Правила для злодеев

Где-то в тёмном, тёмном Готэме, в одном из заброшенных складов… — Что это? — Громила 1 не зря считался лучшим из подручных. Он умел вовремя задавать самые очевидные вопросы — в данный момент он пытался понять, почему Босс тычет ему в лицо каким-то списком. После грозного взгляда с той стороны, он торопливо добавил: — Сэр. Босс одобрительно кивнул. — Это, идиоты безмозглые, список правил, которым вы, бездельники, обязаны следовать. Полностью и беспрекословно, — он обвёл острым взглядом каждого из присутствующих. Громила 1 закатил глаза — его Босс, как обычно, слишком увлекался своей ролью «королевы драмы». Тем не менее, не зря же он был старшим — сглотнув застрявший в горле страх, он решил благоразумно промолчать. — Как я уже говорил, пока меня так грубо не прервали… — продолжил Босс, бросив выразительный взгляд на Громила 1, который лишь виновато улыбнулся и на удивление умело удержал свои комментарии — словесные и не очень — при себе. — Это список правил, которым вы обязаны следовать. Без исключений. Со всех сторон послышались стоны и негромкое ворчание. — Но, Босс… — Я думал, у злодеев нет правил? — Какие ещё правила? — Вы будете следовать этим правилам! — рявкнул Босс. — Но — — …если, конечно, не хотите быть жестоко изувеченными разъярённой летучей мышью, — закончил он. После этого все притихли. Каждый понимал: рано или поздно клыки Бэтмена доберутся до них. Скорее даже рано, чем поздно — особенно учитывая, что кто-то вроде их Босса смог занять здесь главенствующую позицию. Но ведь нет ничего плохого в том, чтобы в глубине души сохранять тёплую, пусть и глупую, надежду. Да, встречи с Мышью были практически частью их должностной инструкции, но коллегами после таких встреч становиться никто не хотел. Босс ещё раз обвёл взглядом своих людей, заметив в их глазах проблески понимания, и довольно кивнул. — А теперь приступим. Правило №1: НИКОГДА не похищайте Робина! По всему преступному Готэму ползли слухи о том, как неумолимый и безжалостный Бэтмен трясётся над своим напарником. И пусть кто-то это ставил под сомнение… Серьёзно, неужели это возможно? Громила 1 сам не понял, как так получилось, но чем дальше развивались события, тем отчётливее он осознавал — всё это было чертовски реально. Их банда взяла Робина в заложники. Теперь оставалось только дождаться Бэтмена — а он, несомненно, явится — и заманить его в тщательно подготовленную ловушку. Громила 1 мечтал о том, как его мама будет им гордиться, если ему удастся поймать самого Бэтмена. Даже когда двери склада с треском вылетели с петель, и внутрь вкатился Бэтмобиль, больше похожий на бронированный танк, он сохранял уверенность. Он всё ещё представлял, как его мама хвастается подвигами сына. Это продлилось недолго. — В Готэме тысячи детей. Но ты, — голос Бэтмена мог вышибить душу одним тоном, — должен был похитить именно моего мальчика? Громила 1 сжался в ужасе. Он слышал о Бэтмене, но одно дело — слышать, и совсем другое — оказаться у него на пути. Особенно когда его взгляд направлен на тебя. — Ты вернёшь мне моего мальчика, — сказал Бэтмен голосом, от которого леденеет кровь. — И он должен быть цел и невредим. Иначе… Он не закончил. Но и не нужно было. Громила 1 подумал, что из Бэтмена получился бы отличный злодей. Угрожающе молчаливый, жуткий взгляд, тёмный костюм и арсенал, вызывающий зависть у любого преступного синдиката. Правило №2: Если уж вы решились похитить Робина (а лучше бы не решались), ни при каких обстоятельствах не давайте ему ничего с сахаром! Все знали: разноцветный костюм + сахар = катастрофа. — Этот парень… — Какая разница?! Заткните его кто-нибудь! — взорвался Босс. С момента, как Робина привели — а прошло шесть (!) часов — он болтал без перерыва, на любые темы, иногда