Проект "АнтиЗемля"

Одинокий человек в нелепом костюме бежал по безжизненной пустоши, оставляя на красноватом песке следы своих пурпурных сапог. Он бежал без оглядки, не обращая внимания на песчинки, подхваченные надвигающимся ураганом, которые лезли мужчине в глаза, уши, нос и рот, забивались в тёмно-рыжие волосы, болезненно впивались в лицо. Мужчина, наконец, ощутил под ногами не мягкий песок, а твёрдый асфальт. Из облака пыли появились очертания многоэтажных зданий. Обгоревшие, обрушившиеся и обильно политые кислотными дождями, руины заключали в свои мёртвые объятия улицы, на потрескавшемся асфальте которых лежали горы обломков, обгоревшие и проржавевшие остовы автомобилей, навсегда застрявших в пробке или так и не дождавшихся своих владельцев на парковке у супермаркета, горы костей тех, кому посчастливилось безболезненно умереть за какие-то мгновения и не оказаться в аду, начавшемся в горящем городе через несколько часов. Могучие небоскрёбы, от которых остались лишь полуразрушенные стены и чёрные стволы сгоревших деревьев, стоявших там, где когда-то находился парк – они были уродливой оправой для огромного кратера, указывающего на то место, где был эпицентр атомного взрыва. Сложно было поверить, что это кладбище, по которому бродят лишь призраки его бывших жильцов да одичавшие звери – когда-то называлось Нью-Йорком. Мужчина остановился и облокотился на остов ржавого грузовика, который, по всей видимости, во время атомного взрыва перевернуло ударной волной. Он больше не мог бежать. Он жадно глотал воздух, невзирая на пыль и песок, пытаясь побороть ужасную отдышку. Раздался странный звук, похожий на писк детского пистолета, и в следующую секунду рядом с головой человека пролетел сгусток белой энергии, попавший в кузов грузовика и проплавивший в нём большую дыру. Не растерявшись, мужчина сунул руку в сумку, что висела у него на плече, нащупал в ней единственную оставшуюся гранату и кинул её в том направлении, откуда был выстрел, после чего бросился прочь. Он слышал отдалённый взрыв, а затем снова послышались выстрелы, но уже с крыши соседнего здания, заставив его свернуть в переулок. Мужчина бежал так, словно за ним гнался сам дьявол. Он не обращал внимания на усталость, на немеющие ноги, на мерзкую пыль. Он бежал, надеясь оторваться от того, кто целый день преследует его. Увидев вход на станцию метро, беглец скрылся во тьме тоннелей. Он на ощупь пробирался сквозь темноту, стараясь не зацепить останки тех, кто искал в метро спасение от ядерного холокоста. Протиснувшись мимо вставшего на вечную стоянку вагона, он, наконец, увидел небольшую металлическую дверь, которой он был рад больше всего на свете. Забежав в своё убежище, мужчина быстро закрыл металлическую дверь, а замок - в засов. Теперь он мог отдышаться. В этом месте, он чувствовал себя в относительной безопасности. Здесь не было ни песка, ни пыли, ни трупов. На стене висел старый пожелтевший плакат с изображением белого треугольника, заключённого в синий круг и двумя буквами «CD» посередине. Это говорило о том, что беглец находился в старом убежище, построенном в начале пятидесятых, на случай атомной войны. Странно, что внутрь него никто так и не попал. Запас вещей первой необходимости, питьевой воды и галет сохранился идеально. Внутри этого голубоглазого мужчины с короткими тёмно-рыжими волосами жило две личности, но прошла всего неделя в этом пост ядерном аду, и эти совершенно различные сущности слились воедино, желая найти способ вернуться обратно в свой мир. Мужчина взял в руки портативное устройство, размером с аудиоплеер, именуемое им межпространственным акселератором, после чего достал из сумки свои сегодняшние трофеи – батарейки и набор отвёрток. Мелочь в нормальное время - и ценность, равная золоту, здесь. Удовлетворённый, он отправился в соседнюю комнату, где стоял письменный стол, однако едва он перешагнул порог, как встретился лицом к лицу с тем, кто гонялся за ним весь день. Беглец отскочил к стене и сполз по ней на пол, умоляя не трогать его. Его преследователь: высокий мужчина с механической рукой и глазным имплантом, подошёл к нему и навёл прицел импульсной винтовки на его голову. - Зелёный Гоблин. Или лучше называть тебя Норманном Осборном? – спросил Кабель. - Нет! Умоляю! Не делайте ничего! – закричал Осборн, пытаясь вызвать жалость у охотника. - Ты коварен, Гоблин. Но в твоих глазах я не вижу сейчас ничего, кроме страха и боли. Ты жалок, – произнёс Кабель. - Прости, но в этой истории, тебе больше нет места, – закончил Саммерс и нажал на курок.

