Твоё здоровье намного важнее

— Старк, Старк, Старк! Старк то, Старк сё! Хоть на секунду забудь о нем, а то бедный мужчина заикался там уже. — Громко смеясь прокричала ЭмДжей, не стесняясь, что кто-нибудь услышит их диалог. — Я не влюбился! — Захохотал Питер в ответ, но произнёс всё гораздо тише, ведь его маленькая ложь не должна быть услышанной кем-то посторонним. — Заметь, я об этом не спрашивала, так что ты спалился, дружочек. — Девчонка толкнула в плечо собеседника сидящего на траве.       Ветер трепал их волосы, а солнце то скрывалось, то выходило из-за туч. С самого утра ребята сидят у большого окна, прислонившись к нему спинами, и наблюдают за жизнью других пациентов. Сегодня погода чуть хуже чем обычно, но всё равно жарко, им обоим пришлось снять свои кофты обнажая дефекты своих тел. ЭмДжей всё ещё стесняется своих шрамов и прячет руки складывая их немного неестественно, а сам Питер как будто привык к себе и уже не чувствует острой необходимости носить свои мешковатые свитера и организму уже не так холодно.       Прошёл уже месяц с того момента, как он начал свой путь в сторону выздоровления. С Мишель они стали хорошими приятелями и, наверное, парень даже может назвать её своим другом, а с Тони они стали действительно близки и хорошо узнали друг друга. Симпатия подростка выросла до невероятных масштабов, и теперь он не может ни спать, ни гулять, все мысли только о враче и о следующей встрече с ним. Зато благодаря щедрому подарку мужчины, Пит нашёл хобби и начал писать рассказы изливая не только собственные переживания через главных героев, но и нашёл поддержку в лице читателей, которых очень зацепили продуманные и насыщенные тексты. Жизнь как будто стала налаживаться, но одно не даёт покоя ребёнку. Он переживает, что если вылечится, то больше никогда не увидит предмет своего воздыхания. — Ты чего задумался? — ЭмДжей потрепала его по каштановым прядям и встала. — Да я так, у нас сейчас обед, да? — Уточнил мальчишка потому что счёт времени потерял ещё с утра. — Да, разрешите пригласить вас на ланч, мистер Паркер. — Саркастично сказала она, протянула руку поклонившись и сделала вид, что снимает шляпу.       Большие стеклянные двери открылись перед ними, и летний зной сменился холодом от работающих на полную мощность кондиционеров. Медсёстры здороваются с ними, провожая добрыми и тёплыми взглядами ребят, которых полюбили, как родных. Иногда, когда Питеру не спалось, он приходил в регистратуру и часами болтал с персоналом. Так же многие любят их за то, что подростки всегда готовы прийти на помощь и не раз выручали старушек и детей помладше, если тем требовалось что-то. Мальчику так сильно не хочется покидать это место, ведь только тут он чувствует себя как дома, даже если его любимая тётя далеко, хоть они и созваниваются почти каждый день, и она навещает его раз в неделю. Из-за своей работы она не может видеть его чаще, но зато у них будет больше денег и они, может быть, смогут переехать.       Тарелка любимого супа уже ждёт его на привычном месте, но сначала всегда салат, сегодня овощной с перцем и сыром. Теперь ему уже легче принимать пищу, парень всё ещё не может съедать всё, но по сравнению с тем, что было до этого — большой прорыв. Утренние пробежки так же помогли в улучшении внешнего вида, и теперь тело не выглядит таким истощённым, а щечки наконец-то обрели розоватый оттенок. Шрамы Мишель тоже подзатянулись, и выглядеть она стала действительно счастливее. — Не торопись, я подожду тебя и пойдём читать. — Спокойно сказала девушка, дожёвывая кусок хлеба и отодвигая тарелки в сторону.       Он кивнул головой в ответ и продолжил ковырять суп. Салат он съел, а суп уже не хочется, хотя он очень любит рассольник. Несколько ложек подросток ещё смог запихать в себя, но дальше дело не двинулось. Время шло быстро и, не успел он заскучать, как сорок минут прошли, и подруга подхватила мальчишку под руку и потащила в комнату отдыха, чтобы взять очередную книгу их любимого автора. Для ребят это является неотъемлемой частью каждого дня, после того, как узнали о том, что оба читают с детства Стивена Кинга. Питер таскал их у тёти, потому что она не разрешала ему читать такое, утверждая, что это плохо сказывается на психике, но мир, описанный в этих произведениях, поистине завораживает и не хочет отпускать до самого конца.       Сегодня её выбор пал на сборник рассказов «Лавка Дурных Снов», и, вытащив с верхней полки тёмную обложку с золотыми буквами, ЭмДжей взглянула на Паркера, получая немое одобрение. Мальчишка тихонько кивнул головой и они оба пошагали обратно на улицу в их любимое место. Несколько недель назад Мишель запросила гамак, как поощрение и теперь они каждый день лежали в нём, читая по десять страниц каждый, передавая книгу друг другу. Так уходили часы, но это очень сблизило ребят, и каждый вечер до терапии они обсуждали прочитанное, делясь эмоциями, воспоминаниями и мыслями. Так же и сегодня, сначала подросток забрался в гамак, держась за дерево, и лёг. Следом девушка села напротив и, удобно устроившись, открыла первый рассказ. Её голос такой чистый и успокаивающий, подходит для подобной деятельности, как нельзя лучше.       

