руку. — Мы столкнулись в туалете и немного увлеклись, прости. Мы учились в одной школе в Норвегии. Можешь себе представить? Исак понятия не имел, о чём говорил этот парень. — О боже, так ты тоже норвежец? — воскликнула Келли. — Да, — с улыбкой ответил Эвен. — Офигеть! И вы просто столкнулись в туалете? Это потрясающе! — она захихикала, а потом, кажется, вспомнила о чём-то. — О чёрт, нам нужно пойти обратно, он вот-вот будет петь мою любимую песню! Совершенно ошарашенный Исак продолжал сидеть, глядя на Эвена, который поднялся на ноги и протянул ему руку. — Давай, Исак. Она говорит, что это её любимая песня, — сказал он. Исаку понравилось, что он правильно произнёс его имя. Поэтому он взял его за руку, стараясь не обращать внимания на лихорадочный стук сердца в груди, и уже через несколько секунд они снова зашли внутрь. . — Я обожаю эту песню, — воскликнула Келли, перекрикивая музыку и схватив Исака за левую руку.

«Поклоняюсь твоим костям, Преклоняю колени перед твоим троном».

Эвен стоял позади Исака. Они не касались друг друга, но у Исака от волнения сводило желудок. Ты. Мой тип — ты. Толпа становилась всё активнее по ходу песни, и уже очень скоро Келли оставила в покое его левую ладонь, подняв руки вверх и активно хлопая в такт музыке.

«Я слабее, чем ты думаешь, Я увядаю у порога».

Когда Исак почувствовал руки Эвена на своих бёдрах, он дёрнулся и столкнулся с человеком, стоящим впереди. — Простите, — пробормотал Исак. Когда руки Эвена сильнее сжали его и притянули к груди, у Исака едва не подогнулись ноги. Блин, блин, блин, это и правда происходит. Исак позволил Эвену обнимать себя и растворился в его прикосновениях, не заботясь о том, что Келли может их увидеть — она была слишком поглощена любимой песней.

«Я взлетаю и падаю, И я теряю контроль».

Он позволил себе откинуть голову назад и прижался к бёдрам Эвена, полностью расслабившись. Поэтому, когда тот вдруг отпустил его, Исак потерял равновесие и чуть не упал. — Чёрт, Исак, ты в порядке? — спросила Келли. — Хм, да, просто зацепился за стаканчик или ещё что-то, — ответил Исак. Блядь. Да он любитель подразнить. Эвен больше не прикасался к нему. Он просто стоял рядом и улыбался Келли, пока они вместе подпевали игравшей песне. . Исак и не заметил, как концерт закончился. Он видел лишь, что Эвен смотрит на него, весело улыбаясь. Долбанный динамщик. Ты что, один из тех грёбаных натуралов, которым нравится дразнить… — Исак, я в туалет. Подожди меня, и вместе поедем в кампус! — сказала Келли, прежде чем оставить их в тёмном углу, где они стояли. — Ладно, — ответил он. Эвен по-прежнему стоял рядом, внимательно глядя на него, будто изучая. — Ну… было приятно с тобой познакомиться, Эвен, — сказал Исак, не глядя на него. — Надеюсь, ты встретишь ещё больше норвежцев в городе. Эвен не ответил. Он просто шагнул к Исаку, нарушая границы его личного пространства. — Исак, — Эвен улыбнулся и облизал губы. — Не хочешь пойти ко мне? Исак утратил способность соображать. — Хм, что? — Я спросил… — Эвен поднял руку и положил её Исаку на талию. — Не хочешь ли ты пойти ко мне? Его дыхание обожгло щёку Исака, и внезапно он почувствовал, что в груди и штанах стало тесно. — Я… Хм… Я… Я парень, — пробормотал Исак. Какого хуя, Исак. Эвен засмеялся. — Я так и думал. Я тоже парень, — сказал он. — Что? — Ну не знаю, я мог бы быть трансом. — Что? — Внезапно лексикон Исака стал крайне ограниченным. — Ты что, трансфоб, Исак? — спросил Эвен, внезапно став серьёзным. — Что? Нет! — Хорошо. Это хорошо, — кивнул Эвен, снова улыбнувшись. — Так что скажешь? — По поводу? — Пойдём ко мне? Твоя подруга скоро вернётся. У нас не очень много времени, — Эвен улыбнулся, погладив тёплыми пальцами щёку Исака. Исак совершенно растерялся. Он практически ничего не знал об этом парне, который пытался затащить его в постель, кроме того, что он был норвежцем, чертовски горячим и невероятно красноречивым. Он может быть серийным убийцей. Он может быть опасным. Смотри, как ловко он соврал Келли. БЛИН, Исак. ОСТАНОВИСЬ. — Да. Ладно, — сказал Исак, слегка приоткрыв рот. — Да? — глаза Эвена, продолжавшего гладить лицо Исака, радостно заблестели. — Да, да. Но… Но у меня вопрос, — выдохнул Исак. — Я весь внимание. — Большой палец Эвена прижался к нижней губе Исака, а глаза скользили по его лицу. Исак напряжённо смотрел на него, вспоминая каждый раз, когда ему приходилось возвращаться после свиданий домой посреди ночи, чувствуя боль, и обиду, и одиночество. — Какая… Какая у тебя фамилия? — наконец произнёс Исак, тяжело дыша. Эвен смотрел на него несколько секунд, потом сильнее сжал руку, лежавшую у Исака на талии. — Бэк Насхайм. Эвен Бэк Насхайм.