просто бормотал слова. Это сводило всех с ума. Громила 2 начал серьёзно сомневаться, была ли идея похищения Робина вообще хоть сколько-то разумной. — Засуньте ему кляп! Или хотя бы свалите с ног… Хотя с последним не спешите… — А потом, — продолжал детский голос, будто не замечая всёобщей паники. Или притворяясь, что не замечает? — Просто ЗАКРОЙТЕ ЕГО РОТ! Поскольку причинять телесные повреждения было равносильно самоубийству — Бэтмен их с землёй сравняет, если с мальчиком что-то случится — Громила 2 решил попробовать другое. Подкуп. — Пссс, — подозвал он Робина. Мальчик тут же повернулся, вопросительно склонив голову. — Я дам тебе конфету, если ты просто помолчишь несколько часов. — Мирное предложение? Мне нравится твой стиль, — оживлённо ответил Робин. — Значит, договорились? — с тревогой уточнил Громила 2. — Конечно! — кивнул Робин. Прихвостень расслабился. Напрасно. Полчаса спустя. — Так вот, у меня есть друг, — начал в третий раз Робин своим тонким, писклявым голоском. — Кто был настолько ГЛУП, чтобы дать ему сахар?! Он и без того был гиперактивным! Правило №3: Не ругайтесь при Робине. Никогда. Если вдруг вы всё же сорвались — молитесь, чтобы он не начал повторять за вами. Потому что если он начнёт… Вы можете начать обратный отсчёт своей жизни. Громила 3 знал все правила на зубок. И теперь, стоя посреди складского зала, сражаясь с Робином, он точно понял: следовать этим правилам — было бы гораздо разумнее. Его задача была простой: попасть по мальчику хотя бы раз. Он знал, что с его габаритами один удар — и дело сделано. Проблема была в том, что он не мог попасть. Ни разу. — Просто остановись на секунду, птичка, — он метнулся вперёд, но Робин изящно увернулся, и… ударил его по заднице. Больно — и унизительно. — Будь ты проклят, сукин сын! — сорвалось с его губ. Тишина. Гробовая. Все застыли. Все взгляды — на Робина. — Сукин сын, — повторил мальчик. Его голос был тонким, почти милым. Подручные застыли. Робин хихикнул. Слово прозвучало ещё раз. Потом ещё. И ещё. К концу ночи оно стало звучать так естественно, будто он родился с ним. Бэтмен вошёл. Молча. Взгляд — ледяной. — Как ты смеешь… — прошипел он. Это был не голос, а шепот Смерти. — Ты, чёртов придурок с горохом вместо мозгов… Громила 3 хотел возразить, что слова у Бэтмена были не мягче, но взгляд заставил его проглотить язык. Я обречён. Правило №4: Не трогайте Робина. Никаких щипков, объятий или, упаси Бог, поцелуев. Если не хотите потерять одну или несколько частей тела. Громила 4 была единственной женщиной в банде. И, несмотря на то, что была злодейкой, она оставалась женщиной. А женщины любят милое. Робин был милым. Чересчур милым. — Сдавайся. Я не хочу бить женщину, — сказал он, пытаясь подражать Бэтмену. Это только усилило её восхищение. — Такой милашка! — завизжала она. — Я не милый! — огрызнулся Робин, скрестив руки на груди. Но надутый нос испортил всё впечатление. — Робин слишком милый, — мысленно вскрикнула она. — Можно ущипнуть за щёчку? Робин нахмурился… «Нет, конечно, нет. Прости», - искренне сказала Громила 4. “Тогда обнять?” Робин, казалось, задумался об этом на мгновение. Он думал о Брюсе. О том, как его опекун, казалось, всегда обнимался с кем-то — особенно с женщинами — достаточно часто. Так что делать это не было по-детски, правильно? “Пожалуйста?” добавила Громила 4 достаточно добрым голосом, по возможности применяя своё женское очарование. Робин неохотно кивнул. «Вы вежливо попросили», — сказал он, как будто это оправдывало ее просьбу. Громила 4 едва подавила своё желание снова завизжать. Вместо этого она потянулась к нему, и когда до лица мальчика оставалось совсем немного, что-то быстрое и острое пронеслось мимо неё, почти аккуратно порезав ей пальцы. Она удивлённо