***

— Ну как тебе? Лично мне больше всего понравился «Бэтмэн и Робин вступают в перебранку». — ЭмДжей отвлеклась от своей пасты и вопросительно взглянула на подозрительно тихого Пита — Мне он тоже понравился. Сначала кажется странным, но потом осознаёшь мораль и даже тяжело на душе становится. — С грустью в голосе ответил парень, ковыряя вилкой кусочек помидора. — Да уж, точнее и не скажешь. Что-то случилось? Ты какой-то не такой сегодня. — Мишель отложила еду в сторону и взяла Пита за руку. — Я-я… Да ничего. — Натянуто улыбнулся он, чувствуя жар на своей холодной ладони. Это была ложь, но ему не очень хочется рассказывать девушке о своём плане, потому что она наверняка начнёт его отговаривать или осуждать, что ещё хуже.       Не найдя ничего лучше, чем отстать от понурого Паркера, она вернулась к остаткам макарон и, накрутив на вилку всё что было в тарелке, сунула её в рот, тщательно прожёвывая. После она отнесла свою грязную посуду и, попрощавшись с другом, ушла к себе, чтобы отдохнуть перед своей вечерней терапией. Теперь мальчик остался один, а впереди ещё двадцать минут. Кусок в горло уже не лезет и мальчишка просто сидит, разглядывая других пациентов. Ему улыбнулась знакомая медсестра, с которой он недавно болтал о различных заболеваниях. Грусть от того, что скоро придётся уехать, нахлынула, как огромная волна не дающая вздохнуть. Паника окутала разум и парень всё сильнее начал погружаться в неё и свои страшные мысли. Он вскочил на ноги и в глазах начало темнеть, а тело вдруг стало слишком тяжёлым. Последнее, что он увидел перед тем как отключиться — это яркий холодный свет, еле пробивающийся через веки. Уже в следующую секунду тьма поглотила его.

