Welcome to the Underfell, Frisk.

— ≪Добро пожаловать в Сноудин.≫… — В слух читает Фриск, переминаясь с ноги на ногу и потирая плечи. Даже если на ней и был полосатый свитер, здесь было крайне холодно и, казалось, ещё немного и она просто отморозит себе все, что только можно. Шатенка трет ладони и проходит дальше, пока перед ней показываются домики, первый из которых оказывается магазин, а прямо по соседству — отель. — Фриск, — начинает желтый цветок, что до этого молчал и просто наблюдал за действиями самой девушки. Кареглазая смотрит на него, слегка изгибая бровь. — Я думаю, тебе стоит немного поспать и согреться. Ещё немного и ты просто погибнешь… Подожди немного. — Он слезает с руки Фриск и прячется под землю, оставляя ту одну. — Смотри, даже твой дружок сбежал от тебя. — Противный голос Чары в голове заставляет вздрогнуть, но шатенка твердо приказала себе игнорировать её. Прошло еще три минуты и сама девушка не могла чувствовать ног и кончиков пальцев. Они буквально оледенели. Но тут, из земли показывается знакомый, потрепанный цветок, а лиана, что появилась из той же земли, держала какой-то мешочек. Видно, это был мешочек с деньгами. — Флауви! — Растерянно произнесла та. И она не знала, что сейчас радовало её больше: то, что цветок её не бросил или то, что он добыл деньги на то, чтобы они отдохнули. Даже если воровским методом. — Где… где ты достал этот мешочек? — Она аккуратно и слегка неуверенно приняла подачку цветка и осмотрела то, что держала в руке. Руки уже практически полностью онемели, так что, держать было трудно, но Фриск справлялась. — Потом поговорим об этом… А сейчас, — он вновь обвил руку кареглазой. — Пойдем в отель, ты уже вся продрогла. И девушка не спорит, кивает и направляется к зданию, которое, кажется, здесь уже действительно давно, ведь снаружи казалось, что оно даже заброшенное. Жутковато. Внутри все так же не радужно, темные тона, но намного теплее, чем на улице. И это не может не радовать. Чара цокает и произносит что-то наподобие: ≪ Господи, всему этому местечку не помешал бы гребаный ремонт. У них что, совсем чувства вкуса нет? ≫. Но и это было успешно проигнорировано самой Фриск. Видно, хозяйка этого «чудного» места стояла за стойкой регистрации. Она даже не удосужилась поднять взгляд на пришедшую или хоть как-то отреагировать, ведь ногти, которые крольчиха так усердно рассматривала, явно в тысячу раз интереснее. Шатенка неуверенно подошла к стойке регистрации и негромко начала: — Я… прошу прощения? — Её голос действительно звучал тихо, но достаточно слышно для самой хозяйки. И, кажется, это сработало. Женщина отрывает свой взор от ногтей и переводит его на человека. Взор янтарных глаз проникает прямиком под кожу, заставляя крупно вздрогнуть и неловко улыбнуться. Слышится «хмык» и крольчиха выдает монотонно, словно уже заученно: — Сто монет за одну ночь в отеле. — Она ухмыляется краешком губ, явно думая, что у Фриск такой суммы нет. А в голове самой кареглазой звучит противный голос Чары, который так и умоляет стереть эту довольную лыбу. Нет, она должна оставаться сильной. Должна оставаться решительной. Не должна поддаваться на эти глупые условия. Девушка спокойно лезет в мешочек с деньгами, где монет триста, может быть, и достает оттуда сто монет, выкладывая на деревянную поверхность. Хозяйка морщится, и постукивает ноготками по дереву, рассматривая монеты, словно проверяя, настоящие ли они. Настоящие. — Твой ключ, малявка. — Она буквально кидает ключ в лицо Фриск, а когда она захотела поблагодарить крольчиху, та лишь развернулась и скрылась в другой комнате. — Какая она мерзкая, — отмечает Флауви, а шатенка пожимает плечами и направляется по лестнице вверх. Она мерзко скрипит, как, в принципе, и все половицы здесь, но нужную комнату находит после и проходит внутрь, закрывая дверь и закрывая окно шторами. Тон комнаты не отличался