В стенах больницы "Кэмпбелл" 8

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Лагерь лагерей

Пэйринг и персонажи:
Гвен, Дэвид, Престон Гудплей, Никки, Нил, Макс, Нэррис, Харрисон, Мэредит "Эред" Миллер
Рейтинг:
R
Размер:
планируется Драббл, написано 2 страницы, 1 часть
Статус:
в процессе
Метки: Ангст Нецензурная лексика Отклонения от канона Повседневность

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Пройдитесь вместе с Гвен по психиатрической больнице "Кэмпблл", где собраны различные пациенты с их проблемами и болезнями, начиная от депрессивного мальчика, что сидит в углу своей комнаты и все время просит кофе, до разговаривающей с монстрами девочкой, которая вообразила себя эльфийкой.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Дэвид.

16 октября 2019, 20:40
Мужчина стоял перед окном разглядывая свое отражение в стекле. На улице было темно, хоть глаз выколи, но парень стоял неподвижно вглядываясь в маленькое здание вдалеке, тот дом был единственным источником света. Из него то и дело выходили люди. "Интересно, что там?", - подумал он. Его размышления прервал щелчок замка двери и тихий скрип. Осторожными шагами смуглая девушка вошла в палату, держа в руках поднос с медикаментами. — Дэвид, время принимать лекарство. — Девушка позвала парня, но тот даже ухом не повел, продолжая смотреть в окно. — Дэниел? — Да-да? — Сию же секунду мужчина обернулся на нее, и начал исследовать ее, своими зелёными глазами. Они были широко распахнуты и будто раздевали не то что до гола, а до костей. — Гвен? Дэниел был ненавистной стороной мужчины для медработницы. Однажды она нашла под его кроватью вилку, пока тот спал. Страшно представить, чтобы случилось, если бы в том момент она не обронила таблетки, и они не закатились под кровать. Дэниэл запросто мог навредить и Гвен, и любому другому человеку, что находился в этом месте... — Зачем мне таблетки, Гвен? — он вновь отвернулся к окну, складывая руки за спиной. — Я абсолютно здоров и готов возвращаться в лагерь! — Каждый день этот пациент говорил одно и тоже, и это начало бы раздражать, если бы от этого не было так жутко. — Дэниел, тебе нужно принять таблетки. — спокойно сказала смуглокожая, открывая банку лекарства. Всегда, когда он был в этом теперешнем состоянии, ее руки предательски дрожали, чуть ли не роняя все на пол. Но только эти таблетки могут гарантировать то, что пациент будет спокоен. По крайней мере, пока он их соглашается принимать. Мужчина не обращал на неё ни малейшего внимания, не хотел. Он здоров, он знает это. Он верит в это. *** Гвен вновь зашла в палату утром, желая поскорее расправиться с делами, и пойти к другим пациентам. Она молилась, чтобы Дэвид снова стал прежним. Как обычно, она прокрутила ключ в замке двери два раза, и вошла в комнату. Осторожно, стараясь не создавать лишнего шума, но проклятая половица выдала ее с головой. Тут же, к ней обернулся мужчина со спокойным лицом. Словно безжизненные, глаза распахнулись, а на лице появилась приветливая улыбка. — Гвен! — Мягко сказал Дэвид подходя к медсестре, но увидев поднос в его руке, поник. — Точно... Таблетки... Гвен, а это обязательно? Мне кажется, я из-за них слишком много сплю... — Но не смотря на свои слова, он уважал труд работника, поэтому сам взял баночку с лекарством и принял нужную дозировку. Гвен правда нравился Дэвид: послушный, не создающий проблем и непрекословно идущий на компромисс в любой ситуации. Замечательный пациент и, если бы не вторая личность, замечательный человек, в целом. — Знаешь, — После недолгого молчания начал зеленоглазый, — мне приснился сон, в котором мы напарники по лагерю. Там было так много детей! Кажется это было что-то вроде... Лагеря Лагерей? Там было много секций, на которые можно было записаться... — Дэвид выглядел уставшим, и Гвен его полностью понимала. Сидеть в четырёх стенах, да еще и чуть ли не большую часть времени находится под контролем