вскрикнула, притянув руку к груди. Она обернулась, чтобы закричать на любого, кто осмелился её прервать (разве они не знали, что это был шанс, который выпадает только раз в несколько жизней?), только чтобы увидеть одного очень злого Бэтмена. «Руки прочь», — приказал он своим обычным грубым голосом. Громила 4 подняла руки, сдаваясь, зная, что лучше повиноваться, особенно когда Бэтмен выглядел готовым на убийство. Она не знала, что сподвигло её, может быть, это был какой-то сумасшедший сидящий внутри неё, о котором она до этого не знала, или, может быть, это был просто её женский инстинкт, пришедший в отчаяние, но даже не задумываясь об этом, она выполнила приказ. Убийственный взгляд Бэтмена, обещавший самую медленную и мучительную смерть, какая только существовала, был её единственным ответом. “Хорошо… Тогда это значит, что никаких поцелуев тоже не будет”. Правило №5: Не расстраивайте Робина. Да, это означает, что никаких насмешек, никаких остроумных ответов, никаких резких замечаний или чего-то экстремального, что может расстроить ребёнка. Помните, расстроенный Робин = Бэтмен, который прикончит вас (ну, в любом случае, ещё сильнее, чем обычно). Громила 5 думал, что “Коротышка” было достаточно дружелюбным для ребёнка оскорблением, даже для маленького Робина. Но, видимо, он был неправ. Потому что в тот момент, когда он произнёс это слово, Робин заплакал, громко и так душераздирающе, как будто миру пришёл конец. “Бэтмен!” — его голос был пронзительным, особенно когда он вопил. “Он назвал меня коротышкой!” И точно так же, как и Громила 5, Бэтмен выглядел встревоженным, и он собирался заставить его заплатить. «Как ты смеешь! У него и так комплексы по поводу своего роста, чёрт побери! Ты знаешь, что когда его так назвали в прошлый раз и он обиделся, я провёл часы, чтобы успокоить его? Это был ты?» — вопил Бэтмен, бросая в него заострённый и очень быстрый бэтаранг. Кажется, его запас оружия бесконечен. — «Ты думаешь, что сможешь просто прийти и расстроить его, когда тебе захочется? Подумай об этом ещё раз, панк!» «Бдыщ!» Громила 5 побледнел, последний бэтаранг пролетел мимо его лица, промахиваясь всего на несколько сантиметров. “Прости! Я не знал! Клянусь!” Правило №6: Остерегайтесь щенячьих глаз Робина! Смотреть невинными глазами — это ещё не значит быть невинным. Мальчик может выглядеть безобидным, но он не является — повторяю, он НЕ Является безобидным! Не дайте обмануть себя его щенячьими глазами! Громила 6 не мог поверить в свою удачу. Он смог похитить Робина сам! Как только Босс узнает об этом, он наверняка получит повышение по службе! Он радостно засмеялся, когда бежал к их базе с Робином, который был всё ещё в сознании, перекинутый через плечо. «Эй, — позвал его Робин, — можешь меня положить?» — вежливо попросил он, затем добавил “пожалуйста?” для улучшения эффекта. “Так ты же сможешь сбежать?” — спросил Громила 6, саркастически фыркая. — «Я не попадусь на это, мальчик». «Но, но…», — голос Робина дрогнул. — «Когда ты носишь меня вот так, как сейчас, это так смущает» — скулил он, его голос звучал по-настоящему смущённо. Громила 6 мог даже представить себе румянец, который покрывал его лицо. А? Так это всё? «Я обещаю, что не буду пытаться убежать», — сказал Робин самым искренним голосом. Громила 6 немного подумал об этом (всем, чем мог — что поделаешь, если этого всего так мало), слова мальчика звучали достаточно искренно… «Если я пойду сам, то ты не устанешь, да?» — рассуждал Робин. Это логично, подумал Громила 6, соглашаясь с мальчиком. Он тоже не хотел уставать. “Пожалуйста?” — умолял Робин. Громила 6 может быть самым жёстким взломщиком, но это не значит, что он не может сломаться под тяжестью невинных глаз. И Робин был… просто очарователен. Он не мог поверить, что