ничем от самого города, да и отеля, в принципе. Но кровать с одеялом есть, уже отлично. А ещё здесь есть цветочный горшок с землей. Отлично! Теперь есть куда переместить желтый цветок, а то на руке его таскать, знаете ли, не очень удобно. Она пересаживает Флауви туда, а после, садится на кровать, моментально укутываясь в одеяло. Тепло. — Тебе нужно поспать, — начинает тот. — Я, если что, буду стоять на страже и разбужу тебя. Не волнуйся. — Немного мешкаясь, Фриск кивнула и со вздохом легла на кровать, все в том же коконе, размещаясь поудобнее. Она отвернулась лицом к стенке, пока к горлу подкатил ком и неосознанно захотелось плакать. Даже здесь, в отеле, под землей, кровати намного удобней чем те, что стоят у них в детском доме. Хотя, о каких кроватях может идти речь, если бедную девочку заставляли спать на полу? А порой, даже без одеяла, в суровую зиму. Не то, чтобы она жаловалась на это или истерила, нет. Она молча терпела и никогда не высказывала никому. Только из-за того, что она не такая как все, над ней могли издеваться. Только из-за того, что она легкая добыча для всех. Кареглазая уже привыкла к бесконечным издевательствам, обзывательствам и прочим. Научилась просто закрывать на это глаза и жить дальше, улыбаясь всем, даже обидчикам. С тяжелыми и запутанными, словно клубок ниток, мыслями, Фриск закрывает глаза и практически сразу проваливается в глубокий сон.

***

Просыпается она утром, от того, что лиана Флауви аккуратно трясет её за плечо. Девушка, нехотя, открывает глаза и видит перед собой тумбу и часть горшка, в котором находился желтый цветок: — Фриск, — послышался писклявый голос, — Уже утро! Вставай! Я понимаю, что тебе хорошо, но нам нужно идти дальше, мы не можем проваляться весь день в одном месте. — Он звучал слегка недовольно и уставши. Видно, цветок и правда не спал всю ночь, волнуясь за девушку. Стоит отдать ему огромное должное. — Боже-боже, посмотрите-ка, кто-то ведет себя совсем как мамочка, — Чара пользовалась тем, что Флауви не видит её и мельтешила вокруг него, кривляясь и усмехаясь. — Чара, прекрати, — шикнула на неё шатенка и алоглазая недовольно на неё взглянула, мол, все веселье портишь. А желтый цветок выглядел недоуменно. Ему послышалось, или?.. — Нет, нет, ничего, извини. Это уже привычка говорить с самой собой. Неловко произнесла кареглазая, а после, поднялась с кровати, заправляя её за собой. Раскрыв шторы, солнце моментально ударило в лицо, из-за чего той даже пришлось зажмуриться. И откуда только под землей солнце? Магия какая-то. Ах, точно, магия… Проверив все ещё раз и убедившись, что ничего нужного здесь больше нет, Фриск взяла горшок с цветком на руки и, прихватив ключи из замочной скважины, вышла из комнаты, спускаясь вниз. За стойкой регистрации было пусто. То есть, абсолютно пусто. — Просто положи ключ и пойдем уже, ради всего святого. Я не хочу оставаться в этом чертовом городе хоть на минуту больше. Голова кругом идет, — он явно был не в лучшем распоряжение духа, а поэтому, торопил девушку. Фриск послушно положила ключи на деревянную поверхность, чтобы не нервировать цветок ещё больше и вышла из самого здания. Тепло, что было внутри, вмиг выветрилось, а тело обдало холодным, утренним воздухом. И почему солнце, что находилось здесь, не грело вообще? Нелогично. Она огляделась. Вокруг почти никого не было, только лишь редкие монстры, но и то, они вообще не обращали на нее внимание, словно девушка — пустое место. Просто маленькая, черная точка. Никто. В основе, оно так и было, но даже такая перспектива радовала. Меньше внимания — меньше проблем. Теперь, главное, пройти через город так же без проблем. Кажется, это не так уж и сложно. Снег под ногами хрустел и идти было достаточно тяжело, ведь сапожки начинали намокать, да и вообще, передвигать ногами по сугробам и снегу — тяжело. Но, в итоге, у неё получается вполне