***

Тайм-Сквер – сердце Нью-Йорка. Эта часть города всегда озарена неоновыми вывесками, иллюминацией и огнями с огромных телеэкранов. Вывески пестрели названиями модных брендов и мегакорпораций. «Stark Industries – завтра уже сегодня!» - гласил рекламный ролик, шедший по огромному экрану. - «Advanced Idea Mechanics – энергия будущего в вашем доме!» - гласил следующий. - «S.H.I.E.L.D. – будь патриотом! Стань сотрудником!» - говорил пропагандистский ролик на третьем экране. «Отчего этот мир так зол? Ведь в нём практически всё то же самое, что и в его родном измерении, - недоумевал Паркер. - Может, это из-за правительства? – решил он, глядя на ещё один пропагандистский ролик с участием президента Роджерса. - Надо как-то снять напряжение, да и Мэри Джейн надо вытащить, она ведь натерпелась так же, как и я. Может, сходит в кино?» - задумался Питер, и его взгляд упал на один из телеэкранов, по которому шёл рекламный ролик одного из грядущих фильмов. «Арнольд Сталлоне и Чак Уиллис в фантастическом блокбастере «Обратная сторона Луны»! В кино с 29 июля», - гласил ролик. «Нет, такие фильмы сейчас некстати», - подметил Паук, но по телеэкрану пошёл рекламный ролик грядущего рок-концерта: «Гарри Осборн и группа «Wild Bat» с новым альбомом «Born to be Wild!», - произнёс диктор. «Гарри?» – удивился Питер и вгляделся в изображение на экране. Этот музыкант, хоть и был здешней «версией» друга Паркера, но имел с ним немного общего: длинные тёмно-рыжие волосы до плеч, чёрный балахон и круглые чёрные очки на носу – так выглядел Осборн-младший в это мире. «А почему бы и нет?» - подумал Паркер.

***

Питер уже сбился со счёту, сколько он простоял в этой треклятой очереди всего за парой билетов на рок-концерт. Шеренга уже долгое время не двигалась с места. Конечно, в своей обычной прошлой жизни Паркер одел бы красно-синий костюм Человека-Паука и быстро бы схватил желанные билеты, оставляя на кассе пару сотен баксов. Но здесь у него другая жизнь, поэтому о своих прошлых повадках приходится забыть. Питер вздохнул, вспоминая последнюю стычку со Странником. Да, этот мир хоть и был аналогичен тому, в котором он жил, но в нём было что-то чужое и неродное. Здесь он проживает свою жизнь по-новому, окунаясь с головой в Де Жавю: опять устроился на работу, опять настраивает свою личную жизнь, опять борьба с теми преступниками, которых он уже когда-то побеждал. А всё ради того, чтобы опять вернуться к той жизни, которая от этой практически не отличается. Но он всё равно стремится туда, к настоящему. Наконец, очередь зашевелилась, и уже через полчаса Питер стоял у кассы. Достав кошелёк из кармана куртки, он уже хотел расплатиться за билеты, как неожиданно женщина, сидящая в окошке, повесила табличку, с надписью, что все билеты распроданы. - Простите? – обратился Паркер к кассиру. – А… - Билеты распроданы, - сказала она своим противным голосом, отчего у Питера чуть уши не отвалились. – Последние забрали перед вами. Удачи, сэр. Окно закрылось перед лицом фотографа Бьюгл. Питер вздохнул и, натянув капюшон куртки на голову, пошёл прочь отсюда. Хотелось поскорее добраться до дому, так как уже довольно поздно, да и Питер устал выполнять поручения Спайдера Иерузалема, который целый день просто так гонял его туда-сюда без надобности. Всё-таки в том мире было как-то проще: Питеру приходилось фотографировать себя в образе Паука, а тут нужно всех тех, кого он толком и не знает. Выкинув ненужные мысли из головы, Паркер направился обратно домой. Рабочий день на сегодня окончен.