он только что описал ребёнка Бэтмена — самого страшного героя (Он герой? Громила 6 не мог не удивляться. Временами Темный Рыцарь больше походил на злодея, чем на героя…) — очаровательный, но не было слов, которые бы лучше подходили мальчику. Эти широкие голубые глаза, такие невинные и детские… Как он мог сопротивляться? «О, хорошо», — сказал Громила 6, осторожно опуская мальчика на землю. Было достаточно много слухов о том, что Бэтмен опекает этого мальчика. Робин засиял. Громила 6 улыбнулся ему в ответ. В следующую секунду Громила 6 рухнул на землю, дёргаясь в агонии, прижав ноги ближе, чтобы защитить то, что было между ними. “Спасибо!” — неприятно закричал Робин, когда убежал, раздражённо махая рукой. — “До скорого!” Блин, чертёнок, с дурацкими обманчивыми щенячьими глазами! Правило №7: Когда Бэтмен и Робин спорят, НЕ вмешивайтесь. Никогда. Независимо от того, насколько Робин отличается от Бэтмена, он всё ещё его ребёнок. А родители вроде как ответственны за своё дитя. Всё началось, когда Робин спросил Бэтмена, может ли он пойти со своими друзьями на патруль в одиночку. Неудивительно, что ответом Бэтмена было суровое «Нет». «Но Бэтмен…» — скулил Робин. — “Ты знаешь, я могу позаботиться о себе!” Хмурое выражение лица Бэтмена было явным признаком его сомнения, хотя всё, что он сказал, было: «Я не хочу рисковать тобой». «Я буду очень, очень, очень осторожен. Обещаю!» Бэтмен не дрогнул. Два дружинника смотрели друг на друга — Робин щенячьими глазами практически умолял: «Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста?» — против родительского взгляда Бэтмена, который буквально кричал: «Когда ад замёрзнет, малыш. И даже тогда я сначала подумаю об этом, примерно сто раз», — когда Громила 7 решил вмешаться: «На самом деле я согласен с Бэтменом, вот». Каждый жлоб недоверчиво уставился на него. Бэтмен ухмыльнулся Робину, самодовольно улыбаясь: «Видишь? Даже такой идиот, как он, понимает мою точку зрения». Робин сердито посмотрел на него. Громила 7 спрятался за Громилой 1. «Правда, правда, у Бэтмена есть веские основания», — утверждал он, вытащив голову из-за фигуры своего товарища. Яркий взгляд Робина усилился. От «Я ненавижу тебя» до «Я желаю, чтобы ты умер медленной и мучительной смертью». Громила 7 пискнул, пригнувшись, чтобы лучше спрятаться за своим приятелем. “Это правда!” — настаивал Громила 7. Громила 1 уставился на Громилу 7, задаваясь вопросом, должен ли он назвать его храбрым или просто глупым, и мудро отошёл в сторону, оставляя Громилу 7 полностью открытым для атаки Робина. И он несомненно атаковал. “Умри!!” — с ненавистью прошипел Робин, бросая бэтаранг в направлении Громилы 7. Громила 7 вскрикнул, когда бэтаранг задел его щеку. И погоня началась. Бэтмен с гордой ухмылкой на лице смотрел, как разъярённый Робин преследует преступника. Робин был его сыном, его взгляд был достаточно убедительным. Правило №8: Когда вы станете боссом, убедитесь, что ваши монологи достаточно короткие. Бэтмен может быть достаточно терпеливым (когда он в хорошем настроении или, по крайней мере, не хуже настроения, в котором он обычно), но Робин — нет. “Тогда мир будет моим!” — Босс был готов засмеяться над своим злым планом — который он практиковал целый месяц, вместе со своей ещё более длинной версией речи о мировом господстве — когда мимо него просвистел батаранг, заставив его замолчать. Он посмотрел в сторону источника, ожидая, что это будет более раздражённый, чем обычно, Бэтмен. К его удивлению, Робин сердито смотрел на него. «Уже за полночь, я устал и хочу спать, черт побери! Тебе лучше закончить свою дерьмовую речь быстро, иначе…», — злобно говорил он. Подёргивание его рук ясно указывало на то, что это означало «я тебя…». Босс задохнулся от смеха. Конец