***

      Что-то горячее коснулось лба, переходя к волосам. Глаза резко открылись, но понадобилось время чтобы взгляд сфокусировался. Знакомый запах наполнил лёгкие, успокаивая взволнованного ребёнка. — Эй, тш-ш. Всё в порядке, я рядом. — Голос Старка моментально привёл его в чувства, и он одёрнул руку от холодной головы. — Ох, ч-что произошло? — Подросток сел поджав ноги и сильнее зарываясь в свой плед, а по телу побежали мурашки от холода. — Ты упал в обморок, но уже всё в порядке. Как ты себя чувствуешь? Голова не кружится, не болит? — С волнением в глазах спросил мужчина. — Я — нормально. Моя очередь задавать вопросы. — Мальчишка чуть улыбнулся, но чувства начали разрывать его изнутри и ему даже начало казаться, что он пожалеет о том, что скажет, но если не спросит, то просто умрёт. — Оу, ну, вперёд. — Удивился Тони и почесал затылок, ожидая очередные расспросы про свою жизнь. — Сколько килограмм мне надо набрать, чтобы выйти отсюда? — С самым серьёзным выражением лица спросил Пит. — Твой вес сейчас — сорок восемь килограмм, тебе нужно ещё двенадцать. — На секунду задумался Старк, но ответил достаточно быстро. — И когда я наберу шестьдесят кило, я выйду отсюда и никогда больше вас не увижу? — Мальчик покраснел, как помидор и отвёл глаза. Ещё мгновение, и он начнёт плакать. Усталость вернулась с новой силой, и такое ощущение будто он работал в шахте всю неделю без перерыва. — Ну, да. Ты будешь здоров, начнёшь учиться, найдёшь пару и твоя жизнь наладится. Разве ты не этого хочешь? — Ошарашенно спросил мужчина, который совсем перестал понимать что происходит. — Да, именно этого. Знаете, я устал, так что лучше лягу спать дальше. — С грустью ответил мальчишка отворачиваясь лицом к окну, смотря на сияющие звёзды и колышущиеся на ветру листья деревьев. — Ладно, до завтра, Питер. — Тони встал и двинулся к двери. Он обернулся перед тем, как дёрнуть за ручку и, не услышав ничего в ответ, вышел.       Комната снова погрузилась в тишину и тьму. Горячие слёзы обжигают нежную кожу щёчек малыша. Его мысли тёмные и пропитаны болью. Впервые ему захотелось попробовать причинить себе боль, но представив взгляд Мишель, которая прошла через это, парень передумал. Её реакция точно не будет положительной, а делать ей больно он очень не хочет. Другая идея пришла в голову моментально, конечно она тоже сделает больно окружающим, но у Пита хотя бы будет возможность встречать любимого каждый день.       Глаза упали на часы. С момента ужина прошло всего тридцать минут, а это значит, что пища всё ещё не переварилась. Какая-то неизведанная сила моментально подняла ребёнка на ноги и понесла к туалету. Щёлкнув выключателем, яркий свет ударил в лицо и ослепил его ненадолго. Паркер упал коленями на холодную серую плитку и пальцы коснулись холодного стульчака, который будто ударил их током. Другая рука потянулась к пересохшим губам, открывая их и толкаясь в самую глотку. Первый позыв, горло сократилось и он одёрнул руку, но кроме кашля ничего не вырвалось. Со второй попыткой Питер осмелел и так сразу не остановился. Что-то горячее начало подниматься вверх, окутывая пальцы и вырываясь наружу. Слёзы из глаз хлынули маленькими ручейками, капая на футболку и пол. Он провернул данную манипуляцию ещё несколько раз, пока рвота не стала чистой и нажал на кнопу, опустив горячий лоб на ободок унитаза. Горло неприятно саднит и мальчишка поднялся, чувствуя сильнейшее утомление, и, набрав в рот воды из-под крана, прополоскал рот и горло.       Следом, медленно передвигаясь, держась за стены, подросток добрался до своей постели и упал на твёрдую поверхность, отключаясь в мгновение ока. Нежный свет падает на его милое юношеское личико, кидая тени от длинных ресниц на щеки. Чуть распухшая физиономия расслабилась и маленькие мимические морщинки разгладились.