***

Пока Питера не было дома, Мери Джейн решила устроить генеральную уборку. Если же им придётся остаться в этой реальности надолго, то жить в таком клоповнике почти невозможно. Девушка, вооружившись шваброй, стала приводить дом в порядок. Она уже успела прибраться в кухне и двух комнатах и на данный момент подметала полы в прихожей. Неожиданно в дверь позвонили, и Уотсон, поставив в угол веник, пошла открывать её. Заглянув в глазок, девушка увидела потрёпанного и запыхавшегося Питера Паркера. Давно он не ходил пешком. Мери Джейн улыбнулась и, щёлкнув замком, открыла дверь. Молодой человек зашёл внутрь. - Знаешь, Спайдер – это хуже, чем сотня Джеймсонов, вместе взятых, даже если к нему приплюсовать всех злодеев, которые мне когда-то повстречались, - усмехнулся Паркер, снимая куртку и вещая её дверцу шкафа. – Вижу, что пока меня не было, кто-то решил прибраться. - Не сидеть же без дела, в конце концов, - улыбнулась Мери Джейн, - пока мы тут будем жить, я не хочу делать свою территорию с тараканами и другими букашками. Уяснил? – она щёлкнула Питера по носу. - Конечно, - он подошёл и крепко обнял свою возлюбленную. – Кстати, а куда Брок делся? Его сегодня Иерузалем пораньше отпустил, насколько я помню. - Отправила его в магазин, чтобы купить скотч, - засмеялась Мери Джейн. – Идём, я тебе всё покажу. Девушка схватила возлюбленного за руку и стала водить по комнатам, показывая, какой ремонт она сделала. Мери Джейн чуть ли не тыкала его носом в те или иные углы, рассказывая, что она сделала и как, какие инструменты для этого использовала. Паркер хоть и не успевал всё запомнить, так как его возлюбленная очень быстро говорила, но ему было приятно видеть её такой счастливой: она оставалась оптимистом, даже сейчас, в такой сложный период их жизни. - Тебе нравится? – с каким-то озорным детским блеском в глазах задала вопрос Мери Джейн у Паркера. – Кстати, я тут нашла одну интересную работу. - Какую же? – улыбнувшись, вопросом на вопрос ответил Паркер. - Певица в кафе, - Мери Джейн просто сияла от счастья. – Оклад небольшой, но прожить тут можно. А потом, когда всё уляжется, то вернёмся домой и будем жить, как прежде. - Наверно, - Паркер погладил девушку по рыжим локонам. Сейчас она напоминала ему большого ребёнка, который очень сильно жаждет услышать похвалу от родителей. Питеру хотелось ей рассказать то многое, что накопилось в сердце за столько месяцев её поисков. Но слова то и дело застревали комком в горле, не желая проходить дальше. Идиллию разрушил звонящий телефон. Питер, вздохнув, достал из кармана и, видя на экране знакомое имя, закатил глаза. Вот кто-то умеет находить хорошие моменты в жизни, чтобы потом их испортить. И этим человеком, как ни странно, оказался Спайдер Иерузалем. Питер нажал на кнопку звонка вызова и тут же услышал противный голос нового начальника: - Так, мерзкие ассистенты! Поднимайте свои жопы и дуйте к клубу «Чёрная Кошка»! Быстро! – прокричал в трубку журналист и закончил вызов. Питер посмотрел на Мери Джейн виноватым взглядом. Впрочем, это уже вошло у него в привычку. - Начальство звонило? – на вопрос Мери Джейн Паркер кивнул. – Ладно. Удачи тебе. Всё-таки работа сейчас главное. Питер поцеловал возлюбленную в лоб и, быстро надев пальто, вышел из квартиры, по пути случайно столкнувшись с Броком. Паркер рассказал ему, что начальник вызывает их, по неизвестным причинам, в бар «Чёрная Кошка» и опаздывать на эту встречу не стоит. Вскоре двое молодых людей на всех парах летели к выходу из дома. Спайдер Иерузалем очень сильно ценил время.

