А сейчас, дорогой мой Лаксус, мы идём к врачу!

      Как убедить целую гильдию в том, что слухи о любовных отношениях между двумя из её магов не совсем соответствуют действительности? Нет, Люси конечно попыталась объяснить почему Лаксус вынужден был жить у неё, не задевая при этом темы его превращений. И если Мира приняла на веру то, что сказала ей подруга, Эрза покачала головой, но ответила, что сами уже не маленькие, как-нибудь разберётесь, то остальные не удовлетворились ответом. А возвращение Лаксус после трёх дней лечения у Полюшки в свой дом и вовсе восприняли как оскорбление. Мол поматросил и бросил, а Люси теперь страдает.       Тот факт, что страдать она и не собиралась — в расчёт не принимался, как сказал Макс: "Ты просто сама ещё не поняла как тебе без него плохо". Лаксус же на это только хмыкнул: — Будет плохо, ты только скажи и я мигом примчусь! — Спасибо конечно, но я пока как-нибудь сама. — возражала Люси.       В общем ситуация в гильдии была напряжённая, почти все искренне верили, что у них большая и чистая любовь, омрачённая нелепой размолвкой. И самое отвратительное то, что мастер Макаров придерживаться того же мнения. — Так не поступают с девушками. — внушал он внуку.       Внук что есть сил отбрыкивался и убеждал деда, что он и пальцем к ней не прикоснулся не то, что чем-нибудь другим. А их совместное проживание было вызвано исключительно необходимостью. — Так понятно, что необходимостью. Не надо стесняться, у всех мужчин рано или поздно возникает такая необходимость. — кивал головой Макаров. — Если ты решил поговорить со мной на тему пестиков и тычинок то на всякий случай сообщаю, что лет мне уже двадцать один, и с тычинками и пестиками я вполне знаком. — Не надо так нервничать, я просто хочу чтобы ты понял, что у девушек всё совсем не так. А уж у нашей Люси и подавно, у неё должно быть всё по любви...       Лаксус хватался за голову и выбегал из кабинета, чёртов Нацу умудрился взбаламутить всю гильдию и теперь и вовсе было не понятно как убедить всех, что это нелепая ошибка. Иногда ему казалось, что те его дневные превращения были далеко не самой большой его проблемой, куда хуже было то, что происходило сейчас. — Люси, он конечно идиот, но вам нужно помириться. – убеждал её Нацу. — Идиот это ты, а с Лаксусом мы и не ссорились вовсе. — отмахивалась она. — Пойми, у всех парней бывают свои заскоки, но это не повод портить взаимоотношения. — поучал её Грей. — Ты над своими взаимоотношения и бы поработал, пока некая леди с синими волосами, которая смотрит на нас с тобой сейчас из-за угла, не убила меня. — вздыхала Люси.       Полюшка только злорадно усмехалась, понимая, что выход из этой ситуации после того, как в неё вмешался Макаров, только один. Но при этом молчала как партизан, ни намёком не выдавая мастеру истинную причину столь странных событий. — Ни за что бы не подумала, что Люси заинтересуется именно им. — делилась своими переживаниями с Гажилом Леви. — Девочкам нравятся плохие парни. — философски отвечал Гажил, приобнимая ту за плечи.       Обстановка с каждым днём всё больше и больше походила на дурдом. И в эпицентре всего этого в очередной раз оказалась Люси. Она жаловалась Лаксусу, сидя за столиком на втором этаже. С некоторых пор ей разрешали находиться здесь, хоть и права брать задания для магов S-класса она конечно же не имела. — Вы серьёзно пытаетесь кого-то убедить в том, что у вас нет никаких отношений, сидя за одним столиком и о чём-то перешептываясь? — поинтересовалась Эвергрин. — В смысле?! Ну мы же не что-то личное обсуждаем тут. — возразила Хартфилия. – А они об этом знают? Посмотри на ситуацию их глазами. Сначала Лаксус почему-то переезжает жить к тебе, потом съезжает от тебя, а теперь вы сидите тут и о чём-то мило щебечете. И кто должен поверить в то, что вы не любовники?       Как бы парадоксально это не звучало, но, кажется, Эвергрин была в чём-то права. Если посмотреть на это всё под таким углом то получалось, что основания подозревать их во всех грехах были. — А-а-а, да что за напасть-то такая?!! — взревел Лаксус и выскочил из-за стола. – Опять они ссорятся. Ну ничего, как говорят: милые бранятся — только тешатся. — сказал кто-то.       Плюнув окончательно на все правила приличия, Люси спустилась на первый этаж и подсела к Кане, которая как всегда проводила вечер в компании двух бутылок вина. Ну это только для начала, а потом уж как пойдёт. — Кана-а, они меня окончательно достали. — пожаловалась она подруге.       Та, недолго думая налила в бокал вина, протянула Люси этот бокал, а сама глотнула из горлышка бутылки. — Сердечные раны не лечатся, но от вина становиться чуть легче. Правда не надолго. — со знанием дела пояснила Альберона.       Несколько глотков и... Легче не стало, зато стало тепло внутри и захотелось с кем-нибудь поболтать на разные щекотливые темы. Объектом для женской болтавни оказалась всё та же Кана, тоже успевшая уже изрядно набраться. — Макао тот ещё дурак, всё отмахивается, типа он стал совсем старым. Угораздило же нас застрять на том острове. — Кана тоже была не против выговориться. — А знаешь как он целуется?       Подробностей достижений Макао в области поцелуев Люси так и не услышала по одной простой причине. Дверь в гильдию распахнулась и в помещение влетел Дреяр. — Чего это он? — спросила Кана, отпивая очередной глоток вина из горлышка бутылки. — Не знаю. — пожала плечами Люси.       Этот вечер суждено было запомнить не одной только Люси, но и всей гильдии. Лаксус подошёл к столику, за которым сидели Кана и Люси, наклонился и на глазах изумлённой публики поцеловал девушку. — Я тут подумал, что нас с тобой все уже успели не только поженить, но и даже развести, а я тебя даже ещё не целовал. — пояснил он протрезвевшей от удивления девушке. — Ну на что уставились, шпана? Как целуются ни разу не видили? Тычинок и пестиков на вас нет! — хлопнул кулаком по столешнице барной стойки невесть откуда взявшийся Макаров. — Пошли что ли домой? — спросил Лаксус. — Идём. — согласно кивнула Люси.       Иногда оказывается, что схлопотать тёмное заклятие не только вредно, но и полезно. Особенно для личной жизни.