***

— Питер, что случилось, чёрт побери? На тебе лица нет и ты даже не притронулся к своим любимым яблокам! — Почти кричит подруга, заставляя всех пациентов и медсестёр обратить на них внимание.       Бездушные, пустые глаза оторвались от стола и поднялись на неё, вызвав в ней и злость и грусть. Мишель встала из-за стола и просто ушла, оставив мальчика одного за столом. Он почувствовал вину за то что сделал ей больно, но поступить иначе просто не может, ведь жизнь всё равно не будет полной и счастливой без Тони, а если умирать, то только с ним.       Весь день на нём действительно не было лица, ведь желудок опять начал болеть от голода, и мысли о еде не хотели отпускать. ЭмДжей предлагала разные активности, например настольные игры или бег, но сил ни на что не было и до сих пор нет. Впервые за всю их дружбу Пит отказался от чтения, что не на шутку взволновало девушку, которая и так постоянно допытывалась о его состоянии, а потом вообще как с катушек слетела. Но сейчас не это его главная проблема, а предстоящая встреча с врачом, которому точно донесли о странном поведении пациента. Хотя до этого момента ещё есть время, и мальчишка просто может пойти и отдохнуть в свою комнату. Ждать окончания ужина желания нет никакого и, взяв не только свою посуду, но и тарелку подруги, он отнёс их на стол для грязной посуды и пошёл к себе. Коридор показался таким же бесконечно долгим, как месяц назад, когда они с Мэй пришли сюда. Мысли о тёте сделали малышу больно, он представил разочарование и боль в её глазах, но остановиться просто не может, врач вскружил ему голову, так сильно, что является почти в каждом сне. Из своих мыслей его вырвал силуэт появившийся в двери и, подняв свою голову, Питер увидел предмет своих мучений и фантазий. — Заходи в кабинет, Питер. — Суровый голос прозвучал эхом в голове, и противиться приказу мальчик точно не станет.       Он послушно проследовал за Старком, который подошёл к своему столу и оперевшись о него, поднял очки на чёрные, как смоль, волосы и начал тереть глаза. Парень так и стоял у входа, откровенно пялясь на мужчину. В голове мелькают тысячи вариантов развития событий и диалогов. Тони опустил руки и глянул на неподвижного пациента с пугающе стеклянным взглядом. — Малыш, скажи мне, что произошло? — Он подошёл к ребёнку и взял его за руку. Волнение переполняет, и совершённый им жест является очень не профессиональным, но тело само двигается не взирая на то, что разум кричит «нет». — Ничего, просто немного устал. — Губы сложились в кривую улыбку, но они оба понимают, что это не настоящая эмоция. — Тогда может сегодня просто пойдёшь и поспишь? — Холод пальцев подростка обжигает мужчину, но мягкая гладкая кожа его руки приятно ощущается в горячих больших ладонях. — Наверно это хорошая идея, да. — Согласился мальчишка, кивая головой и отводя взгляд то на фотографии, то в окно, но только не на любимого. — Тебя проводить? — С трудом оторвался от руки ребёнка Тони, и на душе мгновенно стало тяжко. — Не стоит, я справлюсь, спасибо. — Промямлил Пит и вышел из комнаты, чувствуя опустошение внутри, как будто дыра в сердце стала больше.       Он снова опёрся о стенку, сменяя жар ладоней врача на прохладу камня и, громко зевнув, двинулся по направлению к своей спальне. Дошёл, конечно же, быстро и, ввалившись в комнату, Паркер моментально упал на пустую кровать. Тянуться за одеялом и подушкой сил не осталось совсем, хотя холод неприятно щекотит кожу. Осознание того, что врач только что держал его за руку пришло только сейчас. Вопросов оказалось больше чем ответов: "Действительно ли ему не плевать на Питера?", "Был ли это просто дружеский ничего не значащий жест?". Несмотря на вымотанность телесной оболочки, мысли хороводом бегали в его голове, и сон просто отказывается поглощать его. Все позы, которые он попытался принять оказались слишком неудобными, заставляя бедного мальчишку крутиться по простыне как волчок. Хочется встать и сделать что нибудь, что угодно, хоть побегать, хоть принять душ, но он точно знает, что если встанет, то просто упадёт. Остаётся только лежать и ждать, пока и мозг устанет мучить его бесконечными мыслями о правильности своего решения, реакции тёти, которая обязательно навестит его на следующей неделе, и конечно же воспоминаниях о голосе, взгляде и пальцах Старка.       Только спустя час Морфей забрал измученного малыша в своё царство, и очередные сны в которых мелькает только один человек навещают его. Один и тот же, самый близкий сейчас, самый лучший. Без него жизнь не просто не будет полной, а самой жизнью являться не будет, поэтому теперь надо пойти до конца.