***

Было около семи часов вечера, когда такси подъехало к старому зданию, расположенному недалеко от Бродвея. Из такси вышли двое, которых уже ждал лысый мужчина в чёрном льняном костюме и странных очках. - Явились… - нервно прикусив сигарету, процедил сквозь зубы Иерузалем. - Пришлось вызвать такси, чтобы найти это место, – ответил Паркер. - В любом случае, я надеюсь, что вы не разделяете точку зрения Джеймсона о том, что журналист не должен ошиваться в злачных местах, – произнёс Спайдер и направился к входу в здание. - В этом месте всё ещё идёт 1932 год. Поэтому ведите себя так, будто вам Томми-ган на спину наставили, – произнёс он, постучав в металлическую дверь. - Впрочем, так оно и есть. - Кто? – хриплым голосом спросили с обратной стороны двери. - Отворяй ворота, упырь бледнолицый! – рявкнул Иерузалем. - Передай хозяйке, что пришёл Спайдер и двое его друзей! Я заказал столик. - А, это вы, мистер Иерузалем… - обречённо произнёс вышибала, открыв дверь. - Добро пожаловать в гости к… - Всегда бы так, Морбиус! – кивнул журналист, входя здание дверь. «Майкл Морбиус?» - удивился Питер, окинув взглядом парня в чёрном плаще с бледной кожей и седыми волосами, стоявшего на входе. - «Да, похоже, и в этом мире судьба была к нему неблагосклонна». Пройдя по коридору, троица оказалась в большом зале, оформленном в лучших традициях подпольных баров времён сухого закона: сцена, на которой трое музыкантов играли джаз; круглые столики для клиентов; красные полотнища с чёрным силуэтом чёрной кошки, висевшие парами на каждой стене; фиолетовый ковёр, лежавший на полу, и официантки, одетые в откровенную «униформу» а-ля Женщина-кошка. - Да, странное местечко… - произнёс Эдди. - Спайдер Иерузалем! – приветственно произнесла красивая девушка с длинными светлыми волосами, одетая в вечернее платье цвета платины. - Давненько ты к нам не захаживал, - сказала она, подойдя ближе к журналисту. - А кто это с тобой? – спросила она, увидев Питера и Эдди. - Только не говори, что ты снова работаешь в команде. - Это Питер Паркер и Эдди Брок, – представил своих спутников журналист. - Не строй иллюзий. Они всего лишь очередные мерзкие ассистенты, – усмехнувшись и сняв очки, произнёс Спайдер. - Ах да, какой не тактичный. Парни, это Фелиция Харди, хозяйка этого замечательного заведения и единственная умная блондинка во всём Нью-Йорке. «Фелиция? Боже, что с ней стало? - удивился Паркер, увидев свою подругу. - Надеюсь, здешняя версия Флеша Томпсона не торгует низкокачественным героином…» - Соня, если кто-то занял столик мистера Иерузалема, то гони их в шею. Иначе нам придётся поставить ему за счёт заведения, – сказала Харди одной из официанток. - ДаблСкотч, если можно, - сказал Спайдер. - Это когда ты берёшь стакан крепкого скотча и добавляешь к нему стакан крепкого бурбона. - Размечтался! – ответила ему Харди. - А вам, мальчики, чего налить? - Кофе, – ответил Паркер. - Томатный сок. Я же не ирландец, чтобы пить на работе, – усмехнувшись, ответил Эдди. - Знаешь, Спайдер, тебе есть чему у них поучиться, – улыбнувшись, произнесла Фелиция и направилась в свой кабинет.