идеально и вот, виднеется граница с другой… локацией? Пусть будет так. Фриск не знала, как это назвать более правильно. — Не радуйся раньше времени, Фриск. Старайся быть начеку. У меня очень нехорошее предчувствие насчет всего этого… Опасливо проговорил цветик, сощурив глаза и осматриваясь вокруг. Когда они впервые встретились, то он не так сильно показывал свой характер, как сейчас. А ведь казалось, что он просто беззащитный, желтый цветок, истрепанный временами. А вот и нет. Но, казалось, шатенка даже не слушала его, ведь уже радовалась своей победе и тому, что наконец покинет это холодное, страшное место. Почему-то мысли о том, что дальше может быть хуже — не мелькала в её «светлой головушке» от слова совсем. И вот, всего пару шагов разделяло её от нужного места назначения, как прямо перед лицом останавливается красная кость. Ещё бы один шаг и эта кость бы проткнула её насквозь, возможно, показывая все её органы и фонтан крови. От одной такой мысли кинуло в дрожь, а сама Фриск замерла на месте, словно приросла. Её глаза смотрели на эту самую кость, пока сзади послышались шаги: — Фриск, ну-же, давай, беги! Фриск! Не стой на месте! Господи боже, ты сдохнуть хочешь или что?! — Голос цветка, кажется, срывается на крик, но сама девушка не реагирует. Шатенка все ещё не может пошевелиться. — Ох-х, я чувствую, веселье начинается, — с тихим смехом произнесла Чара, складывая руки на уровне груди и наблюдая за ними со стороны. Если бы не Флауви, который сделал щит из своих лиан, то кости, которые полетели в них прямо сейчас, проткнули бы кареглазую насквозь. — Так-так-так, кто у нас здесь, — и только более менее знакомый голос вывел её из «транса». Фриск резко оборачивается и видит высокого скелета. Того самого, которого она видела вчера, когда пряталась за лампой. Тот самый, который обошелся с Редом не совсем. дружелюбно. Если так вообще можно было выразиться. Он подходил ближе, а сама девушка уперлась спиной в кость, что торчала из земли, но когда между ними остается буквально шагов восемь, он останавливается. Кажется, если бы у него было человеческое лицо, на нем бы был виден кровожадный оскал, словно у хищника, что загнал свою жертву в ловушку. В руке высокого красовалась красная кость, которая, видно, и служила оружием массового убийства. — Челове-е-ек, как мило. Так значит, мой глупый брат не соврал о том, что нашел тебя. Ты пытаешься сбежать? Забавно. Вот только ты не учла, что я все равно тебя найду. Не важно, в какой части подземелья ты спрячешься. Но, с тобой, глупая, человеческая шавка, я побуду немного тактичным и перед своей мучительной смертью ты узнаешь, кто тебя убил. Я — Папайрус, глава королевской стражи. Боюсь, был бы «рад» узнать твое имя, но зачем мне, если ты все равно умрешь? Как жаль, ты могла бы стать красивой собачкой в моей коллекции. Что-то я много болтаю… Видно, я давал тебе шанс, которым ты, глупая особа, не пожелала воспользоваться, а теперь… Молись и плачь. Умоляй меня о пощаде и, возможно, я сделаю исключение в твою сторону. — Он поднял руку вверх, пока вокруг него образовались кости, которые моментально направились в Фриск. От одной она не смогла увернуться и та пронзила её руку насквозь. На глазах моментально выступили слезы, а в горле застрял крик. Кровь под ней моментально окрасилась в красный. Применив силу, она вытащила ту из своей руки, а сам Флауви использовал на ней лечебные «пульки», что хоть немного, но подлатали состояние самой девушки. — Беги, не думай с ним сражаться, идиотка, ты просто не сможешь! Сейчас! И она действительно кидается в погоню. Шансов на то, что он её пощадит — практически нет, поэтому, ей приходится как последнему трусу бежать, надеясь, что она сможет спастись. Шатенка практически не видит, как и куда бежит, но знает точно. Граница Сноудина пройдена и впереди её ждет что-то другое. Может, что-то более опасное?