второй личности - такое себе удовольствие, — Поскорее бы вернуться в лагерь... — Он вновь устало улыбнулся. Гвен не хотела портить ему настрой напоминанием о том, что он сделал с детьми в лагере, в котором он когда-то работал. Но Девид и сам вспомнил, как смотрел на свои кровавые руки, белую рубашку, о покупке которой воспоминаний нет совсем. Кровь слишком хорошо выделялась на ее фоне, выглядела слишком контрастно... Тогда, в тот момент, в голове Дэвида был словно белый шум, он обволакивал сознание мужчины, не позволяя тому контролировать свои действия. Но даже несмотря на это, Дэвид услышал кряхтение и попытки вдохнуть воздух маленького мальчика. Ребенок лежал на земле, держась за шею и содрогаясь всем телом. Обведя глазами все вокруг, мужчина посмотрел на ритуальный стол с обезжизненными телами кэмперов, лежащих на нем. Все как один, уставились на него своими омертвевшими глазами; с груди каждого, смешиваясь, стекала кровь со стола на землю. Белый шум сменил бешеный стук сердца, что раздавался даже в ушах. К горлу подкатил ком, но увидев выпотрошенные органы кемперов, вожатый больше не мог себя сдерживать, его вырвало остатками обеда, который был не так давно. После этого, он осел на землю, недалеко от своего испражнения, схватившись руками за голову. — Мне... Нужно найти телефон... — дрожащими пальцами он похлопал по бедрам, ища в карманах гаджет, но так его и не обнаружил. Все тело содрогалось в спазмах. Пытаясь встать, мужчина чуть не упал, но удержал равновесие, но при этом вступив в собственную рвоту. Шатаясь и громко дыша, он дошел до домика вожатых. Оставив на стене кровавый след от ладони, Дэвид подошёл к общему телефону и набрал номер полиции. — Алло, полиция Сонного Пика, что у вас случилось? — на том конце трубки раздался мужской голос. — Д-да... — вожатый пытался набрать воздух, чтобы сказать хотя бы одно предложение нормально, — В лагере N массовое убийство людей... — Убийца все еще в лагере? — Это я... — Сиплый голос с усилием вырвался из его рта. После этого зеленоглазый с большим шумом положил трубку, и заревел горькими слезами. Полиция приехала через полчаса. Из воспоминаний его выдернула резко положенная на плечо хрупкая рука. — Что ж, Дэвид, как ты чувствуешь себя сегодня? — Как обычно спросила Гвен, беря в руки планшет с листком бумаги. — Отвратно. — Снова вспомнил про лагерь? Дэвид промолчал. — Ты звонил своей матери? Как она? — Гвен искала любую причину для разговора, чтобы заполнить бумаги на сегодня. Выяснить, меняется ли состояние пациента. Вновь отрешённым взглядом мужчина взглянул на нее. Еле шевельнув губами, он смог выдать только хриплый стон. Дэвид сидел, теребя руки, смотрел в пол. Затем с усилием произнес: — Она... сбежала из больницы, так что никто не знает где она. — Его голос то и дело срывался, он пристально смотрел на бетонный пол, бегая по нему зелёными глазами. Вдруг, с волнением пациент развернулся к ней. — Что если... я тоже убегу, Гвен? Что если, я не смогу сдержать Дэниела? — то тихо, то чуть ли не крича отрывисто говорил он, Дэвид сплел руки в замок, с силой сжав их, словно пытаясь сдержать себя от какого-то действия. — Дэвид, ты в изоляторе. — Спокойно начала Гвен. — На окнах решетки, дверь закрывается на ключ. Камера видеонаблюдения всегда включена. Не забывай, мы все время приглядываем за тобой. — Она подсела к нему, погладив его плечо. — Ты скоро вылечишься, я уверена. Это была откровенная ложь, состояние Дэвида не менялось с того момента как он сюда приехал, у него шок и постоянный стресс, так что скоро тот будет пить еще и антидепрессанты, но ей нужно было успокоить мужчину, поэтому она старалась улыбаться больше. — Спасибо... — Почти прошептав это, он вновь поник, словно из него вытащили батарейки. В таком состоянии из него все равно ничего выбьешь, так что Гвен решила оставить больного. "Ладно, вечером еще посмотрим." Подумала медсестра выходя из палаты.