***

- Что, понравилась девчонка? – спросил Иерузалем у Паркера. - Ты на неё так смотришь, будто призрака увидал. - Вроде того, – ответил Питер. - Жалко мне её, – начал журналист. - После того, как Осборна отправили играть в лошадки на Рупер-Айленд, её мать встала у руля «Oscorp». Сперва она хотела выгодно выдать дочь замуж за сына Уилсона Фиска, но потом решила, что лучше сплавить её в этот клуб для пользы общему делу. - Общему делу? – удивился Эдди. - Видишь те четыре сдвинутых столика? – произнёс журналист. - За ними сидят… - Уилсон Фиск, он же Амбал, Сильвио Манфреди, он же Седовласый, Твердолобый и… - начал Паркер, которого неприятно удивило наличие неподалёку знакомых преступных лиц. - Грейдон Крид. Он же Дружок, – перебил его Спайдер. - В прошлом, он возглавлял Нью-Йоркскую ячейку «Друзей человечества», но после того, как половина мутантов свалили на Геношу, а оставшихся извели MRD, он подался в открытый криминал. Рэкет и отмывание денег через неправительственные общественные организации. Скользкий и мерзкий тип, – произнёс он и тут же заметил, что Крид также обратил внимание на сидящую в другом конце зала компанию. - Плохо. Сидим тихо. Говорить буду я. «Чёрная кошка» - нейтральная территория. Здесь нас не тронут. - А это что за белобрысый дрыщ к ним подошёл? – спросил Брок, увидев высокого худощавого блондина с длинными волосами в очках, одетого в белый костюм. - Люк Валлентайн. Британский контрабандист. Таскает в Нью-Йорк из старого света оружие, наркоту, живой товар… однако действует он только по найму, – ответил журналист. К сидящим за столиком подошёл худощавый мужчина в коричневом костюме и чёрных брюках. Он с нескрываемым презрением и высокомерием осмотрел сидящих. - О, Спайдер, добрый вечер, – начал Крид. - И… - Мои приятели тебя не касаются, – огрызнулся журналист. - Следовало бы поучить тебя манерам… - сквозь зубы произнёс Грейдон. - Жаль, что тебя мамочка манерам не научила, – ответил Спайдер. - Ах да, они же с твоим папочкой ныкались от полиции. - Как ты смеешь?! – взвился Крид, сжав руки в кулаки. - Помни одно, Иерузалем: здесь безопасная территория, но на окрестные переулки это не распространяется. - Угрожаешь мне? Что ж, у меня много чего есть о тебе, Крид. Если со мной или моими помощниками что-то случится… - с ухмылкой на лице начал Иерузалем, - то о твоём кривом родовом древе узнают все, а в первую очередь, твои «Друзья человечества». Они узнают всё. Узнают о каждом уродливом сучке. - Ещё увидимся, – едва сдерживаясь, произнёс Крид и удалился восвояси.

***

- Всё поняли? – спросил у своих попутчиков журналист. - Завтра я жду вас в порту в районе полуночи. Не опаздывать, – закончил он и сел в свой ржавый Bel-Air. - Поняли, шеф, – ответил Паркер. - Не смей называть меня «Шеф»! Это четвёртое правило! – выругался журналист и, нажав на газ, умчался прочь. - Ладно, зато, у нас хотя бы вечер свободен. Не знаю, как ты, Эдди, но у меня на него большие планы, – мечтательно произнёс Питер. «Полночь, значит? - подумала Харди, сидевшая за столом в своём кабинете. - Что ж, Фиск, пора платить по счетам».

***

- Вы готовы?! – выкрикнул Гарри Осборн, лидер группы «Wild Bat», выйдя на сцену. - Мы начинаем! И первой песней сегодня будет «Born to be Wild!» - выкрикнул он и, под восторженные крики публики, вцепился в микрофон. Гитаристы начали играть, барабанщик выдавал бешеный ритм, а Гарри начал петь. - Спасибо, что вытащил меня, Питер, – произнесла Мэри Джейн, обняв своего возлюбленного. - Ничего особенного, – смущённо ответил Паркер. - Знаешь, а всё-таки есть плюсы в том, чтобы быть Пауком, – подметил он, глядя на сцену, сидя на крыше соседнего с площадкой здания, - большие плюсы. Мери Джейн улыбнулась и положила голову на плечо Паркера, наслаждаясь музыкой. Концерт был ярким и зажигающим, от которого хотелось кричать. Она улыбалась, видя, как её старый друг хотя бы в этой реальности добился славы и популярности. Питер улыбнулся и так же смотрел на своего друга, радуясь за него и его чужую жизнь…